Рельсовая война
Шрифт:
— Все верно, командир, вот только та позиция, что мы имеем на Тихой улице, не обеспечивает контроль над всеми перечисленными тобой объектами. На данный момент стоянка машины в глухом переулке не привлекает внимания. Однако, как только вся стая Вампира окажется там, ситуация может измениться. А если люди Кучерина просекут слежку, то на антитеррористической операции можно смело ставить крест. Духи в момент уйдут из города.
Тимохин вновь задумался. Затем проговорил:
— Вот почему, Миша, ты у нас всегда в авангарде. Всегда впереди всех. Что предлагаешь?
— Ничего
— И у тебя нет никаких мыслей на данный счет?
— Мыслишка-то есть, но для начала надо с нашим ментом посоветоваться. Было бы неплохо посадить наблюдателя в дом покойного Воронова. Вот оттуда, если договориться со вдовой, можно безо всякого риска и эффективно отслеживать объекты на Тихой.
— Правильно, Миша! А посему мы с тобой и Локтевым сегодня же должны встретиться с Зинаидой Ивановной Вороновой.
— Совесть имей?! — воскликнул Шепель. — Я ночью пару часов спал.
— Ты меня удивляешь, Миша, что для тебя какая-то бессонная ночь? И потом, после встречи с женщиной у тебя будет время на отдых.
Шепель затушил окурок в пепельнице.
— Что, вот так втроем, да еще, может, на милицейской машине и заявимся к Вороновой… на виду у Розина?
— Ну, зачем же? Мы встретимся с ней там, где она работает. И в этом нам поможет Локтев. Я попробую ему устроить с ней встречу.
Тимохин позвонил капитану милиции, затем взглянул на подчиненного:
— Ну вот, Миша, Локтев договорился с Вороновой о встрече. Но не на работе, а в сквере, где-то около завода в Южном микрорайоне.
Шепель вздохнул:
— Вот только согласится ли Воронова сотрудничать с нами? Ведь женщина только что потеряла мужа.
Тимохин пожал плечами.
— Попробуем уговорить ее.
— Погоди, Сань. Все это хорошо, но я не пойму, на кой черт на встрече нужен я? Если удастся договориться с Вороновой, то брать с собой тебе надо Самойлова. Или другого спеца-электронщика. Тех, кто реально будут работать на контроле.
— Спецы спецами, а старшим подгруппы наблюдения я решил назначить тебя.
— Еще не лучше. И дернул меня черт за язык! Сколько…
Александр перебил майора:
— Язык твой ни при чем. Это мое решение, и принято оно до того, как ты вернулся с реки. Судя по тому, как складывается обстановка, именно на Тихой должны разворачиваться самые важные события, поэтому там мне нужен ты!
Переговоры с Зинаидой Вороновой завершились успешно. Женщина ничего не имела против нахождения в ее доме офицеров спецназа — правда, при условии, что соседи не будут знать об этом. Договорились, что пост наблюдения будет установлен на чердаке ее дома, откуда можно контролировать и усадьбу Розина, и магазин, и дом Черенковой. Удобная и безопасная позиция.
Вернувшись в загородную резиденцию, Тимохин определил задачу личному составу группы. Шепель с завтрашнего дня должен был постоянно находиться в доме Вороновой, а непосредственно наблюдение посменно вести старшие лейтенанты Самойлов и Колданов. На слежение за Кубаевым Александр отправил майора Макарова и старшего лейтенанта Шустова. Майору Гарину и старшему прапорщику Бирюкову было приказано в отсутствие Елены
4 июля, пятница
В 09–00 подгруппы Шепеля и Макарова заняли свои позиции, а в 10–20 от Шепеля пришел первый доклад. Михаил доложил, что в 10–10 возле магазина остановилась грузо-пассажирская «Газель» с местными номерами. Из нее вышли Лунций, Борис Вахрин, он же Катран, и Тимур Бакаев. Последние одеты в форму строителей. Миледи открыла вход в магазин со двора, и боевики перенесли в здание материал, применяемый при ремонте помещений. После чего Лунций рассчиталась с водителем «Газели», и автомобиль отъехал от магазина. Лунций вызвала такси и уехала, Вахрин и Тимур остались в здании. Немного позже, в 11–10, Макаров сообщил Тимохину, что Миледи из дома звонила Кубаеву, доложила о работе по магазину. Шепель сообщил, что Розин с Алисой находятся дома. Розину звонила Черенкова, интересовалась, когда он придет к ней. Розин ответил, что, возможно, эту ночь Зое придется провести одной. Мол, у него проблемы с дочерью. Но если все будет нормально, то придет.
В дальнейшем обстановка успокоилась. Офицеры спецназа полностью контролировали ситуацию. Тимохин приступил к разработке плана проведения антитеррористической операции. В комнате для совещаний Александр пробыл до 21–00, там же обедал и ужинал. Ровно в девять он набрал номер телефона руководителя отдела спецмероприятий полковника Крымова, но неожиданно ему ответил сам начальник Главного управления по борьбе с терроризмом:
— Феофанов на связи! Добрый вечер, Александр Александрович.
— Вы? Признаться, не ожидал. Здравия желаю, товарищ генерал-лейтенант.
— Удивлен, что вместо Крымова ответил я?
— Так точно! Что-то произошло?
— Пока ничего особенного. Докладывай, что у тебя по Черенску!
Тимохин доложил обо всем, что стало ему известно за прошедшие сутки. Феофанов, выслушав командира «Ориона», спросил:
— Уверен, что тебе хватит сил нейтрализовать банду Вампира с захватом Вахи Тахарова? Все же действовать боевики будут по трем направлениям, что, впрочем, не факт. Тахар — хитрый бандит. Он вполне может запутать ситуацию и только в последний момент раскрыться.
— Я согласен с вами, Сергей Леонидович, поэтому мы будем отслеживать всех фигурантов в игре Караджана — Тахара, включая последнего. Для этого сил хватит. До Караджана, окапавшегося в Стамбуле, сейчас нам, к сожалению, не добраться.
— Эка куда ты замахнулся! Решить бы вопрос по Тахару и Вампиру. От нас требуется одно, не допустить проведения боевиками террористической атаки на Черенск. И это мы должны сделать любой ценой.
— Сделаем, товарищ генерал, — пообещал Тимохин.
— Значит, поддержка не требуется?