Респ4ун

Хруст Илья

Я явился в кафе гораздо раньше назначенного времени, чтобы занять тот столик, за которым мы сидели в тот злосчастный вечер, три месяца назад. Заказав двухлитровую бутыль пива и пачку сигарет, я начал нервно курить. К моменту прихода Сашки, который опоздал почти на двадцать минут, пепельница была наполовину забита окурками. Пиво, правда, осталось нетронутым.

— Извини, Андрюха, ты же знаешь, как с этими бабами — сказал Саша, переводя дух от быстрого шага.

Мы пожали друг другу руки, и я предложил ему стул напротив меня.

—

Понимаю. И что же ты сказал Машке?

— Да ничего! Собирался спокойно, а она задавала всякие вопросы с подковырочками. Ты знаешь, как они это умеют! Пришлось сочинять на ходу всякую чушь…

— Понятно, — кивнул я.

Повисло неловкое молчание. Я не мог решиться — то ли сразу всё рассказать, то ли начать с нейтральных тем. Неожиданно Сашка сам заговорил первым:

— Ну и придумал же ты, в такой холод пиво пить, — он поёжился, поднимая воротник куртки, — говори быстрей, что стряслось, и валим отсюда!

Я усмехнулся, протянул руку, чтобы открыть бутыль с пивом, но в сомнении глянул на Сашу. Тот махнул рукой, сказав:

— Да наливай, что уж теперь!

Я разлил пенный напиток по стаканчикам, прикурил сигарету и, не глядя в глаза другу, начал свой странный рассказ.

— Помнишь, что здесь произошло три месяца назад?

Сашка кинул, и я тотчас заговорил быстрее:

— И уродов, которые развязали стрельбу… скинхедов этих — помнишь?

Он снова кивнул и затянулся сигаретой. Видно было, что особого интереса он не испытывает, более того — тема была ему неприятна.

— А тех двоих, что чуть не застрелили нас? — спросил я, и с отчаянной смелостью посмотрел Сашке прямо в глаза. — Так вот, они заперты у меня в гараже…

***

Я спрятал оружие скинхедов вне гаража, в моем личном тайнике. Рядом со входом была довольно глубокая яма, где отлично поместились оба обреза. Выудив их из тайника, я тотчас вручил один Сашке, второй оставил у себя. Это оказалось самым твердым аргументом в пользу моего рассказа. Сашка просто глаза вылупил от изумления. И тут же допустил ошибку — выставил ствол напоказ всему двору. Конечно, место здесь было малолюдное, но всё равно следовало вести себя осмотрительней. Я рассердился, что Александр не понимает таких простых вещей, но ничего не сказал, просто опустил ствол вниз и прикрыл его полой Сашкиной куртки.

Отпирая дверь, я настороженно оглядывался — не видит ли кто? Внутри гаража я тут же включил свет, чтобы проверить, не сбежали ли мои пленники. Нет. Здесь по-прежнему было пусто, холодно и сыро. Впустив Сашку, я запер дверь изнутри, а затем, держа наготове обрез, принялся отпирать подвал.

Говоря точнее, это был подпол — яма, накрытая крышкой, которую использовали при ремонте днища автомобиля. Крышка запиралась на щеколду. Иногда я складывал в подвал всякую рухлядь, которая могла пригодиться. Но после осенней уборки яма была пуста.

Откинутая крышка представила нашим встревоженным глазам не самое приятное в мире зрелище — скинхеды скрючились от холода,

их разбитые рожи распухли, и кажется, кто-то из них наблевал в яме. Сашка не смог сдержать эмоций — в его речи прозвучали такие эпитеты и пируэты, что я бы ни за что не сумел повторить их. Скинхеды были в полубессознательном состоянии. Любой врач сказал бы: «Положение неудовлетворительное». Целые сутки они пробыли связанными, в холоде и голоде, избитые и просто уставшие. Я понимал это, но не чувствовал ни капли жалости. До сих пор перед моими глазами стояли лица девушек и парней, окровавленные, искажённые нестерпимой болью, застывшие навсегда. Эти два гада перебили целую кучу народа, и поубивали бы ещё, если бы я не вмешался. Похоже, и Сашка думал так же.

— Что будем делать с этими уродами? — в его голосе не было и тени сочувствия.

— Убивать их — нет смысла, — задумчиво ответил я, — тогда зачем было их сюда тащить? Вообще-то я хотел устроить что-то типа допроса. Но не знаю, как к ним подступиться, возможно, у тебя лучше получится.

— Кажется, ты переоцениваешь мои таланты! — покачал головой Александр. — Я тоже не знаю, как общаться с подобной мразью.

— Давай для начала вытащим их оттуда, а потом решим, — предложил я.

Сашка лишь хмыкнул и спрыгнул в яму. Осмотрев путы из скотча, он поднял на меня взгляд:

— Обоих сразу нам не вытащить…

— Это точно, — согласился — давай хотя бы одного для начала. Есть нож?

— Да, — Саша извлёк из кармана армейский нож и принялся разрезать скотч. Послышались стоны скинхедов, пытавшихся разминать затёкшие конечности.

— Молчать, козлы! — коротко приказал мой друг.

Вытащив пленника на поверхность, мы пинками загнали его угол гаража. Он, естественно, не сопротивлялся — сил не было. Второго мы оставили в яме, не забыв прикрыть крышку. Мало ли что, они парни крепкие.

О том, что здоровье и сила у них недюжинные, свидетельствовал тот факт, что они выжили сутки в таком холоде, без еды и медицинской помощи. Более того, оба были в сознании, а скинхед, извлечённый из ямы, даже умудрился самостоятельно сесть. Привалился к стене и зашёлся диким кашлем. Затем его скрутило в рвотных позывах, но пустой желудок лишь наполнил помещение смрадом.

— С чего начнём? — спросил я, с отвращением отворачиваясь от скинхеда.

— Вариантов много, — задумчиво сказал Сашка. — Но самое главное, надо узнать, зачем они это делали?

— Вы зачем народ стреляли, уроды, дебилы трахнутые? — эту фразу Александр проорал в ухо скинхеду, скрюченному на полу.

— Действительно — зачем? Слышишь, гнида? — спросил я, присаживаясь на корточки рядом с пленником.

Тот что-то нечленораздельно пробурчал, не открывая век заляпанных засохшей кровью.

— Повтори!

— Я… хочу, — скинхед сделал паузу и всхлипнул, — жрать.

— А хрен тебе, мать твою, так и разэдак. Как людей мочить, так у тебя силы были, — Сашка стукнул его носком ботинка.