Real-RPG. Ледяной форпост

Извольский Сергей

Глава 6. Опасный цветок

Мы уже долго шли по холмистой местности – лес здесь был голым и редким, не сдерживая стылые ветра пустошей, и припорошенный снежком наст был достаточно твердым, чтобы шагать по нему не проваливаясь. Поэтому мы вместе с Мариной двигались первыми, плечом к плечу.

– Может быть, это и к лучшему, - задумчиво произнес я, коротко оглянувшись.

– Что к лучшему? – спросила Марина.

– То, что у Ани аура защиты не активируются.

После моих слов Марина машинально оглянулась на Вячеслава и Константина, тянущих волокушу.

Пользуясь тем, что девушка смотрит в другую сторону, я сам окинул ее взглядом. В белоснежном летнем платье – с яркими красными цветами, загорелая и в высоких сапогах с отворотами, она выглядела абсолютно сюрреалистично среди черно-белого леса, над которым нависало тяжелыми серыми облаками небо. Словно героиня сказочного ролика или фильма – причем с уже обработанного профессионально видео: ведь полураздетая девушка в зимнем лесу не может выглядеть привлекательно-сексуально, мороз не даст – сковывая мышцы стылым холодом и скрадывая привлекательную пластику.

Если есть сомнения, можно провести эксперимент – надеть легкое платье или красивое белье, выйти на балкон зимой и постояв там минут двадцать, попробовать кого-нибудь поразить своей грацией и внешним видом, запустив стрим или просто записав короткое видео с беспощадной фронтальной камеры. Но сейчас Марина была под воздействием защитной ауры, поэтому чувствовала себя абсолютно комфортно, и – если не кривить душой, я периодически на нее засматривался. Но нечасто – больше оглядывался по сторонам, находясь в напряженном ожидании опасности.

Вот только сейчас, когда скользнул взглядом по девушке, почувствовал направленную агрессию. Ощущение было удивительное – сродни тому, которое почувствовал совсем недавно, на поляне, слушая «голос» интуиции. Я и раньше замечал за собой, что могу чувствовать чужие взгляды, но сейчас эта способность словно усилилась многократно. Сейчас агрессия, кстати, исходила от Константина – от него не укрылось, каким взглядом я мазнул по бедрам Марины.

– Почему лучше, что она не активируется? – девушка уже смотрела на меня.

– Чудо в Андах. Слышала?

– Что-то знакомое, но без конкретики, - покачала она головой. И вновь – очень быстро, так что взметнулись блестящие черные волосы, обернувшись. Быстро глянув на Костю, а потом на меня, Марина на мгновенье блеснула глазами, после чего ее лицо вновь приняло нейтральное выражение. Сама что-то почувствовала?

– Спортивная команда в Южной Америке, самолет с ней разбился в горах. Погибли не все, и несколько месяцев выживали в одиночку – причем услышав по радио, что их поиски уже прекратили.

Рассказывать, как именно выжили спортсмены и почему этот факт назвали «чудом», Марине я не стал – она как раз держала в руке уже развернутый злаковый батончик, упаковка которых нашлась у меня в машине. В катастрофе в горах Южной Америки меня интересовал не каннибализм, а другой момент – возможно схожий с нашей ситуацией:

– После того как самолет упал, погибших сложили неподалеку. Но на второй день один из них очнулся – он получил сильный удар по голове, и его приняли за мертвого. Но именно холод не дал развиться отеку мозга. Поэтому…

– Теперь поняла, - вновь обернулась Марина, посмотрев на закутанную в спальник девушку на волочащемся матрасе. – Да, может быть

и к лучшему.

– Эй! – хрипло окликнул меня Константин.
– Как там тебя? – это совсем тихо, на грани слышимости. И вновь обычным голосом: - А ты не хочешь нам помочь?

– Нет, - просто ответил я.

Спиной чувствуя, как позади копится возмущение у тянущих волокушу, выдержал даже больше минуты. Это ему за «как там тебя». Марина, шагая рядом, легонько кашлянула – бросив, впрочем, на меня выразительный взгляд, который я охарактеризовал, наверное, даже как одобрительный.

– Дело в том, - наконец-то начал говорить, - что я здесь единственный, у кого есть оружие. И если на нас кто-нибудь нападет… вдруг война, а я уставший.

Выждав еще небольшую паузу – с мелочным удовлетворением ощущая, как бесится Константин, я все же пояснил подробнее.

– На самом деле я совершенно не шучу, и ни грамма веселья. Вы видели трупы в центре поляны? – спросив, я коротко обернулся и удостоверился, что меня слушают. В то, что они трупы видели, я не сомневался.

– Так вот. Там лежало пять… человек, - про эльфов не стал говорить, потому что к мертвым близко никто не приближался. – Они были убиты в ходе ритуала, который – весьма вероятно, послужил причиной того, что мы с вами здесь. Кроме того…

Я оборвал себя на полуслове, задумавшись. Про колдуна им говорить точно не стоит.

– Кроме того, в первые минуты, пока вы были в беспамятстве после удара, на меня напали, пытаясь убить. Не удалось – именно поэтому у меня сейчас есть оружие.

– Кто напал-то? – спросил Константин. Несмотря на надсадный усталый голос, в вопросе явно слышались иронизирующие нотки.

– Пока неважно, - холодно ответил я, уже жалея, что начал что-то объяснять.

– Белочка, - негромко хмыкнул себе под нос Вячеслав.

В принципе, некоторый скепсис уместен – когда я обирал трупы эльфов и колдуна, они оба суетились с костром, поэтому могли просто не заметить кинжал в груди Андориэнн. Но ошибочность принятия решение о включении попутчиков в отряд и так точила меня червячком сомнения, да и терпеть дискомфорт чужих насмешек не собирался.

– Стоять, - обернувшись, я замер на месте.

Вячеслав и Константин остановились не сразу, пройдя по инерции еще несколько шагов.

– Привал? – переводя дыханием, поинтересовался логист, глядя на меня с выразительной насмешкой.

Ну да, когда ничего больше не остается – приходится смеяться. Не завидую я ему, если честно: всего полтора часа назад он был, пусть временно пьяным и слюнявым, но руководителем крупного отдела, с хорошей зарплатой, ждущей дома женой, ипотекой и дорогим внедорожником, а его самой большой проблемой была холодность перспективной молоденькой любовницы заведомо подчиненного статуса – это я про Марину, если что.

Сейчас же – чужой мир, два нокдауна от молодого парня, выглядящего как студент – причем на глазах привлекательной девушки, магия, трупы, и мой пренебрежительный тон. Константин явно чувствовал себя не в своей тарелке, но старался сохранить лицо при плохой игре, откровенно насмехаясь. Мне же не нравилось, когда надо мной смеются – особенно за мои же деньги. Вернее, за мою же ману – если вспомнить ресурс печатей.