Решение
Шрифт:
– Спать лучше ложись, - буркнул он, но вставать не спешил.
– Устала, небось, от всего этого.
– Я боюсь, что после всего этого не усну просто.
– Ты… - он замялся.
– Ты вообще никак не реагируешь. Словно ничего не случилось. Тебе что, вообще пофиг?
– Нет, - мотнула головой Кэрол, но, подняв глаза на с беспокойством смотрящего в ее лицо Дэрила, не смогла продолжить, быстро отворачиваясь и пряча лицо в ладонях.
И, наверное, он подумал, что она оплакивала своего мужа, боялась за него, надеялась, что он вернется. И может быть, он решил, что она плакала от облегчения и молилась о том, чтобы
И жить месяцы и годы в подвешенном состоянии Кэрол не хотела. Почему все именно так? Почему, если его укусили, это не могли сделать на глазах у остальных? Почему никто ничего не может сказать точно? Чтобы она простилась с отнюдь не светлой памятью о муже и начала новую жизнь. Или точно знала, что он успел спастись и с минуты на минуту появится на пороге дома. Правда, еще оставался крохотный шанс на то, что вернется в город лишь Мэрл, принеся с собой весть о смерти Эда. Но этот шанс был слишком мал…
На плечо Кэрол скользнуло что-то теплое, и она приоткрыла заплаканные глаза, видя, что Дэрил неловко набросил на нее плед. Его рука, укрывающая ее, еще оставалась на ее плече, когда она вцепилась в нее мокрой от слез ладонью, удерживая на месте. Хотелось прижаться к его руке щекой. Хотелось коснуться ее губами. Хотелось, чтобы Дэрил обнял ее как можно крепче и пообещал, что все будет хорошо. Хотелось, чтобы накрыл ее губы своими и сказал, что она ему нужна. И что она не одна.
– Эй, - пробормотал Дэрил куда-то ей в затылок.
– Все будет хорошо.
– Я знаю, - шмыгнула она носом, уже успокоившись, но все еще не отпуская его руку и удобней устраиваясь у него под боком.
– Все будет хорошо. И Мэрл вернется. Обязательно.
– Эд тоже, - сдавленно, с трудом выговаривая это имя, сказал он.
– Все будет хорошо. Мэрл вернется, - повторила Кэрол, приподнимая голову и вглядываясь в лицо Дэрила, который спустя несколько секунд кивнул, словно понял.
И теперь уже сам прижал ее крепче к себе.
Глаза отчаянно слипались, и Кэрол пообещала себе, что закроет их только на мгновение, перед тем как окунулась в темноту, в спасительный сон без снов.
========== Глава 39 ==========
Разлепив веки, Кэрол поморщилась от солнечного света и озадаченно уставилась на край журнального столика, который она видела прямо перед собой. Вся одежда была на ней, словно она случайно уснула в гостиной. Но плед, заботливо укрывающий ее, казался и вовсе странным. Краем взгляда она вдруг заметила что-то совсем уж необычное и слегка повернула голову, видя Дэрила, полулежащего на кресле.
Он наблюдал за ней из-под полуприкрытых век, и Кэрол тут же вспомнила о том, как, наверное, выглядит сейчас: после вчерашних слез, уставшая, бледная, немолодая, испуганная. Правда, страх от неожиданности давно пропал, сменяясь воспоминаниями о вчерашнем вечере и легким смущением. Она просто взяла и уснула. Надо же. Даже не почувствовала, как Дэрил уложил ее на диване, подложив под голову подушку и накрыв пледом. Даже не услышала, как
Ни о чем таком думать вообще не хотелось. Зато мысли о том, почему Дэрил, раз уж решил здесь и переночевать, перебрался на кресло, а не остался рядом на позволяющем это диване, не уходили. Хотя, конечно, представить себе то, что Дэрил лежал бы рядом всю ночь, прижимая ее к себе во сне, было сложно. Зато так приятно…
– Доброе утро, - прошептала она, приподнимаясь и потирая руками веки.
– Ну, как сказать, - пожал плечами смутившийся от ее взгляда Дэрил.
– Ты уснула вчера. Я не знал, дверь захлопывается или нет. Ну, в общем, я тут…
– Все в порядке, Дэрил. Спасибо, - кивнула Кэрол торопливо.
– Я пойду, - так же поспешно встал он, суетливо приглаживая волосы, торчащие в разные стороны.
– А может, все-таки позавтракаешь? А потом мы и сами в школу пойдем, - попросила Кэрол.
– У тебя ведь дома, наверное, и поесть нечего, чтобы быстро и горячее. А у меня все готово, только разогреть. Оставайся.
Поколебавшись, он кивнул и, похлопав себя по карманам, отправился на кухню, открывая окно, чтобы не надымить в помещении. Вздрогнув от ворвавшегося в дом холода, Кэрол ушла умываться и будить Софию, которая, все еще зевая, начала собираться в школу.
Стук в дверь застал Кэрол на полпути на кухню, где уже никого не было, а окно было плотно закрыто. Покуривший Дэрил тоже пошел умываться. Сердце кольнуло страхом, что это мог вернуться Эд, и Кэрол горько усмехнулась, понимая, что стук совсем не похож на его, но что она теперь еще долго будет так вот вздрагивать от каждого звука на пороге своего дома.
Открыв дверь, она увидела Лори и удивленно улыбнулась.
– Привет. Кэрол, я слышала… Про Эда. Ты как? Если плохо себя чувствуешь или хочешь побыть дома, то мы в школе сами справимся, - быстро заговорила подруга, встревожено вглядываясь в ее лицо и касаясь ее плеча.
– Спасибо. Спасибо, но все в порядке. Мы придем в школу как обычно. Не переживай, - ответила Кэрол и удивленно хлопнула глазами, видя, как меняется лицо Лори.
Так, словно она призрак увидела. Или что-то похуже. Проследив за взглядом подруги, Кэрол оглянулась и едва не застонала вслух. Действительно, похуже. Лучше уж призрак, чем вышедший как раз из ванной комнаты и застегивающий верхние пуговицы рубашки Дэрил.
– Я смотрю, тебя есть кому утешить, - проговорила Лори скованным голосом.
– Я пойду. Увидимся в школе.
– Лори!
– попыталась задержать ее Кэрол.
– Там поговорим уже. Я рада, что ты… держишься, - отмахнулась та.
Лори быстро ушла в сторону своего дома, а Кэрол закрыла дверь и не сдержала громкого вздоха. Нет, подруга, конечно, ничего никому не скажет. Это несомненно. Кэрол ведь молчала о ее отношениях с Шейном. Но могла же прийти и не она, а кто угодно из жителей города, и друзей Эда, или вообще сам Губернатор, к примеру. И перед ними всеми даже оправдываться бы уже смысла не было. Если Лори выслушает и постарается понять, то остальные даже слушать не будут. Даже если Кэрол сейчас расскажет всем, как мучил Эд ее раньше, поверят лишь единицы. А остальные решат, что это ее глупые оправдания, чтобы ее интрижка с Диксоном не выглядела так низко в первую же ночь после пропажи и возможной смерти мужа.