Шрифт:
Глава 1
Злата
— Мама, давай! — громко крикнула дочка, чуть ли не подпрыгивая на месте и махая мне рукой, привлекая внимание.
И кое-как выдавив из себя улыбку, пытаясь хотя бы внешне показать, что всё нормально и я вот-вот обессилено не упаду у всех на глазах, я бросила быстрый взгляд на мужа, понимая, что ему так легко не отвертеться.
Убью!
Вот честно, придушу собственными руками.
Один раз доверила Боре ответить на сообщения
«А что не так? Ты же сама сказала во всём соглашаться?» — удивлённо спросил муж, когда я узнала, что «вызвалась» участвовать в соревнованиях от школы в день матери.
«Я не так сказала! Ты хоть прочитал, что там писала классная руководительница, или от фонаря соглашался со всеми сообщениями от моего имени?»
И судя по выражению лица Бори, он и правда не вчитывался в то, что пишет этот монстр! По-другому я Аллу Ивановну никак не назову.
Как ей вообще пришла в голову идея в день матери провести соревнования между матерями? У нас в классе все женщины далеко за тридцать, так на что она рассчитывала? Чем руководствовалась?
Нет чтобы, как в том году, просто провести день талантов, когда дети выступают в актовом зале, поздравляя своих мам и показывая свои навыки. Мы бы с моими подругами по несчастью хлопали и умилялись, а не проверяли себя на прочность сначала в спортивных играх, составляя компанию нашим детям, а потом и в этом забеге, целью которого словно является проверка моих коленей на прочность.
И ведь уже не дать заднюю, чтобы, так сказать, не упасть в грязь лицом. Хочется же показать, на что я способна, особенно если учесть, что Катюша смотрит на меня с восторгом, которого я давно за ней не наблюдала.
Всё-таки переходный возраст — это ещё та зараза, из-за которой твой ребёнок, о котором ты знала абсолютно всё, вдруг закрывается от тебя, становится излишне эмоциональным и начинает быть скрытным. Катя уже не горит желанием проводить со мной время, постоянно дерзит, хоть потом и извиняется, но явно не признаёт своей вины, в прямом смысле слова убегает от разговоров и считает, что она и так всё прекрасно знает.
Снова помахав Кате, я немного ускорилась.
Второй круг.
Надо записаться в зал!
Третий круг.
Хотя когда мне его посещать? И так дел выше крыши.
Четвертый круг.
Нет, точно займусь своей физической формой. Буду стройной и подтянутой.
Пятый круг.
А на фиг оно мне надо? Да я после такого добровольно в зале не появлюсь! Это какое-то издевательство над собственным телом!
Шестой круг.
Ненавижу спорт!
— Я сейчас помру! — простонала Нина, одна из мамочек, тяжело дыша и схватившись за бок. Мы с ней как раз поравнялись, обменявшись сочувственными взглядами. — Но сначала прибью эту молодую стерву за её шикарную идею! И вот зачем я вообще сюда припёрлась? Надо было, как Саутина, сослаться на какую-то болячку.
— Наверное, Алла Ивановна вдохновилась шестым «Б», переняв идею
— Так в шестом «Б» почти все мамочки молоденькие! Я в их возрасте тоже много чего могла. Мне бы было только за радость. Но скакать, как кобылице, в мои сорок девять, после очередной пятидневки, когда я уже и не помню, что значит слово «отпуск», это какая-то пытка!
— Девочки, меньше разговоров! Поднажмите!
Нас в который раз обогнала главная активистка, в любом месте затычка, мисс «вечная лицемерная улыбка» и глава родительского комитета, которая первая поддержала идею Аллы Ивановны, Рита.
Она была самой молодой мамой в нашем классе и, судя по сплетням, родила сына в семнадцать лет, построив на этой теме (теме раннего материнства) свой блог, теперь успешно продвигаясь в интернете, раздавая советы и рекламируя протеиновые батончики и средства для похудения.
И меня злило, что Рита припёрлась на стадион в очень вульгарном спортивном комбинезоне, полностью облегавшем её подтянутое тело, чуть ли не впиваясь в кожу. Но куда больше внимания стоила расцветка этого комбинезона, создававшая эффект голого тела. Ну а элементы декора, состоящие из полосок, которые словно обхватывали большую, возможно, сделанную грудь и пролегали в интимной зоне на манер трусов, проходя между её задних булок, были откровенно пошлыми.
Вот чем Рита руководствовалась, выбирая этот наряд, зная, что на стадионе будут дети и мужчины, а точнее чужие мужья и отцы?
Мы и так все в курсе, что она ходит в зал и следит за своей фигурой, зачем же выставлять всё это напоказ? Чтобы позлить женщин и завлечь мужчин?
— Де-евочки, — Нина передразнила Риту, раздражённо махнув ей вслед рукой. — Как же она меня бесит! Вся такая идеальная и вылизанная, что сразу становится понятно, что в ней нет ничего искреннего. Как и натурального. Ты же заметила, что на ней белья нет? А грудь даже не трясется. Так что она у неё явно сделанная.
Обратив внимание на то, с какой завистью Нина отзывается о Рите, я лишь кивнула, не зная, что на это ответить. У меня всё хорошо с самооценкой, и я признаю свой возраст, так что мне всё равно на возраст человека, его фигуру и внешность. Главное — его внутренняя составляющая. Сделанная грудь или натуральная, есть филлеры в лице или их нет, накаченные губы или свои — меня это не волнует.
Но вот то, что Рита сучка, которая не раз строила глазки чужим мужьям, находясь в статусе активного поиска, это факт и главный критерий, влияющий на моё отношение к ней.
И когда наши с Ниной мучения почти подошли к концу, и я уже мысленно прибила как Борю, так и Аллу Ивановну, а Рита в очередной раз обогнала меня, словно и не запыхавшись, ещё и виляя своей пятой точкой, я заметила, что мой муж смотрит не на меня, а на эту длинноногую брюнетку в обтягивающем костюме. И мне ох как сильно не понравился этот взгляд. Так сильно, что захотелось стукнуть Борю по голове, чтобы совесть проснулась.
А то посмотрите на него, тут жена рядом, а он взглядом пожирает другую женщину! Ещё немного и слюной подавится.