Рэни Карвус
Шрифт:
Теперь уже улыбались мы вдвоем.
– О Рэни есть новости?
– Пока нет. Но на верхнем ярусе видели рикса. Туда никого не пускают, охрана ара Карвуса перекрыла все проходы.
Рикс? Это плохо. Эти лекари равно известны как своим целительским искусством, так и непомерными запросами. Если бы мы могли нанять рикса… Я изо всех сил сжала подлокотники кресла. Нам никогда не найти столько денег, а клан Сорка – гордый клан и никогда не станет ничего просить, даже у своего сюзерена. Появление рикса в кампусе Земли говорило только об одном – Рэни был плох настолько, что ар Карвус был вынужден прибегнуть к услугам этих желтоглазых коротышек. И я очень надеюсь, что он не опоздал.
– Арта Сорка? – раздался
– Не ждал такого приема, – спокойно ответил незнакомец, не обращая никакого внимания на кончик ножа, подрагивающий в опасной близости от сонной артерии. – Я пришел с миром. Вы всех гостей так встречаете?
– Кто ты, и что тебе надо? Это территория клана Земли, и посторонним сюда путь закрыт! Назови себя, или ты труп!
– Да ладно, ладно, что же вы нервные все такие, – буркнул незнакомец, поднимая руки к капюшону. – Вы позволите? – это уже Лорану, который, естественно, и не подумал ослабить хватку, дожидаясь моего сигнала. Я кивнула, и мой помощник отвел кинжал в сторону, давая незнакомцу показать свое лицо.
Боги Орханта… На меня с грустной усмешкой смотрел Рэни Карвус собственной персоной. Живой и здоровый. Лицо, которое совсем недавно я видела разбитым в кровь, было без единой царапины, а длинные белые волосы забраны на затылке в незатейливый хвост.
– Сюзерен? – только и смогла я вымолвить, преклоняя колено перед господином. Лоран последовал моему примеру мгновением позже.
– Собственной персоной, – произнес Альбинос. – Встань ты уже, хватит коленом пол полировать. И ты тоже, – обратился господин к Лорану.
Я поднялась, недоуменно взирая на Рэни.
– Отец отговаривал меня, но я решил прийти лично. Я понимаю, этикет и все такое, но ты спасла мне жизнь, поэтому я пришел поблагодарить тебя сам. А, вижу, послание от отца ты уже получила, – заметил Рэни так и не распечатанный свиток, лежащий на столе. – Я знаю, что там написано, и сам могу тебе сказать. Да ты присаживайся, в ногах, как известно, правды нет, – выдал странную фразу Альбинос, отодвигая стул для посетителей и усаживаясь на него.
Я перевела взгляд на Лорана. Тот ответил мне не менее ошарашенным взглядом. Никогда представители Высших кланов не снисходили до простого общения с вассалами. Пример Мариуса, единственного представителя Стихийного клана до появления в академии Рэни, постоянно перед глазами. Надменность, чванливость, пренебрежение всеми, кто ниже тебя по происхождению. И тут – такое.
Я осторожно опустилась в свое кресло, не зная, чего ожидать.
– Так вот, спасибо, что спасла мне жизнь, – произнес Рэни, привстав со стула и протягивая мне руку, которую я осторожно пожала. Глаза Лорана, так и оставшегося стоять возле двери, стали размером с двойную орхантскую марку, грозясь вывалиться из орбит.
– Это был мой долг, как вассала, – сумела ответить я.
– Да, конечно, долг вассала. Я понимаю. Но дело в том, – серьезно посмотрел на меня Рэни, – что мне скорее нужен друг, чем вассал.
Лоран, наверное, в обморок грохнется. Прямой наследник одного из сильнейших Стихийных кланов предлагает мне дружбу? Да когда такое было?
– Для меня большая честь, сюзерен, – начала было я, но была прервана.
– Ну вот и отлично. Тогда наедине больше никаких
– Конечно, сюзер… э-э-э, то-есть, кхм… – закашлялась я. – Я – Кари. Мы повторно обменялись рукопожатиями. – Рада, что с вами все в порядке.
– Да, я тоже рад, – хмыкнул в ответ Альбинос. – Там отец просит тебя стать моим телохранителем, – кивнул Рэни на нетронутый свиток. – Надеюсь, что ты согласишься. Впрочем, у тебя есть время подумать. Я могу только попросить. Клан Сорка всегда был преданным вассалом Земли, и я буду рад, если ты примешь положительное решение. Посоветуйся с семьей, время у тебя есть. А я, пожалуй, пойду. Надо еще с Ани поболтать. Ну, пока. – Рэни вскочил со стула, еще раз протянул мне руку, которую я пожала чисто автоматически, и быстро вышел из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Возникла тягучая пауза, во время которой я некоторое время, мало что соображая, просто смотрела в стену. В голове творился сумбур. Первым опомнился, как ни странно, Лоран.
– Кари, это сейчас что такое было?
Отступление первое. Храм Единого.
Хранителя знаний била дрожь. Он быстрым шагом шел по длинным переходам храма Единого, держа в руках кипу древних манускриптов и не отвечая на приветствия попадавшихся на пути братьев. Если он не справился… Нет, об этом лучше не думать. О Правой Длани Единого ходили разные слухи, но ни в одном из них не было ничего хорошего. Навлекший на себя гнев Длани, да какой гнев, даже мимолетное неудовольствие, попросту исчезал. Бесследно. Поэтому когда две недели назад одан настоятель вызвал хранителя к себе и повелел найти все древние манускрипты, в которых хотя бы мельком упоминались четырехцветные, и вдобавок генеалогическое древо рода Карвус, хранитель понял, что крупно влип. Знания о четырехцветных – проклятии и страшной сказке всего Орханта, которой пугали маленьких детей, – относились к запретным. И если эти знания опять вытаскивают из самых тайных уголков храмовых хранилищ, то жди беды. Интуиция хранителя просто вопила, что этот вызов ничем хорошим не кончится, но приказ настоятеля не оставлял никаких лазеек.
Хранитель подошел к массивной, обитой крест-накрест толстыми железными полосами двери, поправил выбившийся из охапки свиток, мысленно вознес короткую молитву Единому и несмело постучал.
– Входи, брат мой, – раздался из-за двери голос, и хранитель трясущейся рукой потянул на себя массивное дверное кольцо.
ГЛАВА 2. Векселя в обмен на жизнь
Так, ну вроде бы с Кари проблему решил. Судя по ее квадратным глазам и отвалившейся челюсти ее секретаря, я явно сделал что-то не так. Ах, да, вот оно что… Память подбросила кусок воспоминаний. Проблема только в том, что для того, чтобы что-то вспомнить, надо делать запрос. Как в поисковике в Гугле. Ты спросил – тебе ответили. Память срабатывала не сразу – все-таки я не Рэни Карвус, я просто занял его место. Личности наложились друг на друга, и, хотя телом управлял я, сознание иногда выкидывало фортели, как только что в кабинете Кари. По четко прописанному протоколу я должен вести себя соответственно своему высокому статусу. Как это происходит, я вспомнил, память нарисовала картинку перед внутренним взором. Все эти поклоны, преклонения колен, с кем я могу беседовать, а на кого вообще не должен обращать никакого внимания, и так далее, и тому подобное. Да и самому Рэни все это не нравилось, хотя отец вдалбливал все эти политесы, начиная с детства. А тут я со своей рабоче-крестьянской прямотой вламываюсь в кабинет к своему вассалу. Что она обо мне подумает?