Регулюм
Шрифт:
– О чем?
– О его будущем.
– Я так и подумала. Конкретней, пожалуйста.
– Мы говорили всего минуту, – произнес Вадим с деланным простодушием. – Я спросил, куда он собирается поступать, он ответил – в летное училище.
– Дальше.
– Я засмеялся и сказал, что летчики гробятся чаще других технарей, в это время показалась машина преследователей, я высадил Кешу… э-э, Садовского во дворе и дал по газам.
– Все?
– Все, – кивнул Вадим, честно глядя Шлионской в глаза.
– Вы представились, кем являетесь на самом деле?
– Упаси
Руководительница «волчиц» с сомнением смерила его взглядом.
– Мы это проверим, капитан, и если вы солгали…
– Вы меня уберете? Или просто измените милиссу?
Шлионская повернулась к нему спиной, и Вадим несколько мгновений боролся с желанием броситься на нее, отнять длиннер и попытаться сбежать отсюда, однако здравый смысл взял верх, и он расслабился.
– Еще вопрос, – обернулась на пороге женщина. – О чем вы говорили с Дианой перед вылазкой в прошлое?
– Да обо всем, – равнодушно пожал плечами Вадим. – В основном о задачах Равновесия, о способах корректировки реальности, об истории… А что?
– Это не она вам посоветовала изменить милиссу Садовского?
– Не-ет, – протянул озадаченный Вадим, у которого ёкнуло сердце: контрразведка «волчиц» если и не знала о содержании его разговора с Дианой, то догадывалась, о чем шла речь. – Зачем ей давать мне такой совет?
– Я тоже хотела бы это знать. – Шлионская вышла.
Дверь закрылась, Вадим остался наедине со своими мыслями и переживаниями. И вдруг четко понял, что Диане грозит нешуточная опасность! Ее вмешательство в судьбы Вадима и Кеши могло стоить ей жизни.
Вадим стукнул кулаком по бедру, оглядел практически голую комнатушку – топчан, стул, оленьи рога на стене в качестве вешалки, – прошелся в возбуждении от стены к стене. Надо было что-то предпринимать, но он не знал, с чего начать. Попробовал вызвать по рации Диану и добился лишь того, что в камеру зашла мощная «волчица» и отобрала у него рацию. Он остался без связи. Заставив себя успокоиться, Вадим прилег на топчан, перебирая в уме варианты возможного спасения, и через полчаса составил план действий, основанный на внезапности и убежденности охраны в безнадежности положения пленника. Оставалось уточнить детали и включиться в боевой режим. Ждать прояснения ситуации не имело смысла.
Вадим оглядел комнату, прикидывая, что здесь можно использовать в качестве оружия, однако, кроме рогов на стене, ничего подходящего не обнаружил. Сдернул их со стены и, спрятав за спиной, стукнул несколько раз кулаком в дверь.
– Эй, бабы, я хочу в туалет!
– Потерпишь, – донесся сквозь щели тихий смех охранниц.
Вадим снова принялся стучать в дверь, пообещал: – Сделаю лужу, вам же хуже будет!
– … отрежем, – пообещали ему в ответ, но спустя минуту дверь все-таки отворилась, и рослая охранница, направив на пленника ствол новейшего бесшумного автомата «никонов», повела им в сторону: – Выходи.
В то же мгновение Вадим дернул автомат за ствол к себе, охранница сделала шаг и получила тычковый удар в лоб. Села на пол,
Вадим закрыл дверь, нагнулся к начинавшей приходить в себя церберше, снял с нее «мушку» рации. Юбка у нее задралась, открывая мускулистые ляжки и черные трусики. Глянув на них, Вадим едва не поплатился за любопытство: девица вдруг ударила его ногой в колено, вскочила, пытаясь нанести удар раскрытой ладонью по лицу (черт, какие когти!), и Вадим успокоил ее стопорящим ударом в грудь (кулак упруго отскочил, как от резинового мяча) и пощечиной.
– Спокойно, фройляйн, не надо демонстрировать свою подготовку, мы не на шоу. – Вадим потер колено. – У меня преимущество: в отличие от вас я спасаю свою шкуру, которая мне очень дорога. У меня всего один вопрос, ответите – и я оставлю вас здесь отдыхать.
Девица снова бросилась в атаку, зашевелилась ее подруга, Вадим понял, что надо действовать жестче: «волчицы» признавали только силу. Ударил дважды, едва не сломав охраннице руку (та взвизгнула), еще раз ткнул вторую девицу в шею (не убить бы ненароком), парализуя мышцы, и шлепнул первую по щеке.
– Не дергайтесь, сеньорита! Вежливость у вас не в почете, будем разговаривать на вашем языке. – Вадим подумал, снял автомат с предохранителя и направил на согнувшуюся, прижимавшую к груди руку, девицу. – Где Диана? Что вы собрались с ней сделать?
Охранница не ответила, злобно сверкнув глазами.
Вадим поднял ствол «никонова» и дал очередь поверх головы девицы. Оружие было снабжено специальным глушителем, и звуки стрельбы походили на серию плевков. Снова направил ствол ей в лицо.
– Следующая очередь ляжет ниже. Мне терять нечего.
– Я ничего не знаю, – скривилась охранница.
Вадим выстрелил, всаживая по две пули в стену с двух сторон от ее головы. Девица вздрогнула, побледнела, широко раскрывая глаза.
– Ты не понимаешь, чем рискуешь. Отсюда все равно не убежишь.
– Я задал вопрос. – Вадим сделал зверское лицо и слегка вдавил пальцем курок автомата.
Охранница съежилась, с ненавистью глядя на мучителя, нехотя выдавила:
– Диана – шпионка «волков».
– Не может быть! – выдохнул Вадим, едва не роняя автомат.
– У нее нашли кое-какие материалы… Ты с ней спал и не знаешь?
– Я с ней не спал… о черт! Как вы узнали о том, что она шпионка?
– Это не мое дело, да и не твое тоже. Побеспокойся лучше о себе. Хотя приговор ты себе уже подписал.