Развод. Бумерангом по самые я...
Шрифт:
Глава 2.
На утро я еле-еле соскребаю лицо с подушки.
С грустью смотрю на отражение в зеркале – по заломам на коже можно географию учить. Вот это пятно на щеке очень похоже на Австралию. А мешки под глазами как Диомидовы острова, разделенные не проливом, а красным опухшим носом.
Господи, ну не девочка уже, чтобы ставить такие эксперименты над здоровьем!
Умываюсь ледяной водой, наношу какую-то маску, клею патчи, пью кипяток, чтобы запустить кишечник и даже успеваю полежать на аппликаторе Кузнецова.
– Мам, с восьмым марта, - верещат обе дочери в камеру телефона.
Я расспрашиваю, как дела в этой их Вене, и не загнулась ли еще Европа? Они в ответ просят поиграть на балалайке и позвать нашего ручного медведя. Вместо медведя у меня Граф. Тяфкает в монитор девчонкам на радость.
– Вообще, - начинает Полина, моя старшая, - поздравлять с этим праздником дурной тон и весь цивилизованный мир отказался отмечать восьмое марта.
– Хорошо, - легко соглашаюсь я, - передам отцу, чтобы отменил доставку цветов и бронь в ресторане. Подарки, я так понимаю, в цивилизованном мире тоже не требуются?
– Мама, эта коза шутит, - щипает сестру Яна. – Все мы тут отмечаем! Свобода, равенство, братство! То есть, сестринство! Все! Папе привет, Тимофею поцелуй, Графу от нас вкусняшки.
Перед тем как отключиться, я слышу, как Полина открывает дверь курьеру и верещит при виде букетов цветов. Снова становится обидно, что дочкам Лёня сюрприз сделал. То есть теоретически он способен на такое, просто меня порадовать подарком не захотел.
Думаю и сама себя ругаю. Ну че я выделываюсь, что мне айфон не запаковали? Ой, Боже, сдам в магазин и на эти деньги поедем с Казанским в СПА на выходные. Будет и подарок, и отпуск, который мы с ним пропустили.
Леня спускается вниз только к одиннадцати утра. Вид у него такой болезненный, что я даже не могу пенять мужу, за то, как он вел себя накануне. Ну, выпил мужик. Ну, не рассчитал. Наговорил всякого и отрубился. Неприятно, но не смертельно. И уж точно не стоит того, чтобы пилить его сейчас. Если так хочется скандала, устрою его завтра.
Кидаю в стакан таблетку растворимого аспирина и ставлю ему под нос завтрак.
– Карин, ты лучшая.
– Знаю.
– Я бы без тебя уже помер.
– И это знаю.
Приговорив яичницу, Лёня спрашивает:
– Можно увеличить список гостей на два человека? Я бы еще Саргсяна позвал.
– Обсеритесь. С Саргсяном встречайся на нейтральной территории, домой я этого ужа не позову. И вообще, если нужен совет, то я бы не имела дел с таким скользким типом.
Видимо, в Казанском еще играет чувство вины за вчерашнее. Потому что он примирительно поднимает руки вверх:
– Ладно, как скажешь.
Дальше я готовлюсь к встрече гостей, даю указания официантам, которых наняла через кейтеринг компанию, знакомлюсь с барменом. Ему объясняю, кто из гостей какие напитки любит. Вечер должен пройти идеально, я подготовилась к этому приему, изучив все от и до!
Прямо перед парикмахерской мне доставляют огромный букет тюльпанов и трогательную записку от Тимофея, сына Лёни от первого брака.
Не успеваю расписаться в бланке курьера, как звонит Тимоха.
– Омичка, с праздником тебя, - от его улыбки хочется
– Тимка, спасибо! Цветы такие красивые, но такие дорогие! Мог бы просто мимозу купить!
– Мимозу я Полине с Яной купил. А тебе вот так! Женщина, которая воспитывала меня по выходным и в каникулы достояна лучшего букета на земле, - хохочет этот оболтус.
Эта забота обо всех женщинах в его окружении настолько меня трогает, что я не выдерживаю:
– Жениться тебе надо, Тимка.
– А я готов. И кстати об этом, скажи, Лена будет у вас сегодня? А то я ей тоже цветы заказал, но курьер сказал, что никого нет дома.
Улыбка слетает у меня с лица. Господи, ну что ж за твердолобый товарищ попался? Лена, моя Лена, ему совсем не по зубам, и ни за какие цветы и бриллианты не будет встречаться с Тимофеем. Только он этого не понимает. Как влюбился в нее еще в школе, так до сих пор и преследует бедную девочку. Я знаю, что Казанские настырные, Лёня меня тоже измором взял. Но когда нет взаимности, такой напор пугает.
– Тимофей, завязывай. Лене не до тебя, девочка только от траура отошла, улыбаться начала, а тут ты с цветами.
– А что не так? Я же ей не гвоздики, в самом деле купил. А розочки.
– Не нужны ей твои розочки.
– Это мы еще посмотрим, - не собирается сдаваться мой пасынок и прощается.
Ладно, что я лезу? Тимофей с Леной уже лет десять как совершеннолетние, сами разберутся в своих отношениях! У них свои дела, у меня свои. Прическа, макияж, брови вот нарисовать надо.
Домой возвращаюсь за час до начала приема.
В гостиной уже собрали специальный для таких случаев стол, задекорировали его цветами, поставив в самый центр мой букет тюльпанов, расставили вдоль льняной дорожки тарелки и даже украсили салфетки специальными кольцами. Я бы сама ни за что так не придумала, и искренне хвалю девчонок за хорошую работу.
Поднимаюсь, чтобы переодеться в платье и нахожу в нашей спальне Владлена. Растерянного и голого.
– Кариш, - муж непонимающе разводит руками, - я брюки потерял.
– Вижу.
Благоверный надел все, что я подготовила заранее: рубашку с запонками, белье, носки, и даже пиджак. Но умудрился потерять брюки. Те самые, что лежат на кресле у него за спиной. Боже, как мужики с таким зрением доживают до седых мудей? По логике, они должны или умереть от голода, потому что не смогли найти в холодильнике кастрюлю борща, или под колесами машины, которая случайно вылетела из-за угла на прямом как шпала шоссе.
– Родненький мой, - шепчу я, - ну вот же они, прямо у тебя за спиной.
Обхожу Лёню, беру с кресла брюки и случайно роняю телефон, который он зачем-то положил в боковой карман штанов.
Параллельно с этим успеваю удивиться, откуда у моего мужа столько пропущенных звонков от Лены…
Визуал 2
Тимофей Казанский. Сын Владлена от первого брака. С мамой мальчика все хорошо, он не сирота, но после того как Владлен женился на Карине, и переехал за город, Тимофей часто проводил время в новой семьи отца, а в старших классах вообще переехал к ним в дом, так как поменял школу на ту, в которой работала Карина.