Реконструктор
Шрифт:
Уходить в глубь леса, разумеется, можно.
Особенно сейчас, располагая приличным уже запасом продовольствия и не испытывая недостатка в вооружении. Можно даже попытаться устроить преследователям засаду.
Которая, с большой долей вероятности, станет для нас последним боем. Увы, немцы значительно лучше подготовлены. Да и, кроме того, на их стороне мобильность и средства связи. Численное превосходство, наконец. Любого из этих факторов достаточно для того, чтобы усложнить наше дальнейшее существование в максимально возможной степени.
Поэтому
Нет, с места боестолкновения, разумеется, наша группа сваливает в максимально быстром темпе, особо не заботясь о маскировке своих следов. Сваливаем, само собой разумеется, в сторону дороги. Все естественно, мы же не какие-то там немыслимые таежники, способные тихо и незаметно ходить по лесу. Куда уж нам до егерей…
Во всяком случае, очень надеюсь на то, что именно так и подумают наши преследователи.
И дружно рванут по нашим следам – они хорошо видны на дороге. Следы стоптанных русских сапог. Выходят из леса, какое-то время прорисовываются на обочине, потом пересекают дорогу, мимоходом пройдясь по глубокой луже. Оная лужа вплотную подходит к кустам, куда, надо думать, смотались зловредные русские. Именно туда, ибо дальше на дороге следов русских сапог не наблюдается. Да и откуда им там быть?
Особенно если учесть тот факт, что они из этой лужи и не выходили вовсе. Просто каждый из бойцов, зайдя в лужу, переобувался в трофейную обувь, которую нес в руках. И на сушу выбирались уже вполне себе немецкие ботинки или сапоги – кому что подошло… А вот подобных следов на ней хватало и без нас.
Памятуя о зловредных собачках, которые уже один разок нам неплохо поднагадили, безжалостно присыпаю всю округу рядом с нашей лежкой трофейным табаком. Ничего, живой боец и без курева потерпит, а мертвому сигареты без надобности.
Ждем…
Трудно это – сидеть в двух шагах от возможной могилы. Нас, если что-то пойдет наперекосяк, прихлопнут тут моментом. Нет, сколько-то солдат мы, ясен пень, с собой заберем, это не вопрос. Но помирать неохота категорически! Однако же каким-то образом надо убедить фрицев в том, что мы топаем именно туда, куда и показали изначально. Поэтому решаю рискнуть и ломлюсь напропалую по лесу, щедро ломая на своем пути ветки и оставляя за собою след, словно от рехнувшегося лося. Не заметить столь явных вещей – ну это совсем слепцом надо быть! Попутно, пользуясь некоторыми прибамбасами из арсенала покойных «охотничков», оставляю на своем пути парочку растяжек – немецкие гранаты, ежели кто не знал, такие вещи вполне предусматривают. Даром что запалы у них терочные. Правда, не у каждого солдата при себе подобные штучки есть. Но у «охотничков» – имелись. Грех таким подарком не воспользоваться! Это уж совсем круглым дураком надо быть! Льщу себя надеждой, что к таковым не отношусь…
Все, закончили комедию ломать. От меня уже и так только что пар не валит. А вы думали? Протопать по лесу дурным пером пару верст… врагу не пожелаешь. Хотя смотря какому врагу. Тем, что пойдут по моим следам, – пожелаю.
Ну, теперь можно и передохнуть. Ребята заныканы, ветками я их завалил, сверху немецкую хурду набросал – не должно от них особо
Розыскная собака – это зверь особенный. Ее беречь надобно, попусту не перенапрягать и не дергать. Да и работать с ней может далеко не каждый человек, а только проводник. Во всяком случае, в моей башке сохранилась именно эта информация. Вполне возможно, что присутствовали и еще какие-то тонкости и особенности, о которых я попросту сейчас не помню. Но, исходя из уже имеющихся сведений, можно было предположить следующий порядок действий противника.
Посланная на встречу с поисковиками группа никого не обнаружила.
Вывод?
Их может быть два.
Группа кого-то там преследует или обнаружила и ждет подкреплений. А послать кого-либо навстречу товарищам по ночному лесу… тот еще геморрой. Может и не дойти.
В этом случае немцы продублируют встречу, выслав связных уже днем, чтобы прошли по следам.
Вариант второй – группа погибла.
Опять же немцы вышлют на поиск пока всего несколько человек.
Собак в этом случае не возьмут: могут выдать поисковиков своим лаем.
Хорошо, прочесали они лес – и нашли своих товарищей.
Что дальше?
Облава?
Скорее всего.
Кого будут искать?
Тех самых пленных.
Где?
Да в лесу, где ж еще!
А собачек они где возьмут?
Да там же, где и брали, – в лагере.
Но закавыка в том, что розыскную собаку не поведут пешком – далеко. И устать она может раньше времени. Соответственно и сработает.
Вывод?
Собаку повезут. На мотоцикле или автомобиле. Учитывая ценность собаки, второй вариант предпочтительнее.
Значит, выходим на дорогу и пасем грузовик, идущий со стороны лагеря. Почему именно его?
А вы пустите собаку в свой автомобиль? В легковой, я имею в виду. Для перевозки офицеров предназначенный. Если свою собственную – очень вероятно, а вот служебную… Для того и существует служебный транспорт. Солдат и ножками пройтись может, а розыскную собачку беречь надобно!
А отчего в первом случае командир егерей (или как их там…) про машину молчал?
Так не было ее! От лагеря вся компашка топала! До самого поворота. Где и отпустили восвояси проводника с собакой. И назад, надо думать, они так же ушли – ножками. И одна собачка нынче весьма уставшая будет, ее заново не дернут – неэффективно она сработает. Но вот проводник – тот поедет как миленький! Отчего?
А кто второму проводнику покажет место, где собака в лес свернула? Других-то никого там не было! Ибо – коллега! Пояснит все, как положено, да и советом поможет. У немцев это завсегда…
Так что будут в той машине оба проводника.
И единственная годная к работе розыскная собака.
Там они должны и остаться…
Это называется – дергать медведя за яйца…
Я, правда, такого никогда не делал, но очень сомневаюсь, что моя нынешняя затея от этого сильно отличается.