Разведи огонь

Вольф Джулия

Он ждал от меня реакции. По какой-то причине этот парень считал, что мой страх, вызванный им, — это увлекательно. Но я не дам ему того, чего он хочет. Не сегодня. Не в пределах этого класса. Может быть, если бы он снова загнал меня в угол в пустынном коридоре, но не здесь.

Мистер Класки прочел краткую лекцию о составлении бюджета как для дома, так и для бизнеса, и, честно говоря, она показалась мне более информативной, чем я того ожидала, поэтому уделила этому все внимание, делая заметки в своем блокноте Sally. В какой-то момент

Себастьян тихо рассмеялся, и я, не смотря на него, поняла, что его смех был адресован мне.

После завершения урока Себастьян последовал за мной, а Гейб уже стоял у двери. Игнорируя их обоих, я дошла до своего шкафчика, чтобы взять все необходимое для второй половины дня, включая обед. Они находились рядом, наблюдая за мной, от чего я ощущала себя каким-то научным экспериментом.

— Знаешь, флирт с учителем — это на самом деле плохо, — сказал Гейб, когда я захлопнула свой шкафчик.

Я мрачно посмотрела на него. Подобные слухи были коварны. Все, что требовалось, — шепнуть в нужное ухо, и это распространилось бы со скоростью лесного пожара. Думаю, нужно прекратить дальнейшие разговоры с мистером Класки.

— Хорошо, что я не флиртовала. — Я протиснулась мимо них, направляясь дальше по коридору.

Они приблизились ко мне, повторяя каждый мой шаг.

— Когда ты начнешь носить на занятия свою маленькую юбку чирлидерши? — спросил Гейб.

Я проигнорировала его и продолжила идти вперед. Почему, черт возьми, эта школа была такой огромной?

— Она не собирается с тобой разговаривать, чувак. Девушка просто изучает математику в трущобах. И не может дождаться, когда вернется к своим. — Слова Себастьяна прозвучали почти как рычание.

Это была приманка, на которую я бы никогда не клюнула. Я не знала этого парня, и у него сложилось обо мне явно какое-то ложное мнение. Видимо, Себастьян хотел услышать, как я буду отрицать его слова, чтобы он мог предъявить факты, доказывающие его правоту.

— О, ты не собираешься со мной разговаривать, Грейс? — обиженно спросил Гейб, будто я разбила ему сердце.

— Я думала, мы обсудили это вчера, Гейб. Я не собираюсь быть твоей вещью.

Идущие за мной сталкеры-телохранители поднялись со мной по лестнице.

— Классные трусики вишневого цвета, маленькая принцесса, — сказал Гейб, находясь на несколько ступенек ниже меня.

Я резко отвела руку назад и прижала юбку к бедрам. Но потом поняла, что на мне надеты черные шортики, а Гейб снова издевался надо мной.

Его смех эхом разнесся по лестничной клетке, и я подумала, не сошел ли он с ума, особенно когда обнял меня за плечи в момент нашего нахождения на верхней площадке.

— Давай, Грейс. Станем друзьями, — сказал Гейб.

— Почему ты прикасаешься ко мне? Это не нормально. — Я сбросила его руку с себя, от чего он снова рассмеялся.

— Видимо, она не хочет, чтобы ее маленькие подружки из группы поддержки подумали, что она может тусоваться с такими, как мы, —

сказал Себастьян.

— Говори за себя, парень. Я чертовски шикарный. — Гейб разгладил рубашку Adidas спереди и улыбнулся своей маниакальной улыбкой.

Бекс ждала меня у дверей, ведущих на выход. Когда она увидела меня с этими двумя упрямцами, судя по взгляду, была сильно удивлена.

Я ускорила шаг, и они отстали, хотя я прекрасно понимала, что в их силах было остановить меня, если бы они того желали. Эта школа была такой огромной, а учителя так перегружены работой из-за нехватки кадров, что никому не было дела до двух здоровенных парней, следовавших за девушкой по коридорам.

Я была сама по себе.

И очень надеялась, что наскучила им.

Мы с Бекс снова пошли на трибуны, и я сунула свой сэндвич в рот, прежде чем она успела задать мне вопрос. Пока я жевала, размышляла о том, что сказали Баш и Гейб. Я слишком хороша для них — или, по крайней мере, так они считали. И о моих подругах-чирлидерш. Мне нравилась сама мысль, что я уже не та девушка, какой была в пятнадцать лет, но и на тот момент не предполагала, что была настолько ужасной.

— Что ты раньше думала обо мне? Два года назад? — спросила я.

Бекс отложила бутерброд, обдумывая свой ответ.

— Ну, ты мне нравилась, когда мы виделись на уроке искусств.

— А вне занятий по искусству? — настаивала я.

— Ты исчезла. И то, что делало тебя тобой, настоящей, превратилось в пустоту, окружающую тебя и твоих друзей. Ты стала одной из них, а они были довольно дерьмовыми. Такими и остались. — Она схватила меня за колено. — Пожалуйста, скажи мне, что ты не собираешься снова стать чирлидершей.

Я бы рассмеялась, если бы ее выражение лица не выдавало неподдельное беспокойство.

— Не переживай об этом. Думаю, что мои мосты сгорели дотла, так что даже если бы я захотела вернуться в команду, этого бы не произошло. — Я тяжело вздохнула. — Черт, я и не представляла, насколько была ужасна.

— Гейб что-то сказал? Поэтому ты спрашиваешь?

— Скорее Себастьян. Кажется, он действительно ненавидит меня, и я не понимаю почему. Я его совсем не помню. Сомневаюсь, что наши пути когда-либо пересекались.

Она одарила меня понимающей улыбкой.

— Потому что ты бы запомнила этот прекрасный до чертиков психопатический образец, верно?

Я чуть не подавилась чипсами.

— Значит, я не единственная, кто думает, что на лбу у него написано «будущий серийный убийца»?

— Может быть. Но я бы, пожалуй, забралась в его фургон для убийств.

Я рассмеялась.

— Ты заставляешь меня беспокоиться о тебе, Бекс.

Остаток обеда мы провели, обсуждая фотопроект, который она планировала добавить в свое портфолио, и я попыталась выбросить Себастьяна Вега из головы. Мне стало легче, когда мы вернулись внутрь, а потом я выдохнула, когда парни у стены нас не побеспокоили.