Ресторан 'Караван-Сарай'

Расулзаде Натиг

И Катюша с Надюшей, обнадеженные, поехали на пляж. т- Были бы деньги, сказала уже в автобусе Катюша, - сами бы поехали, поглядели, какой это такой "Караван-сарай"...

– Чего уж теперь об этом, - сказала Надюша, - на нет и суда нет.

– Не надо было шмотье покупать, говорила тебе.

– Да что ты, Катюша, вроде все только необходимое взяли. Да и все равно боязно как-то... А вдруг бы, чего доброго, и впрямь обобрали бы? Может, за эту самую экзотику отдельно платить?.. А потом и сидели бы в гостинице, жевали бы корочку... Нет уж, лучше не рисковать.

– Отдохнуть же приехали. Хочется увидеть все...

– И мне хочется, а что ж делать-то?

– Может, и впрямь с мужиками, с Валеркой

и Гусиком, махнем завтра?

– Поглядим, Катюша, - сказала Надюша, глубокомысленно и здраво рассуждая, - а если сегодня "Караван-сарай", а завтра зубы на полку, то, по мне, лучше и не надо. По одежке, как говорится, протягивай ножки, - разразившись очередной поговоркой, Надюша несколько попритихла.

Назавтра Катюша и Надюша приоделись и спустились на улицу, стали возле дверей гостиницы, улыбаясь, в предвкушении и ожидая. Они простояли битый час.

– А может, мы поздно спустились, Катюша?

– А может, рано?
– предположила, в свою очередь, Ка-- тюша.
– Два часа только, - сказала она, глянув на свои часы.

– Обед во сколько у них?

– А черт их разберет! Когда проголодаются, тогда и обед.

– Значит, еще не проголодались, - заключила грустно Надюша.

Они поднялись к себе в номер, посидели на кроватях, не зная, чем заняться, и минут через пятнадцать снова спустились на улицу и простояли еще с полчаса, и за это время несколько машин, проезжая, притормаживали возле них, и мужчины, а то и молоденькие мальчишки (до того иной раз молоденькие, что Катюша с Надюшей диву давались - как эти мальчики ухитряются иметь собственные машины?) многозначительно поглядывали на них, подмигивали, махали руками, приглашая в машину. Но ехать сестрам никуда не требовалось, и они просто из чистого любопытства глядели на машины, в большинстве своем "разукрашенные" всякими архитектурными излишествами - зеркалами, подфарниками, надписями на иностранных языках, шторками на оконцах и прочее, и на их владельцев. Они уже собирались войти обратно в гостиницу и пообедать у себя в номере, когда к ним подошел парень лет тридцати в рубашке, расстегнутой на груди почти до пупка.

– Если вы ждете меня, то я уже здесь!
– сказал он, чрезвычайно нахально ощупывая взглядом одновременно фигуры обеих женщин.

– Нет, мы не вас ждем, - ответила Катюша.

– Мы ждем своих знакомых, - сообщила простодушно и серьезно Надюша.
– Они обещали сводить нас в ресторан "Караван-сарай". Знаете такой? А теперь что-то опаздывают. Видно, дела у них...

Парень не ожидал, что с ним начнут так доверительно беседовать, а наоборот - был уверен, что эти тетки, которые стоят на углу и кого-то высматривают, изо всех сил вытягивая шеи, моментально отошьют его. И раз так обернулось дело, надо поддержать светский разговор.

– "Караван-сарай" закрыт на ремонт, - не задумываясь, брякнул он, - через три дня откроется.

– Правда?
– Надюша откровенно огорчилась.

– Честное слово, - убедительным тоном сказал парень.
– Я вчера только с друзьями хотел туда зайти, но было закрыто. А почему вы именно в "Караван-сарай" хотите? Разве нет в городе других ресторанов?

– Нам говорили, что там очень... очень необычно как-то, - ответила Надюша.
– А правда там очень необычно?

– Да, оригинальный ресторан, что верно, то верно, - согласился парень как-то вяло, - но он закрыт, ничего не поделаешь. А вот я вас приглашаю тоже в очень хороший ресторан, - неожиданно для Катюши и Надюши сказал вдруг он. Идет?

Катюша и Надюша растерялись, беспомощно переглянулись.

– Ну как же так?
– сказала Катюша.
– Мы ведь вас совсем не знаем...

– Подумаешь, какое дело!
– пожал плечами парень.
– Все самые близкие друзья когда-то тоже не знали друг друга.

Это был аргумент,

но Катюша и Надюша продолжали колебаться. Парень понял, что от него требуется поднажать, и начал весьма активно уговаривать. И вот то ли его горячие уговоры подействовали, то ли Катюше и Надюше захотелось вдруг назло всему на свете доказать и в первую очередь доказать самим себе, что не зря они разоделись и тщательно навели марафет, не зря два часа прождали, и что бы там ни было, а они сегодня покажутся на людях, побывают в ресторане, - сестры согласились.

Парень взял их под руки и повел по тротуару, возле которого, шагах в десяти, счастливо обнаружилась его машина. Они сели, но, проехав незначительное расстояние, он остановил машину, обернулся к ним, расположившимся на заднем сиденье:

– В этом доме живет мой друг. Возьмем его с собой?

– Как хотите, - сказала Катюша.

– Если вам хочется, - вежливо сказала Надюша.

– Отлично. Я мигом. Он такой хохмач, вот увидите, - пообещал парень и уже собирался выходить из машины, как вспомнил и спросил: - А что же мы не познакомились? Вас как зовут, если не секрет?

– Не секрет, - успокоила его Катюша.
– Меня - Катюша...

– А меня - Надюша.

– Чудесно!
– сказал парень и, представившись, перестал быть просто парнем, а стал конкретным лицом.
– А меня - Рауф. Запомните?

– А чего ж не запомнить?
– сказала Катюша.
– Все ясно. Рауф.

– Рауф, - повторила на всякий случай и Надюша.

– Чудесно!
– сказал Рауф, и у сестер создалось впечатление, что в отличие от их знакомого Гусика, который точно знал, что такое жизнь, этот Рауф живет пока, как видно, в какой-то розовой дымке, принимая обычные явления жизни слишком восторженно, но им обеим это показалось симпатичной чертой характера. Симпатичный Рауф вместе со своей симпатичной чертой характера шмыгнул в подъезд, напротив которого остановил машину, и очень скоро из подъезда вышмыгнул вместе со своим другом, бойким, как оказалось впоследствии, пареньком Ремизом. Бойкий паренек Рамиз и симпатичный Рауф с места в карьер стали их знакомить с достопримечательностями города, мимо которых пролетала машина на такой скорости, будто за ними увязались все экзотические, темпераментные черти города. Катюша и Надюша не успевали головами вертеть, и благодаря скорости машины многие достопримечательности проморгали. Ехали они достаточно долго, чтобы успеть наговориться, и приехали наконец в кафе-стекляшку на окраине города, полную жующих мужчин. Мужчины, прекратив жевать, тупо уставились на них осовелыми глазами, но потом снова уткнулись в свои тарелки и вернулись к своим проблемам, кои обсуждали до появления этой яркой, привлекающей внимание четверки.

– Ты представляешь, - сказал вдруг Рауф за столом, когда иссяк разговор, Рамизу, - Катюша и Надюша в "Караван-сарай" собирались, и тут я их вовремя встретил...

Какая-то ехидца послышалась Надюше в его голосе, и симпатичный Рауф в ее глазах сразу же перестал быть симпатичным.

– Хо-хо-хо, - неожиданно заржал с набитым ртом Рамиз.- А чего там собирались делать-то?
– Эту фразу он проговорил, явно подстраиваясь под манеру сестер. Это Катюше и Надюше тоже не понравилось, они почуяли подковырку со стороны Рамиза над их манерой разговаривать. Но бойкий Рамиз продолжал оставаться бойким.

– Как чего?
– удивилась Катюша.
– Чего все делают.

– Нам только поглядеть хотелось, - сказала Надюша.
– Говорят, там красиво, необычно очень...

– "Караван-сарай" закрыт на ремонт, - отрезал вдруг Рауф, подмигнул приятелю, тот покивал, а сестры, заметив, как он подмигивал, решили единодушно, что первое впечатление было обманчивым и этот молодой гражданин вовсе не симпатичный.

– Завтра поедем, - пообещал Рамиз, уже заметно захмелевший.
– Завтра открыть должны.