Республика Святой Софии
Шрифт:
Анализ письменных источников позволяет заключить, что и во внутренней и во внешней политике Новгорода мнение владыки чаще всего являлось решающим. В основе Новгородской республики лежали патриархальные отношения — архиепископ был духовным отцом всех новгородцев. Недаром в своих письмах новгородскому владыке ганзейцы называют новгородцев «твои дети». Сам архиепископ в своих письмах также пользовался этим обозначением. В русских договорных грамотах и письмах новгородцы по отношению к владыке также называются «дети». Так в договорной грамоте тверского великого князя Михаила Ярославича с новгородским владыкой и со всем Новгородом (1294–1301) читаем: «А дети твои посадник и тысяцькый и весь Новъгород на том целовали ко мне крест» [366] . В Новгородской первой летописи под 1352 г. записано: «Приехаша послове изо Пскова, биша челом владыце Василию ркуче так: „благослави тако изволию святой Троице детем твоим пьсковицем…“» [367]
366
ГВНиП, № 4.
367
НПЛ. С. 100.
Как в семье дети не могут без благословения отца решиться на какое-то важное дело, так и новгородцам требовалось благословение архиепископа в решении важных политических вопросов. Благословение владыки — это и разрешение и почти приказ. В 1417 г., когда мирные переговоры между новгородцами и немцами зашли в тупик, ливонские города обратились за помощью к владыке Симеону, дабы он благословил свою паству на заключение договора. Архиепископ выполнил эту просьбу, о чем сообщил в письме ливонским городам: «Что вы послали мне грамоту за дерптской печатью, чтобы я благословил своих, и я своих детей благословил, посадника, и тысяцкого, и детей купеческих, и весь Великий Новгород, своих детей» [368] . Новгородцы отправили еще одно письмо в Ригу, Дерпт и Ревель, в котором подтвердили, что «Великий Новгород принял благословение архиепископа Симеона, нашего отца» [369] .
368
Сквайре Е. Р., Фердинанд С. Н. Указ. соч. С. 254.
369
Там же. С. 298.
В отчете дерптского городского совета о переговорах с послом новгородского архиепископа Александром (1426) употреблен тот же словооборот: «Новгород принял к сердцу благословение их святого отца и государя, архиепископа новгородского и челобитие этих городов и их послов и грамоты и отпустили немецких купцов с их добром» [370] .
В 1398 г. новгородцы просили благословения у владыки «поискати святей Софеи пригородов и волостии: или пакы изнаидем свою отчину к святей Софеи и к великому Новугороду, пакы ли свои головы положим за святую Софею и за своего господина за великыи Новъгород. И владыка Иван благослови своих детей и воеводы новгородчкыи и всих вой; а Новгород отпусти свою братью, рек им тако: „поидите, святей Софии пригородов и волостии поищите, а своей отцыне“» [371] .
370
Там же. С. 297.
371
НПЛ. С. 391.
Отметим, что благословение владыки и решение всего Великого Новгорода — это не одно и то же. Очень хорошо эту разницу показывает ответ новгородцев псковичам: «Нас не благословил владыка воевати Литвы, а Великий Новъгород нам не оуказал; но идем с вами на Немцы» [372] .
На основе нелетописных источников можно выделить еще несколько направлений государственной деятельности владыки. Устав князя Всеволода наделяет архиепископа важной функцией — контролем за торговлей. Ежегодно он должен был проверять точность торговых мер в Новгороде: «Торговыя вся весы, мерила и скалвы вощаныя, и пуд медовый, и гривенка рублеваа и всякая известь, иже на торгу промежи людьми, от бога тако исконе уставлено есть: епископу блюсти без пакости, ни умаливати, ни умноживати, а на всякыи год извещивати; а скривится, а кому приказано, а того казнити близко смерти, а живот его на трое: треть живота святей Софии, а другаа треть святому Ивану, а третьая треть сочьскым и Новугороду» [373] .
372
ПЛ 1. С. 28.
373
НПЛ. Прил. С. 486.
Контролируя торговые мерила, владыка неизбежно был вынужден вникать в торговлю Новгорода с Ганзой и разбирать возникающие конфликты. Сохранилась грамота архиепископа Симеона 1417 г. Риге, Юрьеву и Колывани с требованием прислать послов, а также грамота 1418–1420 гг. от архиепископа Риге с требованием суда над двумя рижанами по жалобе новгородца Александра Трифоновича за неуплату 50 руб [374] .
Ганзейские источники подтверждают, что все спорные дела в торговле с Новгородом решались через архиепископа. К примеру, в рецессе съезда в Дерпте в 1402 г. записано: «русские послы… жаловались на недостаточную длину сукна; на это им был дан ответ в письме, составленном всеми городами Немецкой Ганзы на съезде в Любеке и обращенном к архиепископу…» [375] .
374
ГВНиП, № 54, № 57.
375
Сквайре
В документах двора св. Петра сохранилось письмо, в котором есть упоминание о переписке ганзейских властей с архиепископом Новгорода: «мы ради блага общины написали и послали письмо архиепископу и всему Великому Новгороду…» [376] . О том же свидетельствует текст инструкции Любекского городского совета послу Хартигу (1448 г.): «Когда прибудешь в Новгород, проси у господина архиепископа ответ в письменной форме…» [377] .
376
Там же. С. 283.
377
Там же. С. 285.
Из ганзейских Посольских отчетов XV в. известно, что все дела Новгорода с Ганзой решались на дворе архиепископа: «мы пришли для переговоров с новгородскими господами на двор архиепископа», «на второй день мы снова собрались на дворе архиепископа, где обсуждали много дел», «посадник, тысяцкий и все новгородцы послали к нам на Троицу послов с просьбой прийти на двор архиепископа», «мы пришли в покои архиепископа для переговоров с некоторыми (представителями), назначенными для этого Новгородом» [378] .
378
Там же. С. 277.
Интересно, что в ганзейских документах, касающихся новгородских дел, никогда не затрагивались религиозные отличия. В своих письмах ганзейцы никоим образом не акцентировали различия между католицизмом и православием, а наоборот, апеллировали к объединяющему обе стороны христианству. Русский православный обряд крестоцелования при заключении различных договоров был полностью принят ганзейцами [379] .
Вспомним, что одним из главных продуктов экспорта на Запад был воск, который применялся в основном на церковные нужды. Новгородцы удостоверяли качество воска печатью с надписью «товар Божий» [380] . А с Запада в Новгород привозили вина, особенно красные, необходимые для совершения литургии. Шел товарообмен между католической и православной церквями. При этом в Москве уже в начале XV в. к западным товарам относились как к «нечистым». Митрополит Фотий писал в Новгород в 1410 г.: «Что ми сынове пишие, что из немечскые земли приходит к вам что потребное: вино или хлеб, или овощ, ино сынове очистив то молитвою от иерея, подобает ясти и пити».
379
Там же. С. 72, 78.
380
Хорошкевич А. Л. Торговля Великого Новгорода в XIV–XV вв. М., 1963. С. 135.
В ганзейских письмах формула обращения к новгородскому владыке особо не отличалась от адресных формул, использовавшихся при обращении к духовному лицу в немецких грамотах. Большое количество эпитетов и приложений свидетельствует об искреннем почтении к Новгородскому архиепископу: Вот лишь несколько примеров таких обращений:
1) Из грамоты Любека архиепископу новгородскому и всем новгородцам по поводу ущерба, нанесенного немцами русским купцам на Неве, 1420 г.: «Достопочтеннейший отец духовный в Бозе, владыка, господин архиепископ… любезный досточтимый отец духовный… храни (тебя), молящегося за нас, Господь всемогущий на долгие блаженные времена» [381] .
381
Сквайре Е. Р., Фердинанд С. Н. Указ. соч. С. 76.
2) В 1435 г. ганзейцы обращаются к новгородскому владыке в еще более заискивающем тоне: «Достопочтимому духовному отцу и могущественному господину архиепископу, благородному и добродетельному господину» [382] .
3) Из письма представителей ливонских городов новгородцам (1453 г.): «Доброго здоровья святому отцу Евфимию, архиепископу новгородскому» [383] .
4) Архиепископа Евфимия I ганзейцы именовали «добрым защитником и покровителем немецкого купечества» [384] .
382
Там же. С. 246.
383
Там же. С. 245.
384
Никитский А. И. Отношение новгородского владыки к немецкому купечеству по новым данным // ЖМНП. 1883. Июль. С. 14–15.