Рецепт любви
Шрифт:
Ей не хотелась ставить Влада в дурацкое положение перед девчонками. Ну, не сообразил он, что ей нужно кулинарное приложение (а кстати, она бы не отказалась глянуть на одно, с рецептами Марты Стюарт, известного кондитера), ну и ладно…
– Наливай, – кивнул Влад, – а стебли ты подрезала?
– Ой…
Ира страшно смутилась и снова взяла вазу.
– Прости, я что-то сегодня не в себе…
– Как это – не в себе? – возмутилась Ляля и бросила взгляд на Иру, мол, перестань стесняться. – У нее, знаешь,
– Мне не надо, – отказался Влад, – я не люблю сладкое.
– А я думала, все мужчины сладкоежки, – сказала Ляля, но видно было, что она растерялась.
– Мой брат очень любит пироги, особенно Иришкины, – подчеркнула Саша.
– И как, лишним весом не страдает? – усмехнулся Влад.
– Он на борде его сгоняет.
– Ну а у меня нет борда. Так что сладкое я есть не буду.
– Даже не попробуешь? – упавшим голосом сказала Ира.
Она совсем забыла о тюльпанах, которые сложила в раковину, чтобы подрезать им стебли.
Ведь как только Ира пришла из школы, то, даже не пообедав, бросилась плавить горький шоколад с маслом и ванильным сахаром, замешивать тесто с одуряющим запахом, печь его, не отходя от духовки, и все – в мечтах о том, как он попробует, улыбнется… Неужели откажется?!
– Нет. Спасибо.
– Но я пекла…
– Я не просил, – отрезал вдруг Влад.
И повисла пауза. Ира села на свое место. Мысли ее метались. Почему он так резко ответил? Не надо было ему пирог предлагать? Но ведь она старалась! Для девчонок, конечно, но и для него тоже!
Девчонки тоже смутились. Саша уткнулась в свою чашку.
– Влад, – начала Ляля, – а правда, что у тебя мама училась с…
– С президентом? – поднял он бровь. – Ну да. Но это, Павлова, как говорится, было давно и неправда.
Ляля словно еще больше разозлила его своим вопросом. Теперь она кусала губы, словно размышляя: как продолжить разговор?
– Холодно сегодня, – начала было она, подтолкнув Иру ногой под столом.
– Да, вон какая туча нависла, – поддержала ее Ира, – думаете, из этой тучи дождь пойдет или снег?
Ляля снова толкнула Иру и указала глазами на блюдо с печеньем. Ира кивнула, сунула в рот одно печенье и с трудом начала его жевать.
– Хорошо бы снег пошел, – подала голос Саша, – мы в Яхрому с родителями собирались… Там склоны хорошие.
Все трое посмотрели на Влада и поняли, что на самом деле огромная туча, со снегом, с дождем и даже с молниями, сидела тут, с ними, за столом. Влад мрачно смотрел на два куска пирога на Ириной тарелке.
– Это твое?
– Д-да, просто девчонки…
– Можно тебя на минуточку? – вдруг поднялся он из-за стола.
Ляля и Саша переглянулись.
Влад направился по коридору в Ирину комнату.
– Тюльпаны из раковины не забудь вытащить! – послышался
Ира бросилась к раковине, но Саша остановила ее, поднявшись из-за стола:.
– Иди-иди… Мы сами разберемся с цветами.
– Девочки, если хотите, телевизор включите, – пробормотала Ира.
– Топай-топай, – бодро сказала Ляля, – разберись, какая муха его укусила. Слушай, а это тот самый ликер, который в печенье? Можно, я почитаю, что здесь написано? Скажу папе, чтобы он маме такой же на день рождения подарил. Она любит ликеры.
– Ляля!
– Я за ней послежу, – пообещала Сашенька, – беги!
Ира кивнула и поплелась за Владом.
– Прямо Бостонское чаепитие какое-то, – вздохнула Ляля, отставляя в сторону бутылку с ликером, – помнишь, по истории? Приплыли американцы, и бабах! Весь чай – в воду.
– Да, там после этого еще революция началась, – вспомнила Сашенька, аккуратно подрезая стебли тюльпанов, и вздохнула, – как бы и у этих двоих до революции не дошло.
Глава 2
Непростые разговоры
Влад сидел на Ириной кровати, сцепив перед собой руки и глядя на экран ее ноутбука. По нему плавала заставка – обложка книги Гордона Рамзи, знаменитого английского шеф-повара. Она вышла недавно в печати, и Ира копила на нее деньги. Целых восемьсот рублей – не шутка!
У Иры засосало под ложечкой. Почему он такой мрачный? Что она сделала не так?
Она села рядом с ним. Хотела протянуть руку и дотронуться до него. Но не решилась. Влад не повернул головы. Сидел и смотрел на обложку.
Ира встала и пересела на стул у компьютерного столика, чтобы смотреть ему в лицо.
– Сердишься? – не выдержала она.
– Думаю, – отозвался он, – мне казалось, я ясно тебе дал понять, что мне не нравятся твои занятия кулинарией.
– Когда?! – опешила Ира. – Когда ты мне это дал понять?
Он бросил на нее косой взгляд. Потом качнул головой, мол, ну даешь, и сказал:
– На той неделе. Когда ты пыталась запихнуть в меня свои блины.
– Крепы! Французские крепы с кленовым сиропом.
– Какая разница? Блины и есть блины. Я тебе еще тогда сказал, чтобы ты не тратила на готовку время.
– Но я подумала, – пробормотала Ира, – я поняла, что… Я решила…
Она замолчала, окончательно растерявшись. В тот раз, когда Влад, слопав кучу крепов, сказал, чтобы она не тратила на это время, она была уверена, что он, наоборот, оценил, сколько времени она потратила на готовку, и таким образом выражал ей благодарность. Она еще ответила ему: «Мне приятно тратить время на то, чтобы тебя чем-то порадовать!» То-то он так странно посмотрел на нее! Он, оказывается, говорил в прямом смысле.