Шрифт:
Часть 1
Следы помады на воротничке рубашки мужа, валяющейся на полу; два хрустальных бокала на прикроватном столике; светлые, выкрашенные в платину волосы, лежащие на подушке. Классический набор для недотёпы-жены, которая знать не знала о том, что у её супруга уже давно имеется в наличии любовница. Не та женщина, что стоит у плиты, носит растянутые майки из прошлого столетия, которые жалко выбросить. Не та, которая может позволить себе закрутить нерасчёсанные волосы в гульку и сделать депиляцию раз в месяц. Нет, эта особа совершенно другая. Загадочная, манящая,
И да - она существует. В том числе, и у моего супруга, с которым мы прожили ни много, ни мало, а шесть лет. Но пока я о ней не знаю.
Сижу в кафешке, прижимаю плечом телефон к уху и радостно улыбаюсь, пока жду свою подругу, что должна забрать меня из аэропорта. С ней же и болтаю - о том единственном, о чём сегодня могу говорить.
У меня будет ребёнок.
Нет, не так.
У нас со Славой будет долгожданный малыш. От этой новости, которую узнала лишь вчера утром, хочется прыгать до потолка. Как же это волшебно - чувствовать, что у меня под сердцем мой малыш. Что он - результат той любви, что была между мною и мужем!
– Значит, я единственная, кто знает твою тайну?
– В голосе Нади слышится неприкрытая радость за меня.
– Точно. Уже не терпится рассказать обо всём Славе, но я держусь.
– А давай ему как-нибудь интересно это преподнесём, м?
Я морщусь, когда представляю сюрприз для мужа. Нет, исключено. Такого он не любит. Гораздо лучше будет просто сказать ему обо всём за ужином, который, кстати, я так и не успела продумать.
Бросив взгляд на часы, убеждаюсь - если Надька не встрянет в пробку, то всё успею. Подгонять подругу не тороплюсь - и так она сорвалась ко мне из-за города, когда я позвонила утром и сказала, что прилечу через три часа.
– Нет, просто дождусь ужина и сообщу, - решаю окончательно и снова бросаю взгляд на фитнес-браслет.
Как будто вместо минуты уже мог пройти час, а я этого даже не заметила. Впрочем, вижу, как зашкаливает от восторга пульс. Но сейчас это не вызывает беспокойства. Напротив, иного и быть не может.
– Ладно. Буду минут через двадцать, жди. А пока отключаюсь, у меня тут вторая линия прозванивается.
Я завершаю разговор и снова улыбаюсь, когда взгляд находит коляску с сидящим в ней малышом. Он смешно надувает пузыри ртом. Слава бы наверняка сказал, что это неэтично, но, я уверена, муж станет думать об этом в таком ключе ровно до того момента, как у нас появится ребёнок.
За Славой я всегда была как за каменной стеной. Ни в чём не знала отказа, порой чувствовала себя принцессой. Правда, муж был непреклонен в одном - я не должна работать. По крайней мере, так, как это делали все мои без исключения подруги.
«Упахиваться по десять часов? Приходить полумёртвой? И что мне потом с тобой делать?» - усмехаясь, говорил он мне.
А на все возражения заявлял в шутку, что женился не для того, чтобы у него были холодные борщ и постель. Максимум, на чём мы смогли сойтись -
И, пожалуй, Слава был прав - сейчас у меня не должно было возникнуть угрызений совести из-за того, что вскоре мне светил бы декрет. Я вообще могла с первых дней посвятить своё время исключительно беременности и самой себе, разумеется. Мало кто из подруг мог таким похвастаться, значит, я была просто счастливицей.
Надька приехала, как и обещала, через двадцать минут. Я прихватила сумку с вещами и, выбежав на парковку, приземлилась на пассажирском сидении машины подруги.
– Ну ты прям светишься, Ксюх!
– восхитилась она, когда мы с ней расцеловались и подруга взяла направление на выезд с парковки.
– Ага, - кивнула в ответ.
– Правда дядя Женя расстроился, - скорчила я моську.
– Про ребёнка он не знает, а то мало ли… Так что пришлось соврать, что мне просто нужно срочно возвращаться домой.
Последние пару недель я гостила у дяди. Он был единственным моим родственником, с которым я регулярно встречалась. Родители осели за границей, так что визиты к ним в последнее время были проблематичным занятием, а вот дядя Женя, брат мамы, который был мне практически вторым отцом, регулярно лицезрел свою племянницу. Жил он в паре часов лёта, потому трудностей в том, чтобы добраться к нему, не имелось.
– Ну, как только узнает, что скоро не одна к нему летать будешь, сразу повеселеет, - заверила меня подруга, и я кивнула.
Снова нахлынуло желание прокричать всему миру о том счастье, которое так неожиданно на меня свалилось. Неожиданно, в том числе, потому, что мы со Славой хоть и хотели детей, но в отдалённой перспективе. В этом плане я была солидарна с мужем. Оба молоды - мне двадцать пять, Славику - двадцать семь. Детьми можно было обзавестись и ближе к моим тридцати. Но сейчас… сейчас я чувствовала всеми фибрами души, насколько правильно то, что со мной произошло.
– В магазин заедем?
– кивнула на сетевой гипер, что завиднелся неподалёку.
– Могу поспорить, дома у нас шаром покати.
Надька притворно вздохнула и кивнула:
– Заедем. Хотя, кажется, это Славик должен вокруг тебя козликом скакать.
– Ну, он-то пока о ребёнке не знает, - парировала в ответ.
Как выразилась подруга, «козликом скакать» у нас в семье было не принято. Конечно, бытовые вопросы вроде готовки или уборки я взяла на себя. Но если на столе вовремя не было первого, второго и компота, Славик меня не попрекал. Просто брал телефон и заказывал доставку на дом.
– Ладно-ладно. Идём и купим всё для идеального ужина, - проговорила Надя, паркуясь возле магазина, и я устремилась из машины, параллельно прикидывая в голове, чем удивить мужа.
Я зачем-то нагребла ещё и то, на что упал взгляд. Несколько совершенно ненужных сейчас, но таких милых маленьких бутылочек со всякими средствами для ухода за новорождёнными. Наверное, те, кто верил в приметы и всякую подобную чушь, покрутили бы пальцем у виска. Знаю о малыше чуть больше суток, а у него уже имеется, в чём принять первую ванну. Ну что поделать, если запах у лавандовой пенки оказался настолько притягательным?