Разведенка
Шрифт:
На что купим и как скоро лучше было не думать. Из копилки удалось отжать три пятитысячные купюры, на карте завалялись копейки, оставшиеся после покупки правильного авокадо и бескостного винограда, а драгоценностями, которые можно сдать в ломбард и просуществовать на них с полгодика, Эдик меня не баловал. Обручалка, серьги на рождение Ромашки, браслет за дочку и кулон с цепочкой на пятилетнюю годовщину.
Тут мне тоже не повезло. Многие мужики заваливают жён ценными подарками, чувствуя вину за измены, а Эдуард, наверное, не ощущал ничего подобного, судя по скромности его
— А ещё я хочу шоколадные шарики на завтрак, — продолжил озвучивать свои скромные желания Ромка, не касаясь оставленного дома компа и игровой приставки.
— И я хочу шалики, — на мгновение оторвалась от мультиков Лара, обозначая своё участие в составление списка пожеланий. — И кловать плинцессы.
Я тоже хотела кровать принцессы с ортопедическим матрасом. Хотела приличную плиту, а не эти две полудохлые конфорки, еле пукающие на остатках газа, хотела нормальный толчок, а не скворечник с ведром у сарая, хотела круглогодичный водопровод, а не вёдра из колодца с октября по середину апреля. И совсем уж из разряда фантастики — высокооплачиваемая работа бухгалтером на удалёнке, чтобы быстро закрыть все хотелки.
Схватилась за голову и качнулась из стороны в сторону. С моим скудным опытом подработки на четвёртом и пятом курсе найти что-либо приличное в реальном времени невозможно. И детей деть мне некуда. Нет ни бабушек, ни подруг. Какой-то заколдованный круг, больше похожий на зацикленные круги ада.
— Смотрите мультики, — кивнула в сторону планшета, предусмотрительно забранного вместе с ноутбуком из совместно приобретённого имущества во время сборов. Эдик купит себе новые, раз его шея освободилась от семейной нагрузки. — Попозже сходим в магазин и узнаем, что здесь да как.
Дети закопошились в предвкушение гулянки, а я отползла на кухню, судорожно прикидывая выход из патовой ситуации, спасающий меня от позорного возвращения к супругу. Он воспримет моё поражение по-своему и вконец обнаглеет на витке победы. Сколько таких Алис появится в нашей спальне, и сколько чужих труселей мне придётся собственноручно забросить в стиральную машинку?
Вариант видела один — звонок маме с надеждой, что она, наконец, научилась копить. Попросила Ромку посидеть с Ларкой и не подпускать её к печке, накинула куртку и вышла во двор. Серая марь, свинцовое небо, ломкий сухостой, шуршащий по ветру, облысевшие скелеты деревьев, лохмотья плёнки на парнике, свисающие всей своей обречённостью и нагнетающие тоску. И вот так одним махом наша комфортная жизнь превратилась в какую-то безнадёжность, как и плёнка на парнике.
— Мила! Как дела? Как дети? Как Эдуард? — с каждым вопросом радость на лице мамы сменялась на растерянность. — Ты у бабушки? Что случилось, Людок?
Чем хороша видеосвязь кроме экономии денег? Тебе не надо объяснять всё от начала до конца. Многое понимаешь без слов по фоновой заставке за спиной, по глубоким теням под глазами, по опущенным кончикам губ, по мольбе о помощи во взгляде.
— Эдуард привёл любовницу в дом, и мне с детьми пришлось уйти, — обрисовала случившееся короткой фразой,
— Не продолжай, — всхлипнула мать в попытке пустить слезу, но сразу взяла себя в руки. — Мы с Дирком откладывали деньги на твоё тридцатилетие. Собирались подарить тебе автомобиль. Там приличная сумма. Сможешь перебиться пока встаёшь на ноги. А лучше приезжай к нам. Дири поможет получить вам вид на жительство. Да и работы на ферме полно.
— Давай переезд оставим на крайний случай. За деньги спасибо, мама, — в отличие от неё у меня не получилось побороть протяжный всхлип, переросший в еле сдерживаемые рыдания. Это как получить цветик-семицветик, исполняющий желания. — Ты меня спасла. Я не представляла, что делать дальше, учитывая двух маленьких детей. С ужасом думала, что придётся вернуться к Эдуарду.
— Ещё чего. Фирсовы никогда не позволяли себе унижаться и не прощали предательства, — воинственно вскинула голову мама и сверкнула злостью. Кто-кто, а она всегда следовала своим убеждениям. Поэтому и воспитывала меня одна, послав отца-гуляку перед самой свадьбой куда подальше. Не простила его «прощальный секс» на мальчишнике с подружкой. — Мы справимся, так что подотри сопли и вышли реквизиты, до которых не сможет добраться этот подонок.
Глава 6
Попрощавшись с мамой и пообещав ей ни за что не прощать Эдуарда, я вырубила телефон, одела детей и выбралась с ними на улицу. К серой хмари добавился мокрый снег, переходящий то в противную изморось, то в ледяную крупу, а в накатанной тракторами и грузовиками колее вязли ноги. Ларка всё порывалась нырнуть в грязь и увачкаться по уши, но я крепко держала её, вцепившись мёртвой хваткой в запястье. Это в городе можно было забросить комбинезончик в стиралку, а тут с колодезной водицей не разбежишься.
А я ведь никогда не задумывалась о таких нюансах, гостя у бабушки. Как-то всё выходило само собой. И горячие ватрушки ждали на столе утром, и чистая одежда висела на стульчике, и вода всегда плескалась в пятидесятилитровой кастрюле у входа.
— Мааам, ты уверена, что здесь продают шоколадные шарики? — ошарашенно протянул Ромашка, увидев пожёванную бытовку с надписью «магазин», не особо старательно выведенной белой краской.
— Если не продают, то на днях съездим в город, — покрепче перехватила ладошку Лары и дёрнула на себя вполне увесистую дверь, сильно диссонирующую с хрупкостью всего строения.
В магазинчике и правда не оказалось привычного нам разнообразия. Там было всё, что требовалось для жизни, но в урезанном ассортименте. Молочка одного производителя, бакалея без извращений, колбасные изделия неизвестного мне фермера. Тут же в углу бытовая химия, свечи, верёвки, к потолку подвешены дешёвые куклы и яркие машинки. Авокадо, бурый рис и козий сыр с трюфелями эти полки вряд ли видели.
— Ой, а вы чьих будете? — вынырнула из-за занавески, скрывающей, наверное, какой-то пространственный карман, упитанная женщина с короткой стрижкой. — Раньше не видала вас здесь.