Разящий
Шрифт:
На миг меня проглотил кромешный мрак, а когда я из него вынырнула, оказалась словно под слоем толстого грязного стекла, из-под которого выкачали весь воздух – не вдохнуть. Перед глазами рябило и двоилось, скакало цветными кружками и пятнами на поблёкшем фоне, будто разом потеряло материальность. А звук – звук тоже доносился словно сквозь толщу воды, глухо и отдалённо. Как будто я не была собой, наблюдала за всем со стороны, а на ногах стояла только потому что опиралась о меч.
– Осталась жива? – воодушевлённо усмехнулся Яхве. –
– Рехнулся?! Ты мог убить её! – рыкнул Ирия.
– Разве ты позволил бы ей умереть? – как будто бы всерьёз удивился Владыка Света, но этот вопрос так и повис в воздухе, нечаянно, словно звук оборвавшейся струны, с головой выдавая подвох.
От нехватки воздуха в глазах начало темнеть.
– Тесс, убери печать!
– Снять ограничители, – недовольно пробормотал застывший на месте генерал.
– Посмотри на меня, посмотри, – дрожащие руки касались будто не моего лица. Но я смотрела, пусть и не успела почти ничего увидеть, прежде чем моих губ коснулись чужие.
И тогда – тогда я смогла вдохнуть, хотя в этом не было больше необходимости,
воздух сам ворвался в грудную клетку – ураган – и не уместившись там, разлился по всему телу огромной неудержимой волной, рассеивая внутренний мрак. Каждый миллиметр наполняла сила, ко мне возвращались чувства, а оцепенение неотвратимо спадало, оставляя в кончиках пальцев горячую дрожь. От ощущения жизни внутри аж звенело всё. Поразительно…
Когда я снова начала ощущать себя, –необыкновенно остро, сильнее чем прежде, аж захватывало дух, – обнаружила, что мы находимся совсем в другом месте. На берегу горной порожистой речки, затянутой вязкой пеленой тумана.
Ирия выпустил меня из тепла объятий и быстрым шагом прошёл вперёд, пока его не остановил мой вопрос.
– Где мы? – как будто ударили ложкой по хрусталю.
Остановись.
– Внутри моей души. Мир, созданный собственной волей, и существующий, только пока я есть. Нам ни к чему лишние глаза и уши. У тебя наверняка много вопросов.
Здесь он был другим, неуловимая перемена чувствовалась со всей остротой: более серьёзный, немного хмурый, но природная мягкость не оставляла: слова все равно звучали по-доброму. Я сделала пару шагов по деревянным мосткам, словно боясь, что ненадёжная опора исчезнет вдруг из-под ног.
– Да, определенный интерес у меня есть… насколько это возможно для духа, только что побывавшего на краю. Но если не хочешь, я не буду задавать вопросов.
– Задавай, – глухо разрешил Ирия.
Его одолевали эмоции, сильные, страшные, почти не знакомые ему раньше. И это было заметно, то, как он пытался с ними справиться, то, как я хотела ему помочь.
О Воплощениях обычно не пекутся, и им – им тоже редко когда приходится это делать.
– Тогда открой мне то, о чем не смог сказать вчера. Это важно в первую очередь, все остальное – уже потом.
Я подступилась ещё на шаг, боясь позволить
– Заметила, что сделала Тесс? – Ирия мазнул по мне взглядом и снова обернулся к реке. – Я, как Воплощение, не до конца контролирую свою силу, и окружающие от неё начинают чахнуть прямо на глаза. Генерал сдерживает её избыток через печать. Именно по ней ты попала вчера, – Владыка Тьмы чуть склонился ко мне и добавил уже шутливо, – это делает уязвимым и, к слову, жутко больно, больше так не делай.
Глаза пришлось прятать.
– Если б ты предупредил – я бы ни за что. Но ты жутко скрытный, и я очень хорошо могу это понять, каждому не откроешься, – мы уже были уже так близко, что моя рука чуть касалась его руки и это ставило под сомнение необходимость и дальше задавать вопросы. – Что произошло? Зачем?.. – голос на секунду предательски прервался, я сглотнула, морщась от спазма в горле, затем продолжила. – Зачем Владыка Света пытался меня убить? И что ты такое сделал, что ограничители потребовалось снимать?
– Он не пытался тебя убить. Точнее, не без этого, но целью его было другое: узнать насколько опасен Ранга не в тех руках. Все время вымораживали эти его радикальные замашки. Тебе очень повезло, если бы меня рядом не оказалось… Это называется благословение – когда Воплощение часть своих сил передаёт другому духу. Обычно целуют в лоб, но тут был особый случай.
– Особый случай или ты не удержался? – смешок подавить не удалось.
– Ой, деловая, иди сюда.
Я неуверенно протянула руку.
***
На берегу реки Коцит нечеловечески холодно, и виновата в этом не температура воздуха.
– Он умер, я слышала, – а говорить об этом оказывается тяжело даже после стольких лет. Слова застревают в горле, колются, словно шипами, и на вкус горчат.
Князь Преисподней не отвечает, просто потому что мне выговориться надо и больше ничего.
Ранга спасает жизни, он же и отнимает их.
– Знаешь, – я смеюсь, привалившись к чужой спине, но смех получается надломленным, – если б не меч, я бы с Владыкой Тьмы никогда не познакомилась. И я бы никогда не оказалась запертой здесь, Яхве ведь меч от меня нужен.
– И ты жалеешь? – Дьявол задаёт очень важный вопрос, а я от возмущения умудряюсь даже прикусить язык.
– Как я могу жалеть?! Если б меня здесь не было, кто бы действовал тебе на нервы? – я опускаю голову и выдыхаю так резко, что это больше похоже на кашель, но только тогда у меня наконец получается сказать это. – Теперь я очень боюсь потерять вас всех. Ты себе не представляешь, насколько.
Он прекрасно представляет на самом деле, и сжимает мою руку в своей именно поэтому.
А ещё потому что ему хочется сейчас много чего мне пообещать.