Реформатор
Шрифт:
Михаил удивленно посмотрел на собеседника. Просьба не была обычной.
– Интересно… а подождать ты не можешь? У нас тут война. Трудно что-нибудь придумать.
– Конечно, могу подождать, твое величество. Но все же… хотелось бы побыстрее выполнить новую работу.
– Мерт, ну какая работа может быть сейчас?
– Украсть что-нибудь, – предложил Ренгел, – В крайней случае – что-то поломать, нанести какой-то ущерб. Я мог бы даже попробовать взорвать крепостную стену. Думаю, что это меня тоже немного успокоит.
– У меня нет для тебя крепостных стен, которые можно взорвать. К тому же, это тоже может привести
– К убийству кого, твое величество?
– Ишибов и солдат Томола и Кманта.
– Их смерть не считается за убийство. Они ведь враги. Воюющая сторона. Сражаются с Ранигом прямо, не скрываясь…
– Но Миэльс тоже сражался.
– К тому времени он уже бежал, твое величество. И скрывался. Здесь есть разница.
– Мерт, это какие-то нюансы. Враг есть враг, – произнес Михаил, пожимая плечами.
– Твое величество, совсем даже не нюансы. Здесь – явная война, там – изгнанник. К тому же, мое задание будет лишь взорвать стену. Я с ним справлюсь. Если враг понесет потери, то это его проблемы. К моему заданию они не будут иметь прямого отношения. Ведь мне поручено будет просто взорвать стену, а не убивать кого-нибудь.
Король только покачал головой. Он старался вникнуть в логику вора. Получалось, что тот не мог идти на убийство ради убийства. А вот если вследствие, например, кражи кто-то погибнет, то это не ляжет тяжким бременем на совесть Мерта. Логика была удивительной.
– Послушай, здесь нет крепостных стен. Мы в открытом поле.
– Может быть, тогда твое величество мне просто разрешит что-то украсть? Что-то очень ценное? По собственной инициативе.
– Мерт, нет! – голос короля выражал неудовольствие, – Мы ведь об этом договорились. Никаких краж, никакой инициативы! Ты работаешь на меня. Не на себя и не на кого-нибудь другого, а на меня.
Ренгел опустил голову. У него был потерянный вид. Михаилу даже стало немного жаль вора, хотя он не до конца понимал причины такой странной просьбы. Убийство – конечно, плохо, но одно убийство мало чем отличается от другого. А совершать преступление, чтобы не мучила совесть по поводу предыдущего преступления – это было уже нечто из ряда вон выходящее. Впрочем, король допускал, что представители преступного мира могут думать именно так. Он с ними близко не общался. Возможно, у всех воров такая вот странная логика.
– Ладно, Мерт, если ты этого так хочешь, то можно что-нибудь придумать. Но выполнять задание или нет – целиком по твоему усмотрению. Я все еще предлагаю тебе небольшой отпуск.
Михаилу пришла в голову одна мысль. Она касалась не очень важного дела, которое однако могло бы нанести врагу какой-никакой ущерб.
– Какое задание, твое величество? – Ренгел поднял голову.
– Сможешь пробраться в лагерь противника?
– Постараюсь, твое величество.
– Так вот, они там где-то хранят гранаты, которые не взорвались. Думаю, что уже успели их собрать. И наверняка сложили все в одно место. Скорее всего, не в центре лагеря, а где-то на окраине. Может быть даже далеко на окраине.
– Гранаты заряженные? – удивился Мерт.
– Именно. Ты понимаешь мою мысль?
– Да, твое величество.
– Тогда попытайся сделать это. А если не получится, то ничего страшного. Если отыщешь гранаты, то близко к ним не подходи. Я не знаю, какой силы будет взрыв, если все получится. Особого
– Нет, твое величество.
– Тогда ступай.
После ухода Ренгела Михаил задумался о странных мотивах, которые определяют поступки людей. А также о том, какие причудливые пути могут выбирать люди для того, чтобы достигать своих целей. Например, – желание разбогатеть. Кто-то пытается достичь богатства долгим и упорным трудом, кто-то – играя в казино, а кто-то – совершая преступления. Как с первого взгляда определить, что из себя представляет человек? Каким путем он пойдет? Это были важные вопросы. Или вот последний пример с Ренгелом Мертом, который произвел неизгладимое впечатление на короля. В первую очередь потому, что он никак не мог предугадать, что опытный вор будет мучиться душевными переживаниями вследствие преступления, да еще найдет такое странное средство для борьбы с ними. Король должен хорошо разбираться в людях. Даже не только хорошо, но и быстро, ведь при монархии исполнителей очень много, а руководитель, по сути, – один. Время тоже нужно экономить. К тому же, какому руководителю понравится, если подчиненные будут часто совершать неожиданные поступки и высказывать странные желания? Михаилу это не нравилось совершенно точно. Единственная мысль утешала его – все дело, возможно, в опыте. В дальнейшем, по мере практики общения все с большим и большим количеством людей, ситуация кардинально изменится. Он станет ошибаться в своих оценках реже. В это очень хотелось верить.
Король не знал, сколько времени просидел в раздумьях. Может быть, час, может быть, два. Рассвета еще не было. Его снова отвлек голос охранника.
– Твое величество! Гонец от капитана Ертаста! Срочное донесение!
– Пусть заходит, – сказал Михаил.
Капитан королевской гвардии Ертаст сейчас возглавлял службу дозора и наблюдателей. Вся информация о перемещениях и действиях противника прежде всего стекалась к нему. А потом он уже выделял из нее главную, требующую немедленных решений, и второстепенную, о которой можно было докладывать наверх не столь срочно.
Гонец, совсем молодой солдат, подскочил ко входу в палатку. Не успев даже зайти в нее, он на ходу выпалил:
– Твое величество, в лагере Томола и Кманта оживление. Звучат сигналы к построению. Капитан Ертаст считает, что противник готовит внезапную атаку либо большими силами, либо вообще всеми силами.
Михаил печально улыбнулся. Вот оно, началось. У него были подозрения, что это случится довольно скоро. Ночная бомбардировка мало кому бы понравилась. Очевидно, что короли Томола и Кманта не хотели ее повторения.
– Объявить общую тревогу. Все отряды – в боевой порядок. Штаб ко мне. Пошлите гонца к обозникам. Пусть берут лишь самое необходимое и уходят еще более глубоко в тыл, действуя строго по плану, – король быстро вышел из палатки и отдавал распоряжения.
Прошло полчаса. Светало. Ситуация в обоих лагерях разительно изменилась. Армия Томола и Кманта медленно выдвигалась по направлению к противнику, а полководцы Ранига пытались понять, как именно и куда будет нанесен удар. Все отряды были выстроены. Вопрос заключался лишь в том, в какое место их поставить.