Реквием
Шрифт:
— Какая же ты дура, — я рассерженно топнула ногой.
Атмосфера вмиг изменилась и предо мной оказался совсем другой образ. Теперь «моё» лицо исказила жуткая гримаса — злобный оскал, зрачки сузились, волосы растрепались.
Таким взглядом обычно смотрят сумасшедшие, маньяки или убийцы. Я попятилась назад, а мой образ начал наступать на меня.
Вокруг была лишь темнота ни капли света, я даже не видела куда идти. Меня охватила паника, ноги судорожно задрожали, и я с криком повалилась на землю. Моё альтер-эго
— Ты всё сломала, Лена, — тихим шёпотом проговорило оно. — Уже ничего не спасти.
Я лишь почувствовала, как холодный палец скользит по моим губам, затем как в темноте блеснуло лезвие ножа. Моё отражение приложило остриё к уголку моего рта и медленно, и тягуче произнесло:
— Мы будем всегда улыбаться, — раздалось нервное хихиканье. — Семён должен видеть, как мы рады.
Истошно завопив я проснулась, на меня тут же устремили взгляды пассажиры автобуса. Я же слегка смутилась и отвернулась в окно, меня прошиб пот, мне стало жутко. За окном всё также проносились деревья.
Я достала из пакета Слави помятый пирог и начала его жадно поглощать, за последнее время я вовсе забыла о еде, но мой желудок вовремя напомнил об этом. Меня мучала и жажда, но в пакете не обнаружилось даже бутылки с водой.
Оставшуюся часть пути доехала относительно спокойно, хотя всё ещё ловила на себе странные взгляды людей.
***
Спустя целую жизнь, я всё же вернулась к этим одиноким воротам с такой родной надписью — «Совёнок». Я завалилась на землю рядом с закрытым входом и впилась в неё ногтями, я была готова начать целовать всю эту грязь, но вовремя остановилась.
Лагерь оказался закрыт, хотя перелезть через ворота не составит труда, к тому же я прекрасно помню, как пробраться в лагерь по подземельям. Неожиданно тишину разорвало уханье, и я резко повернула голову в сторону звука.
На ближайшем ко мне дереве восседала сова, глаза у неё блестели и смотрели прямиком на меня. Я расплылась в улыбке, теперь я уже не боюсь сов, по крайней мере не сейчас. Рядом раздался приглушённый звук:
— Смотри, он же совсем не страшный, — зазвучал справа знакомый, слегка дёрганый голос.
— Наверное, — я повернулась, но никого не увидела.
Время шло к вечеру, а мне всё ещё нужно было попасть на территорию лагеря, потому я начала оглядывать ограждение на наличие удобного входа. Единственным вариантом попасть за забор было, залезть на фундамент статуи пионера и с неё перелезть через ограждение.
Во второй раз я поблагодарила свою спортивную форму и забралась к несчастному пионеру. Прыгнула на забор, но ослабевшие тело не осилило такого прыжка, я на лету ударилась об стену и повалилась назад на землю.
Минуту я просто лежала, держась за ушибленное место, корчилась от боли, затем снова поднялась и забралась на постамент. Со второго
С последним надрывом я перевалилась и с грохотом упала на асфальт. В глазах потемнело от боли, при падении я прикусила язык и рот наполнился привкусом крови, локти горели, ноги ныли от удара о землю.
Боль разошлась по всему телу, и я начала отключаться…
***
Стоял жаркий денёк, а новоприбывшие пионеры только начинали вливаться в лагерную жизнь. Я же по привычке заняла своё любимое место в библиотеке и попросила у Жени «Унесённых ветром».
В отряде мне были все знакомы ещё с прошлого года, кроме разве что этого странного парня. Семён что ли? Мне он показался очень милым, хотя и выглядел странно, постоянно бегал по лагерю, говорил что-то про себя.
Дверь в библиотеку открылась и на пороге оказался он, в руках держал бумажку, видимо обходной. Семён косился на спящую Женю и не решался к ней подойти, затем его взгляд упал на меня.
Почему-то у меня перехватило дыхание, щёки загорелись, и я поспешно уставилась в книгу. Сама не знаю, что на меня нашло, наверное, боялась выглядеть глупо в его глазах. Но почему? Ведь на остальных мне было всё равно.
Парень подсел ко мне и молча уставился в окно, видимо не знал, как начать разговор. Может он тоже стесняется?
— Ты же Лена, да? — Наконец тихо спросил он.
— Да, — робко вырвалось из меня.
— А, ты тут, часто бываешь? — Семён развернулся ко мне полностью.
— Наверное, — я нервно поглаживала корешок книги. — В смысле, да, часто.
— Нас что-то плохо друг другу представили, — Парень робко протянул мне руку. — Я Семён, но ты уже знаешь.
— Лена… — я опасливо пожала её, словно боялась, что он меня утащит.
— Я уже понял, — он слегка усмехнулся.
— Извини, я забылась.
— Ничего, — Семён отпустил руку. — Что-то интересное?
Он приподнял мою книгу и взглянул на обложку. Мне было как-то страшно рядом с ним, хотя убегать совсем не хотелось.
— Хорошая книга, — одобрил парень.
— Спасибо, — я была готова провалиться под землю от смущения.
— А долго она будет спать? — Семён кивнул в сторону Жени.
— Не знаю, — пожала я плечами. — Но лучше её не будить.
— Съест?
— Нет, — я расплылась в улыбке. — Ударит.
Он заулыбался и тихо усмехнулся, уставившись в окно. Казалось бы, ничего в нём примечательного — невыразительные глаза под которыми наблюдались синяки от недосыпа, растрёпанные и немытые волосы, неуклюжие движения. Но что-то меня привлекло, он был таким отстранённым, никак не вписывался в реалии всего происходящего.
Наши посиделки продолжались до тех пор, пока проснувшиеся Женя, не гаркнула:
— Ты кто? Чего ты сюда припёрся?
***