Рефлекс выживания
Шрифт:
— Юлька, — перебила я её, — это я уже слышала. Конкретно, чем могу помочь?
— Верни мне его, Сашка, верни, — рыдала подружка.
— Ну, моя дорогая, вот это я сделать не в силах. Ты же знаешь, что Андрей — брат только по крови, но не по духу. Нас с ним давно уже ничего не связывает.
Юлька заревела еще громче и сквозь рыдания вдруг сказала:
— Я же тебе говорила, что у него другая появилась. Я же чувствовала.
Я с удивлением посмотрела на неё:
— Ты уверена?
Вот это номер! Когда же братец успел? Юлька рассказала мне следующее. Месяц назад наша фирма отмечала день рождения Екатерины Владиславовны, конечно, в «Александрине».
— Но откуда ты узнала о ней? — поинтересовалась я.
— Очень просто: она учится с моей соседкой.
Я понимала Юльку: расставание — это всегда тяжело, но когда появляется другая…
Знаю по себе. В семнадцать лет я по уши влюбилась в красивого голубоглазого студента с исторической родины моего папы. У красавца было самое необыкновенное имя на свете — Луис. Для меня это имя тогда звучало как песня. Кстати, мама моего возлюбленного была уроженкой нашего города, и он подумывал о том, чтобы навсегда остаться у нас, тем более и состоятельная родня его к этому склоняла. Я летала на седьмом небе от счастья, но моя мама, испугавшись, что любимая дочь повторит её несчастливую судьбу, сделала всё возможное, чтобы мы расстались. Луис уехал и даже не попрощался, а я, пострадав пару месяцев, утешилась, когда на горизонте появился молоденький офицер, за которого чуть не вышла замуж. Но, к счастью, вовремя вмешалась судьба: Ванька сделал мне предложение и со спокойной совестью продолжал развлекаться в компании белокурой подруги, с которой крутил роман одновременно со мной. В итоге оказался отцом очаровательного малыша. Я, узнав об измене, не огорчилась, а почему-то обрадовалась. Представляю, что стало бы со мной, поступи я наоборот, наверное, выглядела бы еще хуже Юльки, превратившись в безобразную тётку, слоняющуюся без дела по какому-нибудь дальнему гарнизону…
Ничем помочь подружке я не могла, только утешить. Но утешения мои на неё не действовали. Рыдания то затихали, то возобновлялись с новой силой. На Юлькино предложение — остаться ночевать, я наотрез отказалась. Ещё одну бессонную ночку под слёзный аккомпанемент просто не выдержу.
Уставшая и опустошенная, дотащилась до родной квартиры. Но судьба, видно, решила, что сюрпризов недостаточно, и подкинула ещё один — Вадима. Он скучал возле моей двери и сосредоточенно рассматривал замок. В голове тут же промелькнула мысль: «А этот, откуда на мою голову взялся?»
— Сандра? — как бы удивившись, спросил он.
— А ты что? Ожидал увидеть Венеру Милосскую? — поинтересовалась я и добавила: — Вообще-то, я здесь живу. А по какой надобности ты?
Вадим плотоядно улыбнулся, посмотрел на меня как кот на сметану и сказал:
— Вот пришёл тебя пригласить куда-нибудь.
— Прямо сейчас? — испугалась я.
— Можно и сейчас.
Я взмолилась:
— Нет, нет, только не сегодня.
— Хорошо, как скажешь, — согласился он.
Мы оба мялись у двери: он, оттого что хотел зайти и остаться, а я, наоборот, искала предлог, чтобы его поскорее спровадить.
— Кстати, —
— А ты откуда знаешь?
— Ну, милая, мы столько лет были соседями и…
Я резко перебила его:
— Ясно. У наших стен есть уши. Только никто нас не грабил, потому что всё на месте.
— А милиция что говорит?
— Идёт следствие, — отрезала я.
Он топтался на месте, явно, не желая уходить, тогда я взяла инициативу в свои руки:
— Я сегодня очень устала.
— Нет проблем, — спохватившись, сказал он и спросил: — Ты в казино когда-нибудь была?
Я честно призналась, что не приходилось. Можно подумать, что с моей зарплатой в казино ходят, как в булочную. К тому же я не любительница азартных игр. Но искушение познать ранее неизведанное взяло верх и я, поколебавшись секундочку, согласилась.
— Вот и славненько, — обрадовался Вадим, — завтра в семь заеду за тобой.
На этом мы наконец-то мило распрощались. Через полчаса я добралась до диванчика и, с наслаждением обняв подушку, уснула, забыв про всё на свете…
Опять мне снился этот страшный сон, будто некто или нечто гонится за мной и вот-вот настигнет. Я с трудом вернулась из сонного забытья и то благодаря тому, что кто-то назойливо звонил в дверь.
— Что случилось? — с тревогой спросила я брата, впуская его.
— В мою квартиру влезли ночью, — ответил он и, осмотревшись по сторонам, спросил: — У тебя всё в порядке?
— Как видишь. Что-нибудь взяли?
— Да нет, всё на месте, и даже погрома не устроили, как в офисе.
— А ты уверен, что у тебя в квартире кто-то был? — спросила я.
— Ещё как уверен. Вещи не на местах, — ответил он, — ты же знаешь, я этого не люблю.
Это верно. В отличие от меня, брат во всём и везде любил порядок. Любая мелочь имела свое место.
— Позвони этому следователю, — предложила я.
Брат покачал головой:
— Что я ему скажу? Шторы у меня не так висят, или кресло на сантиметр сдвинуто?
— Постой, — сообразила я, — а ты где был? Дома, что ли, не ночевал?
Андрей замялся, не зная как сказать, и решил вообще вопрос проигнорировать.
— Я пойду, а то много дел, — сказал он.
— Какие дела, ведь сегодня выходной?
— Мне надо, — буркнул он и ушёл.
Целый день я думала о недавних событиях, но в голову ничего путного не приходило. Может, Крысы действительно замешаны здесь, но как доказать? Единственный плюс во всём этом всё же был: кажется, в наших с братом отношениях наконец-то «лед тронулся». Мне было очень приятно, что в трудную минуту он кинулся именно ко мне. Но вот где же он все-таки провел ночь? На этот вопрос у меня был единственный ответ — у Ангелины. Интересно, какая она? Мне очень хотелось это узнать, но не придёшь же, в самом деле, и не скажешь: «А ну-ка, Гюльчатай, открой личико».
Андрей больше не объявлялся, и вообще выходной выдался на редкость спокойным.
Глава 7
Вадим как штык позвонил в дверь ровно в семь часов. Я ни разу в жизни не была в казино и решила надеть неброское, на мой взгляд, платьице — подарок Андрея, которое он привез из Франции. Оказалось, что угадала, потому что Вадим восхищенно заметил:
— Классно выглядишь.
Машина у него была покруче, чем у Сергея Анатольевича — новенькая черная «Ауди». Я с наслаждением уселась на переднее сиденье. Мне казалось, что я вовсе неплохо смотрюсь в этой очаровательной машине. «Когда же у меня такая будет?» — с грустью подумала я.