Разведчики
Шрифт:
Обычно они выходили на дорогу у нас в тылу, останавливали приглянувшегося солдата или офицера. Представлялись нашими особистами и приводили в лесную избушку. Там допрашивали. Ну люди, думая, что это наши, выкладывали много, что знали. После этого нашего солдата уводили к дороге, откуда его взяли, там убивали.
Потом немецкое командование потребовало от группы брать наших людей с передовой. Они брали наших солдат и даже офицеров под видом поиска, разыгрывая все так, будто совершали его с нейтралки. Уходили с «языком» не в сторону своих окопов, через нейтралку, а в наш тыл, переплывали озеро на надувной резиновой лодке,
На допросе он удивлялся, что взяли их, как он говорил, «голыми руками», даже не контрразведчики. Комдив вызвал нас, тех, кто участвовал в той операции, и представил ему, чтобы убедился в том, что мы обыкновенные советские солдаты. Немецкий офицер сказал комдиву с грустью: «Господин полковник, с такими солдатами вы должны выиграть войну…»
Нас всех представили к награде, только мы ее почему-то так и не получили. А меня и Стрельникова комдив приказал перевести в разведвзвод полка.
Так вот я и попал в разведку.
ЭПИЗОД ШЕСТОЙ
Мы скрытно, ночами перешли на новый участок фронта. Сменили войска так называемого «ура» — укрепленного района.
Были такие места на протяжении нашего тысячекилометрового фронта, где из-за рельефа местности, то есть болот, рек, сплошного леса, гор ни советские войска, ни немецкие не создавали непрерывной линии обороны. Не было тут глубоко эшелонированных траншей, ходов сообщения, огневых позиций, блиндажей и прочих видов оборонительных сооружений. Местность не позволяла вести наступление крупными силами войск. В труднопроходимых местах располагались лишь небольшие опорные пункты. В их задачу входило: тщательное наблюдение за противником и в случае наступления на эти опорные пункты требовалось задержать его насколько можно, до подхода основных сил или подкреплений.
Корпус, в который входила наша дивизия, в декабре скрытно перебазировался в такое болотистое место, непроходимое летом, осенью и весной. Имелось в виду, что с наступлением морозов болота замерзнут, тогда можно совершить неожиданный и сравнительно легкий для наших войск прорыв обороны немцев. Выйти им в тыл и, создав угрозу окружения, заставить отвести свои основные силы на запад.
Судя по показаниям «языков», взятых на том участке фронта, с которого мы ушли, немцы не знали и не догадывались о том, что наши лучшие прорывные гвардейские дивизии скрытно перешли совсем в другое место. А стало быть, с того места, на котором у немцев тоже был только слабенький укрепрайон, мы могли неожиданно ударить по ним.
Скрывая переброску корпуса и его сосредоточение на новом месте, мы не могли брать тут «языков».
Основная масса наших войск находилась в лесном массиве, а впереди, в болотистых перелесках, было только несколько рот, сменивших солдат ура.
Так вот, группе Ярцева была поставлена задача разведать кратчайший выход через замерзшее теперь болото на одну из грунтовых дорог, там, в глубоком тылу немцев.
В течение двух суток Ярцев с группой разведчиков под покровом ночи выполнял задачу. Разведав наиболее удобные пути и отметив их на
Неожиданно подул ветер, пошел снег и разыгралась пурга. Такая сильная, что буквально в двух шагах ничего не было видно. Однако Ярцев не стал пережидать метель, правильно рассудив, что в такую погоду лучше и безопаснее возвращаться. Можно запросто проскользнуть незамеченными между вражескими опорными пунктами.
Его группа, состоявшая из семи человек, быстро шла по азимуту. Не нужно было таиться, осматриваться, шли во весь рост. Ветер дул в спину, помогая им. Такая погода, когда вокруг ничего не видно, называлась «мечтой разведчика».
Уже к середине ночи, никем не замеченные и никого не встретившие, разведчики Ярцева благополучно дошли до нашего первого опорного пункта. Там вся группа посидела в тесной теплой землянке. Согрелись, перекурили и, немного отдохнув, сориентировались по карте и компасу, приготовились к дальнейшему движению.
Когда же они вышли из землянки, то Ярцева поразила перемена ветра. Раньше ветер подгонял их сзади, теперь дул прямо в лицо. Автоматчики, находившиеся снаружи, подтвердили, да, ветер недавно резко изменил направление.
Костя еще раз сверился с компасом, повел свою группу в глубь обороны бывшего ура.
Теперь уже против ветра. Пурга не прекращалась, а даже усилилась. Мелкий, колючий снег не падал вертикально, а, гонимый сильным восточным ветром, буквально несся плотной массой, обжигая лица разведчиков. Ветер и снегопад были до того сильны, что разведчики шли склоняясь. Продвигались медленно. До нашего второго опорного пункта добрались не скоро. А дойдя, наткнулись на заграждение из спиленных деревьев, занесенных снегом. Крикнули пароль нашим солдатам. Согрелись в жарко натопленной землянке у наших солдат и опять тронулись в путь. По тому, что они безошибочно вышли на наш второй опорный пункт, Ярцев заключил: двигались правильно. Без компаса сбиться с нужного направления было трудно, просто надо держаться строго против ветра.
Они находились в тылу наших укрепрайонов, шли, не соблюдая осторожности. Дорога домой всегда кажется легче. Прошли они на восток от нашего второго опорного пункта минут двадцать, увидели на снегу свежие, но уже изрядно занесенные снегом следы. Снег же все валил, брели разведчики по нему. Ярцев обрадовался следам. Все легче будет идти! И повел своих товарищей по отметинам, стараясь ступать след в след. Вскоре они догнали цепочку усталых, неторопливо идущих солдат. Сначала Ярцев хотел пристроиться вплотную к ним, но, увидев, что те стали менять направляющего, отстал. Идущим впереди солдатам трудно было пробивать себе дорогу в сугробах, они очень медленно передвигались, время от времени заменяя направляющего.
Ярцев шел сзади цепочки и по выработанной у разведчика привычке попытался посчитать, сколько же впереди солдат. Но ветер и слепящий глаза снег мешали. Он досчитал до десяти, а дальше’ все тонуло в белой пляшущей мгле. Так они шагали минут десять-пятнадцать, шли с зажмуренными глазами.
Механически шагая, Ярцев в мыслях уже находился в расположении разведроты. Отчетливо представлял себе их теплую землянку и даже то, как повар наполняет его котелок вкусно пахнущей едой.
Идущие впереди Ярцева цепочкой солдаты нет-нет, да менялись местами. Тот, что шел впереди всех, пробивая дорогу в снегу для идущих сзади, быстро уставал.