Ренегат
Шрифт:
Стас поднял колоколом гудящую голову и осмотрелся. В задымленном помещении, словно листопад, кружились перья и лоскуты ткани. Телогрейка на исполнившем роль щита трупе, и без того пострадавшая, вздыбилась клочьями. Сквозь прорехи в защитного цвета штанах сочилось кровью не остывшее еще разорванное мясо.
Стас, меняя магазин, поднялся с пола, взял нашпигованный осколками труп за ногу и, перетащив в проход, улегся перпендикулярно этому импровизированному брустверу.
– Давайте, суки. Я готов.
Он погорячился.
– Плуг, убей! – донеслось с улицы.
В
Пес несся по проходу, не обращая внимания на свинец, рвущий многослойную кожаную броню и высекающий искры из стальных пластин. Его глаза светились, отражая вспышки пламени. Его пасть раскрылась в предвкушении горячей человеческой крови на языке. Ему велели убить. И это была лучшая награда.
– Господи… – Стас уронил опустевший автомат и потянулся к дробовику, но…
Слишком короткий отрезок. Слишком мало времени. Огромные клыки уже близко. Гибельный смрад звериной пасти уже обдает лицо.
«Конец?»
Длинная оскаленная морда, готовая рвать и перемалывать, неожиданно дернулась вправо, так резко, что сорвавшиеся нити слюны на мгновение зависли в воздухе. Когти заскрипели о бетон. Зверь поскользнулся на кровавой луже, перелетел через мертвое тело и упал.
Стас, уже собравшийся познать тайну бытия, отскочил в сторону и пальнул не целясь.
Пулевой магнум двенадцатого калибра оказался более серьезным аргументом, чем «семерка». Пятьдесят граммов свинца угодили в закрывающую ребра пластину, отбросив уже поднявшегося на ноги пса к стене. Но этот успех дал лишь краткую передышку. Не издав ни звука, чудовище сгруппировалось и через секунду готово было к новой атаке.
– Да чтоб тебя!
Стас прицелился ниже и снова выстрелил.
Рванувший вперед зверь будто споткнулся. Укрытые мощной броней голова и шея припали к земле, чуть завалившись набок. Темная кровь захлестала из обрубка отсеченной передней лапы.
– Нравится, тварь?!
Пес попытался встать, но не удержался на лапах и, взвыв, ткнулся в шершавый бетон оголенной плотью. Однако и это его не остановило. Злобно рыкнув, чудовище с удвоенной энергией заработало задними лапами, толкая вперед лежащее на полу тело.
Следующий выстрел превратил правое колено животного в кашу из костей, хрящей и мяса. Пули не успели развернуть проволочное «летящее лезвие» и дуплетом пробили незащищенную конечность. Задняя лапа противоестественно сложилась, удерживаясь лишь на лохмотьях шкуры, пес упал и завертелся на месте, размазывая по кругу собственную кровь.
Стас, одним глазом наблюдая за дверным проемом, а другим – следя за недобитым чудовищем, перезарядил дробовик, сменил магазин и, сунув пламегаситель в звериное ухо, выстрелил.
Только с пулей в голове Плуг оставил попытки выполнить данную ему команду, дернулся в последний раз и затих.
Со стороны входа никаких
В предбаннике было пусто, если не считать одного мертвеца в помывочной и еще одного, подпирающего распахнутую входную дверь.
Стас, подойдя к ступеням, сделал шаг в сторону и посмотрел направо – неподвижные ноги торчали из-за угла, глядя вверх облепленными грязью каблуками. Он осторожно прошел вперед, прикрытый слева дверью, резко выскочил и лицом к лицу встретился с Берегом.
Что-то ярко блеснуло под подбородком начальника личной охраны коменданта. Тот издал нечленораздельный хлюпающий звук и опустился на колени. Молниеносно вылетевшая из темноты рука перехватила дробовик, острое как бритва, лезвие коснулось шеи Стаса.
– Кол?!
Уже надрезавший кожу клинок замер и отошел в сторону, янтарные огоньки сверкнули под капюшоном.
– Здорово, добытчик. Бегом за мной.
Глава 11
– Станислав, Станислав. – Коллекционер стоял возле своего оружейного стеллажа и, кривясь, рассматривал водруженный на свободные крюки пулемет. – Знаешь, я никогда не был большим ценителем человеческой жизни. Я убивал мужчин, женщин и даже детей. Отправлял несчастных в мир иной, защищаясь, ради наживы и ради удовольствия. Грубо и страшно, быстро и красиво. Их было так много, что и десятой доли уже не помню. Но, – охотник гордо поднял голову и принял торжественный вид, – никогда я не убивал без души. Десятками. Как мясник. Это отвратительно.
– Хорош ерничать. – Стас обрезал нить, вытер испарину со лба и, взяв наполненную спиртом кружку, опорожнил ее тремя жадными глотками.
– А знаешь, какое обстоятельство меня больше всего угнетает в этой кошмарной истории? – продолжил охотник. – То, что все эти великомученики были убиты тобою абсолютно бесплатно. Просто сердце кровью обливается. Если б я знал о твоих мясницких наклонностях, то непременно договорился бы с Центровыми. Такая свинская бойня ради жалкой железяки, – постучал Коллекционер ногтем по кожуху MG3. – Обидно. Бульдозерист, если жив еще, на эту пропажу даже внимания не обратит теперь.
– Требуй с Фомы премиальных, – посоветовал Стас и плеснул в опустевшую тару из стоящей рядом бутыли, после чего вылил содержимое на только что зашитое бедро. – М-мммм… Блядь!!!
Жестяная кружка заскрипела под сомкнувшимися пальцами.
– С него стребуешь, пожалуй, – хмыкнул Коллекционер. – Кстати, пулемет не мешало бы почистить, а то совсем вид непрезентабельный, – он нагнулся и шумно втянул ноздрями воздух, – ты из него стрелял?
– Да.
– Не сломал, я надеюсь?
– Отвяжись. – Стас прислонился к стене и запрокинул голову, тяжело дыша.