Ректор

Назимов Константин Геннадьевич

— Саша, ты собираешься уничтожить эту связь? — чуть хрипловато произносит Софи. — Считаешь, что тогда все вернется, как прежде? Кстати, а что между нами происходило до того, как во мне проснулся стихийный огонь?

Очень неприятные вопросы! Знает куда бить, а полный ответ дать не в состоянии. Поймет, что вру.

— Думаю, нам от этого станет лучше, — осторожно отвечаю, а потом продолжаю: — У нас с тобой что-то сродни приворотного зелья, которое работает сразу у двух людей. Недавно виделся с господином Вертлугиным и попросил его сварить антидот. Кстати, Валерий Семенович будет преподавать зельеварение. Ты на его занятиях будь внимательнее, если варево усиливать рунами, то оно даст больший эффект, при правильном приготовлении

и соблюдении рецептуры.

Боже! Что я несу? В сейфе две склянки с отворотным зельем, нам его следует выпить и связующие нас нити исчезнут. Ну, в теории, на практике еще не проверял. Однако, почему-то мне совершенно этого не хочется. Девушка тоже носик морщит, а сама размышляет. Надеюсь, отказываться не станет. Или все же хочу, чтобы отказалась? Еще и моя саламандра как-то странно отреагировала, такое ощущение, что когтями по сердцу провела.

— А если не сработает? — медленно произнесла Софи. — Думаю, клин клином вышибают и тебе придется повторить все то, что между нами произошло, — ее глаза затуманились.

Она не четко выразилась, но ее понял. Мгновенно нахлынули воспоминания, как ее обнаженную к себе прижимал, а непоправимое чуть-чуть не случилось. Боги, как только удержался?! Боюсь, на такой подвиг не отважусь, самоконтроля не хватит. В особенности зная, что Софи ничего не угрожает. Правда, случись такое и за свою жизнь не дам ломаного гроша. Нет, этот вариант не приемлем, да и не простит девушка, когда напускное чувство исчезнет. Я к Софи слишком хорошо отношусь, чтобы так поступить. Неожиданно кольнула пугающая мысль, что чувства настоящие. Даже выругаться захотелось, а лучше — напиться! Действительно, ощущения неизвестные, никогда и ни с кем такого не испытывал. Интрижек, скоротечных романом и даже длительных отношений было не мало. Взять ту же Островскую, с которой бы не прочь продолжить общение, но она сама решила оборвать нашу связь.

— Пойми, сейчас чувствуем страсть, но так как люди разумные, то с ней боремся, — медленно произношу, ощущая, что и Софи сдерживает порыв броситься в мои объятия.

Ну, на всякий случай заготовил пару заклинаний, в том числе и воздушный щит, дабы не допустить близости. Боюсь только, что ни одно плетение не устоит против той, которую мой источник считает своей половинкой. Это все равно, что против самого себя действовать.

— Если так настаиваешь, то давай свое зелье, — неожиданно согласилась девушка. — Выпью его, и ты поймешь, кто прав.

— Вот и умничка, — выдохнул я и дотянулся до дверцы сейфа. Достал склянки с варевом, откупорил их и одну подвинул на край стола: — Это твоя, предлагаю употребить отворот одновременно.

— Как скажешь, — глядя мне в глаза ответила княжна, осторожно приблизилась, взяла в руку склянку и поднесла к губам: — Готов?

Софи улыбается и убеждена, что зелье не поможет. Почему она так уверена?

— Да, готов, — ответил ей и тоже поднял пробирку с зельем, но на уровень глаз. — Пьем! — скомандовал и опрокинул склянку, выливая тягучее содержимое сразу в горло.

Отвратительное на вкус зелье, но оно даст возможность мыслить здраво и не смотреть на Софи масляным взглядом, который приходилось маскировать. Интересно, почему девушка пришла и отважилась на такой разговор, да еще не побоялась остаться наедине? Настолько уверена в своей силе воли, что победит влечение? Или безоговорочно доверяет мне? А может, решилась на совсем другое, но хочет, чтобы я в ее чувствах убедился? Вопросов много, а ответы узнать удастся только после того, как варево господина Вертлугина сработает. Осталось пара минут, плетения уже начали действовать и мне немного грустно, что вскоре лишусь к Софи такого сильно чувства.

Глава 16

СЛОЖНОСТИ В ОТНОШЕНИЯХ

Глава 16. СЛОЖНОСТИ В ОТНОШЕНИЯХ

* * *

События глазами Софьи Коршуновой.

Княжна

невозмутимо выпила предложенное врачевателем зелье. В этом весь господин Воронов, мало кому доверяет и чувства от себя гонит. А девушке прекрасно видно, как он переживает и мучается, но не признается, гад этакий! Взять бы стопку бумаг, да по башке его упрямой треснуть. Кому расскажи — не поверят, чтобы она за кем-то бегала и уговаривала! За ней постоянно ухаживают, признаются в любви и чего только не обещают. На балах приходиться строить из себя ледяную и неприступную принцессу. Брат говорит, что получается неплохо. Отец не очень доволен, когда она с отпрысками из могущественных кланов себя ведет холодно. Но ей еще никто не нравился, а даже если и случалась мимолетная симпатия, то только до того момента, как парень или мужчина открывали рот. Слащавые речи ее не трогали, а неискренность раздражала до коликов. Правда, были и такие поклонники, которые перли нахрапом и желали ее заполучить всеми доступными средствами. Это самые опасных, по-настоящему ей симпатизировали и искренне говорили про любовь. Но и среди этих господ она не видела своего мужчину, с которым согласна делить горе и радость. Самое интересное, что первый раз встретив господина Воронова, когда тот ее лечил, она посчитала странное беспокойство внутри и чувство неловкости ничем иным, как побочным действием. Не признавалась себе и позже, что по уши влюбилась. Не понимала, почему испытывает такие противоречивые чувства к Кати Островской и Натали. Ой, да чего там говорить, она японочку в какой-то момент на дух перестала выносить. Минако веселая и симпатичная, готова радоваться жизни и со всеми напропалую флиртовать, не скажешь, что принцесса. И ведь именно она пришла в Петербурге в покои Софьи и откровенно с ней поговорила. Дело происходило поздним вечером, на улице моросил противный дождик, княжна прохаживалась по комнате мрачнее тучи и искала причину тягости на душе. Вот тогда-то и постучала в дверь Минако:

— Не выгонишь? — улыбнулась японочка, одетая в кимоно и внимательно рассматривая подругу.

— Проходи, — коротко предложила Софи.

— Чего такая грустная? Ревность мучает? — с порога перешла в наступление Минако.

— С ума сошла? — отмахнулась княжна. — С чего бы мне кого-то ревновать? Настроение сродни погоде, — кивнула в сторону окна.

— Понимаю, — присела японочка на диван. — Как насчет выпить и поговорить?

— Чай, кофе? — вежливо предложила Софья, мысленно простонав и мечтая остаться одной.

Княжна никого не желала видеть. Недавно брата не впустила, служанок прогнала, а вот с гостьей империи не смогла так поступить, наверное, из вежливости. А еще стало интересно, почему она испытывает к ней вражду. Вроде бы сдружились, нашли общий язык, но чем дальше, тем отчетливей понятно, что Минако ее сильно раздражает.

— Вина, — усмехнулась японочка и вытащила бутылку из складок кимоно. — Это вино из слив, называется Умэсю, сладкое и очень вкусное. Тебе понравится. Пьется легко, но валит с ног. Похмелья от него не будет, зато мысли в голове прояснятся, но через пару дней не раньше. Впрочем, думаю, мы с твоей проблемой быстрее разберемся.

— У меня нет проблем! — немного резче, чем требовалось ответила Софья.

Минако улыбнулась и не стала ее разубеждать, только попросила:

— Неси бокалы, устроим посиделки.

— На полу? — уточнила княжна, мысленно простонав, но потом решила, что выпить и впрямь стоит.

Японочка не соврала, вино действительно оказалось вкусным и крепким. Уже после нескольких бокалов княжна ощутила, как напряжение ее отпускает, но раздражение никуда не исчезает.

— Софи, хочу тебе сказать, что господин Воронов мне нужен только с научной точки зрения, — неожиданно произнесла Минако и чокнулась с бокалом подруги. — Он обладает уникальными знаниями и умениями. Намереваюсь их у него узнать и ничего более. Так что не считай меня соперницей.