Разведка боем
Шрифт:
– Слушай, – задумчиво проронил я, – тут же вроде взвод всего расквартирован, а городок чуть не на полк. Как так получается?
– Ну с полком ты загнул, а при введении военного положения на базе комендантского взвода батальон ополчения разворачивается из местных запасников. И взвод комендантский – это не армейский, в нем полста человек личного состава только под ружьем и еще человек двадцать из вспомогательных служб – техники, завскладом, повара, медработник. Вооружение на этот батальон тут же хранится – видал, какой склад здоровый. Только техники реально на взвод, в случае чего ее из
– Кто первый в душ?
– А кто займет, тот и первый! – И Сашка, хитрец этакий, вышмыгнул в коридор в одних трусах, прихватив полотенце.
Я тем временем разулся, неторопливо скинул бронекомбез, вылез из термобелья, тоже раздевшись до трусов, и принялся потрошить рюкзак на предмет извлечения сменки. Хоть по-человечески душ приму, впервые за неделю. Да и постирушками заняться бы надо – термобелье, оно хоть пот утилизирует, но тоже ухода требует. Развесил аккуратно комбез на спинке стула, влез в тапочки и побрел в сторону душевой, захватив исподнее, как свежее, так и требовавшее стирки. Насчет душа Сашка беспокоился зря – кабинок оказалось целых три, отдельных, аккуратно выложенных белым кафелем. И вода горячая – то, что надо. Так что завис я надолго.
В комнату вернулся лишь через полчаса, развесил термобелье по спинкам кровати, натянул свежую футболку, штаны от полевой формы, сунул ноги в тапки и выжидательно уставился на Сашку. Тот безмятежно развалился на койке, задрав босые ноги на спинку, и, судя по виду, изучал рельеф беленого потолка.
– Чего там Иноземцев говорил про обед? – напомнил я.
– А… – очнулся напарник. – Пора уже. Здесь в гарнизонной столовке кормят, одевайся, а то не поймут и застроить попытаются.
Вот в этом я нисколько не сомневался. Сам такой – не могу мимо одетого не по форме бойца спокойно пройти. К тому же считаю, что командир должен быть примером для подчиненных, потому и не стал возникать. Натянул носки, сунул ноги в берцы, влез в куртку, подпоясался ремнем с кобурой – негоже офицеру без личного оружия по военному объекту шастать. У меня как раз для такого случая дублирующая кобура имелась, куда оставалось лишь пистолет сунуть. Ну и пилотку на голову нацепил, куда же без головного убора.
Сашка со страдальческим видом напяливал потрепанный камуфляж – сменки нет, он в длительный рейд не собирался. Потому жестоко мне завидовал, такому всему чистенькому и свежему, благоухающему дезодорантом. Это я в честь прибытия выпендрился, в поле обычно ничем подобным не пользуюсь, дабы не выдать себя неестественным запахом. Но на всякий случай карандаш сухого «подмышечника» с собой взял – не велика тяжесть, а порой бывает весьма приятно.
– А что это у тебя за кепка такая странная? – удивился напарник, разглядев мою небесно-голубую пилотку.
Сам он щеголял в обычном полевом кепи с мягким матерчатым козырьком. Понимаю, на фоне камуфляжа смотрится весьма забавно, но поделать ничего не могу – по форме положено.
– Это спецдевайс дьявольской силы. Дает плюс десять к меткости и плюс пять к харизме, – туповато пошутил я и ухмыльнулся при виде вытянувшейся Сашкиной рожи. – Пилотка это. – Подурачился, и будет. – Я вообще-то флотский, абордажник из экипажного состава. А нам по форме
– Нет.
– Понятно. У всех свои заморочки. Хотя знаки отличия вроде совпадают. Кстати, а ты почему без погон?
– У «мародеров» в поле погоны носить не принято. Мы же вроде спецагентов, только работаем все больше на природе. Хотя знаки отличия имеются. – Он ткнул пальцем в куртку, которую как раз застегивал.
Действительно, прямо над левым нагрудным карманом располагалась нашивка с обозначением группы крови, а рядом с ней был пришпилен значок в виде силуэта «бобика» с рельефной звездочкой посередине.
– Так это ж эмблема автобата.
– Нет, у водил просто колеса, без излишеств. А «бобик» – эмблема поисковиков, нам часто и далеко мотаться приходится. Звание по количеству и размеру звезд определяется. С майора и выше звезды большие, еще сверху и снизу перекладины – типа как просветы на погоне.
– А сержантский состав как же? – удивился я.
– В «мародерах» только офицеры, с младшего лейтенанта начиная, его сразу после училища дают.
– Это сколько же у вас офицерья тогда…
– Немного. Во всей Поисковой службе личного состава не больше тысячи человек, включая вспомогательный персонал. А непосредственно «мародеров» сотни четыре – и вот они все офицеры. Мы в основном парами действуем, а когда нужно прикрытие, привлекаем пехоту.
– Ха… Голубая кровь, получается? Круче самого крутого спецназа?
– Нет. У нас задачи разные, и подготовка соответственно, – терпеливо пояснил Сашка. – Мы более универсальны, хотя чистых вояк намного лучше меня полно.
Вот и прояснилась ситуация. У нас таких называют коротко и ясно – рейнджер. И по задачам, и по специфике работы очень похоже.
– Ладно, хватит трындеть, в столовку пора. И сними эту, как ее… пилотку. Внимание привлекаешь.
Тоже верно. Желудок уже давно и недвусмысленно сигнализировал, что пора бы подумать и о еде, а не только о пище духовной.
Столовка оказалась чистой и просторной, с полностью застекленной передней стеной – видно, что здание для приема пищи приспособлено, а не для обороны. Впрочем, надо же хоть где-то солдату от серых стен с окнами-бойницами отдыхать. В столовке самое для этого место – все же тут удовольствие получают, второе доступное для служивого человека после сна.
Мы двое были не единственными посетителями предприятия общепита – здесь уже обедало человек двадцать бойцов, занимавших целый ряд столов у дальней стены. У окна напротив входа сидел Иноземцев. Увидев нас, он призывно махнул рукой. Возражать мы не стали и заняли места за его столом, весьма кстати сервированным на троих.
– Как устроились? – поинтересовался лейтенант.
– Нормально, – отозвался Сашка и принялся вертеть головой в поисках обслуживающего персонала.
В качестве такового выступала весьма симпатичная юная особа с длинными русыми косами, в аккуратном белом фартучке и косынке. Девушка довольно миниатюрная, но здоровенный поднос с тарелками держала крепко и уверенно курсировала меж столами. Подошла, улыбнулась и принялась выставлять перед нами душистый борщ.