Республика Святой Софии
Шрифт:
Для закрепления нового закона (освященного чудесным знамением) в следующем году архиепископ «постави… чюдотворную церковь камену святых исповедник Гуриа, Самсона и Авива» [713] .
В 1411 г. владыка Иван ездил на Москву к митрополиту Фотию. Неизвестно, о чем они беседовали, но, судя по посланиям митрополита в Новгород, можно предположить, что он наставлял архиепископа в церковных делах и рекомендовал ему исправить все те недопустимые, с точки зрения канонов, злоупотребления, которые творились в новгородской церкви. Обсуждалось ли в этот приезд владыки право митрополичьего суда? Да, обсуждались, новгородский владыка даже пообещал выполнить требования митрополита, но так и не выполнил своего обещания.
713
Летопись Авраамки. Стб. 160.
Опереться на великого князя в борьбе
В это время Новгород успешно вел военные действия против шведов. В честь победы в 1413 г. «постави владыка Иоан с воеводами новгородскими и с их вой, что быле у Выбора, и пометом християньскым, церковь камену сбор архаггела Гаврила на Хревькове улици, и свяща ю сам в праздник его» [714] .
714
НПЛ. С. 404.
Постройка была вдвойне символична — архангел Гавриил считался покровителем воинов, а кроме того, штурм новгородцами Выборга состоялся «месяца марта в 26, на сбор архангела Гаврила». К тому же покровительство Гавриила могло вскоре вновь потребоваться Новгороду. Незадолго перед строительством церкви король Ягайло и князь Витовт прислали в Новгород разметную грамоту, в которой обвиняли новгородцев в нежелании поддержать военный союз с Литвой против немцев, а также за то, что Новгород принял у себя князя Федора Юрьевича, сына Юрия Смоленского. В результате Новгород лишился сразу двух служебных князей — Лугвений был отозван Витовтом, а Федор Юрьевич уехал сам, чтобы не быть причиной войны новгородцев с Литвой. Однако войны не состоялось, Новгород заключил с князем Витовтом мир.
События последних тревожных лет, видимо, подорвали здоровье архиепископа Иоанна. В 1414 г. владыка постригся в схиму и оставил архиепископскую кафедру, а через три года умер в Деревяницком монастыре. Вместо него по жребию избрали «Самсона чернца от святого Спаса с Хутина». Видимо, простой монах из святого монастыря пользовался в Новгороде известностью, коль его кандидатура попала в число претендентов. Возможно, он был близок к архиепископу Иоанну, который до своего избрани я на высокий пост являлся игуменом Хутынского монастыря и покровительствовал обители в период владычества.
В этот же год произошел раскол на митрополии. Митрополит Фотий отправился в Цареград, «и доиде Литвы, и Витовт его не пустил, а его обоимал; и възвратися Фотеи на Москвоу ограблен» [715] .
Рассорившись с митрополитом, великий князь Литовский Витовт «по своей области събра епископы, Исакиа Черниговского, Феодосиа Полотскаго, Дионисиа Лучьскаго, Герасима Володимерскаго, Харитона Холмскаго, Еуфимия Тоуровского, и рече им: „Аще не поставите митрополита в моей земли, то зле оумрете“. Они же неволею поставиша на Киеве митрополита Григорья блъгаренина Самблака, не шлючи к Царюграду. Сии бо Витовт верою латынин, не ведущ закона божиа, сътвори се не по правилом святых отец» [716] . Митрополит Фотий отреагировал на это событие крайне резко, написав в Новгород письмо, в котором объявил Григория Цамблака отлученным от церкви и призывал не признавать его митрополитом.
715
ПСРЛ. Т. 27. С. 267.
716
Там же.
Как раз в это время, в 1414 г., владыка Самсон отправился в Москву на поставление, а с ним поехали бояре Василий Обакунович, тысяцкий Василий Есифович и тысяцкий Александр Игнатьевич. Вероятно, из-за опасения, что Новгородская епархия перейдет под ведомство литовского митрополита, Фотий торжественно совершил обряд поставления Самсона: «Постави Самсона диаконом, а в суботу 3-ю поста, попом сверши; а в неделю средокрестъную… на память святого отца Василья, поставлен бысть архиепископом великому Новуграду в церкви архистратига Михаила, и наречен бысть от митрополита Семеоном» [717] .
717
НПЛ. С. 406.
Известно, что Симеон и сопровождавшие его новгородцы обещали митрополиту вернуть ему право месячного суда в Новгороде. Впоследствии Фотий писал, что «послы новгородские давали таково слово, что им было старины отступитися Церкви Божией и мне» [718] . Свое обещание архиепископ Симеон выполнил своеобразно. Вернувшись в Новгород, он соорудил
718
РИБ Т. 6. Изд. 2. СПб., 1908. Стб. 421–426 (№ 50).
Сохранилась грамота митрополита Фотия тверскому епископу Илие, в которой Фотий разрешил тверскому владыке рукополагать священников из тех приходов Новгородской епархии, которые граничили с Тверью. На основной же территории Новгородской земли процесс формирования церковного клира волей митрополита был вовсе остановлен до исчерпания конфликта с новгородцами. Возмущенный коварством новгородцев, митрополит писал: «Ино преже, как есмь пришел на святейшую митрополию Рускую с грамотою святаго патриарха и всего святаго вселеньскаго Збора, и послы святаго царя и святаго патриарха и святаго Збора, со вселеньскыми грамотами посланные к ним о церковной старине, и были у них, чтобы старины церковные — суда позывного отпустилися Церкви Божией и мне, святителю, по старине митрополии Киевские и всеа Русии; и они (новгородцы. — О.К.) старины не отпустилися. И потом был у меня владыка Иван и ял ми ся был ту старину церковную отправити, да не отправил. И потом прислали ко мне Симеона, а после того Еуфимиа, и яз тех обею поставил им во владыки, и те владыки такоже ми ся были яли старину церковную отправити. А и все те ми послы новгородцкыи давали таково слово, что им было старины отступитися Церкви Божией и мне. Да как те владыки тое старины церковные не отправили; тако и те новгородцы не отступилися тое старины Церкви Божьей и до сего времени. А та Божиа Церковь вдовьствует, а христианом пастыря несть» [719] . Но и эта мера ни к чему не привела. Новгородцы сочли, что «пастырь» у них все же есть, хоть и непоставленный. 1 июня 1431 г. митрополит Фотий умер, а митрополит Герасим «поставил и благословил» Евфимия. Вопрос о митрополичьем суде фактически был решен в пользу новгородцев.
719
Там же.
Теперь попытаемся разобраться, только ли политическим стремлением Новгорода к независимости и нежеланием платить судебные пошлины можно объяснить упорное сопротивление новгородцев суду митрополита? Несомненно, политическая сторона дела была очень важна. Однако при необходимости новгородцы предпочитали уступить требованиям митрополита и великого князя Московского, но не перейти под руку великого князя Литовского или перекреститься в католичество. Денежный вопрос не являлся главным в споре. Во время приездов митрополита новгородцы не жалели средств на пиры и подарки. Но они неизменно отказывали митрополиту в праве суда.
Явно была еще одна причина такого упорства. И помогает ее раскрыть памятник права, известный под условным заглавием «Правосудие митрополичье» [720] . Исследователи связывают этот памятник с судебной политикой по отношению к Новгороду митрополита Киприана. Начинается документ словами: «А се есть правосудие митрополичье» [721] . Далее в нем перечисляются те судебные дела, которые мог рассматривать митрополит в свой приезд — душегубство, воровство, оскорбление, драки, насилие, семейные дела (двоеженство, развод), а также даются наказы по судопроизводству. Нормы уголовного, гражданского, процессуального, брачного и церковного права были заимствованы из распространенных на Руси в XIV–XV вв. памятников — Правды Русской и Устава князя Ярослава Пространной редакции и, естественно, не учитывали местных новгородских особенностей. К примеру, в пункте 20 «Правосудия» дается наказ епископам лично присутствовать на суде, а не просто читать судебные «списки» (а затем, вероятно, накладывать резолюции). В то же время пункт 5 Новгородской Судной грамоты упоминает трех вершителей суда в Новгороде — посадника, тысяцкого и владычного наместника, а также их судей. То есть владыка в Новгороде не всегда лично решал вопросы, подлежащие его суду. Архиепископа замещали его наместник и судья.
720
Древнерусские княжеские уставы XI–XV вв. С. 207–211.
721
Там же. С. 209.