Рекрут
Шрифт:
– Ты же умный малый, – усмехнувшись, продолжал «учитель», – зачем тебе неприятности? Тебя же ничего плохого не заставляют делать, а просто честно служить своему Отечеству.
– Пошел вон! – просипел упрямец, сплевывая кровавую слюну. – Никогда не доносил и доносить не стану!
Было видно, как передернуло Хвостова и его лицо исказилось злой гримасой. Однако бугай сдержался и даже расплылся в мерзкой улыбке.
– Да кто тебя, дружок, – продолжал уговаривать он, – заставляет доносить? Просто честно докладывать обстановку
– Перестань, Хвостов, – отрезал курсант, – ничего не получится. Шестерить я не стану и псом твоим не буду. У тебя их и без меня хватает. – И Технолог смело и презрительно указал на приятелей Грини.
– Не будешь?
– Нет!
– Ну и правильно…
Хвостов широко развел руками в стороны, словно у него не хватало больше слов, пожал плечами в знак согласия и, когда Технолог недоуменно посмотрел на своего мучителя, тот резко ударил свою жертву кулаком в солнечное сплетение.
Бедный курсантик, глухо екнув, сложился пополам. Из пересохших окровавленных губ вырывался сиплый короткий хрип, воздуха катастрофически не хватало, в глазах зарябило, и голова пошла кругом. К горлу подступил тошнотворный комок…
Сашка Буров медленно, но решительно поднялся со скамейки, чтобы остановить это безобразие. Однако Бур слегка опоздал: возле конфликтующей компании остановился какой-то незнакомый солдат, по-видимому, из числа новичков, так сказать новое пополнение. Парень поставил на землю свой чемодан и, засунув руку в карман брюк, с интересом посмотрел на компанию.
Что-то знакомое было в движениях, жестах и самой фигуре незнакомца. Буров пригляделся… Ну, конечно же, сомнений не могло быть, он узнал новичка и, обрадовавшись, прибавил шагу.
Троица так была увлечена разборкой, что и не заметила, как к ним подошел молодой новобранец. Он радостным голосом наивного простачка окликнул «стариков».
– Ребяты, – а где тут у вас десятый блок? Мне сказывали, где-то в этой стороне, недалеко отселя…
Внимание старожилов моментально переключилось на дебильного парня, который по-дурацки улыбался во весь рот и беззастенчиво таращил глаза.
– Топай отселя, деревня! – зло отмахнулся от незнакомца Хвостов. – Понял?
– Чаво? – переспросил новичок.
– Ровненько и быстро, – добавил Черный.
Но незнакомец оказался то ли тупым, то ли весьма любознательным и, казалось, не понял намека.
– Спасибо, – улыбнулся он, – а че у вас тут, строевая подготовка или в «замри» играете?
– Что? – не понял Хвостов. – Вали отсюда, козел!
Незнакомец обиженно пожал плечами.
– Не хотите, как хотите, – пробубнил он, явно расстроенный неласковым приемом, – играйте одни в «замри».
Парень взял чемодан и собрался уйти восвояси. Пришедший в чувство Технолог с интересом наблюдал за незнакомцем.
Дружки молча переглядывались между собой, на некоторое время забыв о своей окровавленной и перепуганной
– Эй, деревня, – грубо окликнул новичка Гриня и поманил его пальцем, – а ну поди-ка сюда.
Новобранец быстро и обрадовано поспешил на зов верзилы.
– А це шо за гра такая? – с любопытством поинтересовался Хрен, выражая общее нетерпение.
– Простая, – ответил, улыбаясь, парень, – ух и люблю я ее!
Троица начала терять терпение.
– Слушай ты, – повысил голос Черный, не слезая с бревна, – не тяни козла за хвост!
– Ну все просто, – начал объяснять незнакомец правила игры, отставив чемодан в сторону, обрадованный вниманием со стороны «стариков». – Я говорю кому-нибудь из вас: «замри!», и он, бедняга, замирает минут на пять, а бывает и поболе.
– Це шо, – скривился хохол, – экстрасенс?
– Шайтан, – съязвил Черный.
Дружки весело рассмеялись, подталкивая друг друга локтями и похлопывая крепкими широкими ладонями по мускулистым спинам и плечам, а Гриня, сделав шаг вперед, презрительно посмотрел на наглого и глупого парня. Тот был крепкого спортивного телосложения, но все равно казался по сравнению с Хвостовым щуплым подростком, да в придачу был на целую голову ниже Грини.
– Ну а ежели я не захочу «замереть», – вызывающе заявил бугай, – что тогда?
– Значит, ты выиграл, а я проиграл, – пояснил парень. – Но это от тебя и не очень-то зависит, – добавил незнакомец, – твое желание мало что решает.
– А шо решает? – встрял в разговор Хрен, начиная понимать, что новичок просто издевается над ними, рассказывая какие-то деревенские небылицы. – Твой язык, як бабское помело.
– Слово…
– Шо? – насупился Хрен, надвигаясь на шутника.
– Простое человеческое слово, – серьезно произнес парень и добавил, – и желательно вежливое.
– Хлопцы, дык вин насмихаецца над нами! – зло бросил оскорбленный хохол.
– Кастрировать барана, – подвел черту кавказец, – по самую шею, вместе с языком!
Хвостов, до сих пор молчавший и наконец осознавший, что его и приятелей околпачили, нервно задергал желваками и, отстранив рукой нетерпеливого хохла, скорого на расправу, двинулся на незнакомца.
– Ты понял, мудак? – проревел глухим голосом верзила, сверля наглеца бычьими глазами.
Новобранец никак не отреагировал на грозное рычание, а только радостно улыбнулся.
– Понял! – весело произнес он. – Значит, играем?
– Сейчас ты у меня и спляшешь, и…
Что должен был сделать незнакомец после «спляшешь», присутствующие не расслышали, вернее, Гриня не сказал. Шустрый парень, не вынимая руки из кармана, громко и четко скомандовал: «Замри!» и, не дожидаясь, пока наступающий остановится добровольно и опустит громадный кулачище на его голову, молниеносно, словно из катапульты, всадил коротким ударом кованый носок ботинка верзиле в область сердца.