Рецидив
Шрифт:
— То-то мне показалось знакомым словечко «талмаш», — хмыкнул Савелий. — Похоже на старорусское «толмач». Ну-ка, дай ещё парочку.
Голосок из скобочки на щеке унисорга просыпал «горсть» коротких тресков.
Унисорг достал ещё две скобочки.
Савелий взял одну, пришлёпнул на щеку, вторую протянул Одинцову.
— Киберпереводчик, однако. Теперь мы сможем объяснить этим уродам, что нам надо. Хорошо подготовились ребята.
— К чему? — не понял Брызгалов.
— К контактам с нами.
— Почему только с нами? Наверное, со всеми
— Раз толмач знает русский, значит, они и у нас в России обитают?
— Соображаешь.
Максим нацепил скобу переводчика, прилепившуюся к коже без всякого клея.
— Веди нас к боссу!
Скобочка издала серию не слишком приятных скрипов.
Унисорг снова присел, растопырив руки. Видимо, этот жест был для искусственных существ сродни земному поклону. Его ответная фраза была длинной.
— Босс отсутствует, — сообщил переводчик. — База временно законсервирована, тренировочный процесс прерван, ожидается судебная инспекция.
— О каком тренировочном процессе речь? — нахмурился Максим.
Его переводчик перевёл вопрос на тарабарский язык унисоргов.
— Планета Ренг-Хо использовалась как полигон для подготовки наёмников. В настоящее время лагерь закрыт, босс находится под следствием.
— Это радует. Сюда недавно переправлена землянка, где она?
Унисорг поднял лицо к потолку.
— С наёмником Палчем. Верхний этаж — апартаменты бывшего босса, Палч занял их по праву.
— По какому праву?
— По праву сильного. Он абсолютный победитель боёв без правил. Никогда не проигрывал.
Максим и Савелий переглянулись.
— Вот собака бешеная, — озадаченно проговорил лейтенант, — а я всё никак не мог понять, почему он сделал нас как пацанов.
— Ничего, и не с такими справлялись, — сказал Брызгалов пренебрежительно. — Давайте догонять, а то упустим.
— Быстро наверх! — Максим ткнул рукоятью «бластера» унисорга в плечо. — Веди!
— Надо было сразу рвать когти туда, — проворчал Савелий.
— Кто ж знал?
Псевдочеловек повёл землян к лифтам.
С трудом уместились внутри ажурной колонны, прижимаясь друг к другу. От унисорга несло чесноком, уксусом и резиной, и Савелий вполголоса заметил:
— Потеют они практически так же, как наши пивохлёбы.
Лингвер на его щеке перевести фразу не успел.
Стенки кабины заволокло дымом, несколько секунд кабина падала в пропасть, если верить ощущениям, затем лифт доставил пассажиров на нужный горизонт.
Все дружно вывалились в треугольное помещение с шелушащимися стенами, и тотчас же на землян напал гигантский многолапый механизм, живо напомнивший им сцену на Сьёне, где за землянами бегали такие же страшилища.
— Хлу-хла! — проблеял проводник, падая на пол.
— Разрушитель! — перевёл лингвер.
Возможно, если бы у десантников не было опыта сражений с подобными искусственными тварями, бойцы испытали бы внутренний трепет — не страх, нет — и оторопь пополам с удивлением. Но опыт такой у них был, и атака
Брызгалов сделал три метких выстрела, влепив все пули в морду монстра, повредив два из дюжины глаз.
Савелий дал очередь из «каскада», всадив пули в грудь обезьянопаука.
Максим ухитрился инстинктивно сдвинуть скобочку предохранителя на корпусе «бластера» (она сама легла под палец) и первым же выстрелом снёс чудовищу левую лапу-манипулятор вместе с устрашающего вида «пушкой», напоминающей рубчатый кожух старинного пулемёта «максим».
По-видимому, защитник центральных апартаментов не был готов к столь быстрой атаке и вообще к сопротивлению со стороны вторгшихся в его владения пришельцев, потеря лапы с оружием и двух глаз произвела на него ошеломляющее впечатление. Он зашипел, выпустил клуб сизого дыма, подскочил, ударившись башкой о потолок, превратился в шар и укатился в угол лифтового помещения, где образовалось отверстие двери.
Максим рывком поставил пятнистого проводника на ноги.
— Вперёд! Не трусь!
Унисорг, мелко-мелко перебирая ногами, побежал в другой угол помещения, прижал лапу к стене, бельмо двери лопнуло вертикальной щелью.
Савелий прыгнул в проём двери первым, за ним в соседнее помещение ворвались Максим и Брызгалов.
Зал был почти таким же — с прозрачными стенами с видом на океан, в каком на Максима напали псевдолюди в пятнистой униформе. Разве что в нём было больше кресел, лежаков и столиков и полностью отсутствовали «шкафы». Кроме того, центр зала, имеющего форму полумесяца, занимал видеотерминал: «зеркала» висели на металлических сучьях «саксаула» и показывали каждое свою картинку. Однако главные объекты, ради которых Максим стремился сюда, то есть пленница и бывший противник по имени Палч, в зале отсутствовали.
— Дьявол! Успел сбежать!
— По-моему, это терминал внутренней системы наблюдения, — указал Савелий на «саксаул». — Можно пощёлкать и посмотреть, куда этот деятель уволок Ольгу.
— Молодец! — Максим подтолкнул унисорга к «саксаулу». — Переключай с канала на канал, ищи сбежавших. Найдёшь — будешь жить!
— Люли-ки чок?
— Обещаете? — перевёл лингвер.
— Не торгуйся!
Унисорг вытащил из рамы ещё одну «сухую ветку саксаула», поворочал ею из стороны в сторону, и одно из самых больших зеркал начало показывать интерьеры помещений базы.
В каждом из них сновали унисорги, занимаясь непонятными для непосвящённых делами, но ни в одном не мелькнула знакомая женская фигурка либо силуэт Палча.
— Коридоры тоже просматриваются? — обронил Брызгалов, не забывающий следить за унисоргом.
— Камеры установлены везде, — ответил галактоид.
— Показывай.
Унисорг снова начал ворочать рычагом.
В зеркале отразились коридоры, длинные, закругляющиеся либо короткие, тёмные и освещённые.
— Никого, — констатировал Савелий. — Может, этот засранец выбрался наружу?