Разведчики
Шрифт:
Эпилог
Командир группы разведчиков закончил Военную академию Генерального штаба Вооружённых сил. — полковник командует войсками.
Павел Пчелин и Вячеслав Тарасов – офицеры Российской армии.
Сергей Тарасов, закончив политехнический институт, занимается разработкой новых вооружений.
Так уж совпало, жены друзей - педагоги, прививают патриотизм новому поколению.
Ваха Ахматов служит в министерстве республики Чечня.
Людмила Нестерова утешилась Геннадием
В детство плацкартный билет….
А может просто лишь иногда,
В памяти своей приходим мы туда.
Четвертое отделение совхоза, затерянное в Сальских степях, насчитывало около десятка строений. Дом, в котором мы жили, имел четыре подъезда, по четыре квартиры-комнатушки. Ютилось в нем масса людей, и потому его прозвали «ВОКЗАЛ». Теснота не была яблоком раздора, как ни странно, жили дружно, женщины усаживались на завалинки и вечера напролет пели песни и тут же сочиненные «страдания». Плясали под гармошку так же, как танцуют ныне любой другой танец. Иногда смотрю наивные фильмы о тех временах и думаю, что если отбросить идеологические посылы, все так и было.
Время послевоенное, в семье зачастую нечего есть. Мать соберет сухари, которые копили про запас, приготовит «затирку». (Затирка — это желто зеленная студенистая масса кисло-сладкого вкуса) разделит на четырех пацанов, а самой не достается….
Но что это я о грустном?
Лето — золотое время мальчишек. Отцы и матери с утра до позднего вечера на работе. Мы росли как бурьян у дороги, а скорее у пруда. Ловили рыбу, раков, здесь же на берегу готовили их у костра. Учились плавать и преуспели в этом. Каждый из нас мог бы соревноваться с лягушками. У пруда собирались все, купались, загорали, чаще всего играли в «Латку». Мы подныривали к девичьим прелестям, чтобы прикоснуться к особо охраняемым ими местам. Возмущению не было предела, но девушки не уходили, хотя наверняка знали, что все повторится еще не один раз. Что их удерживало? Видимо таковы правила жизни и игры.
Зимой надевали валенки, привязывали к ним коньки….
Тем временем жизнь не давала расслабиться. За опоздание на работу человека судили как уголовника. Налоги были жуткие. Основная еда — обрат молока и хлеб. Спасал пруд и рыба из него…. Представьте, что семья должна сдать в государство 14 килограмм сливочного масла, причем совершено неважно: содержишь ли ты корову или нет и сколько душ в семье. Чтобы не платить дань по фруктам, жители вырубали во дворах фруктовые деревья и убирали заборы палисадов. Но фрукты детям нужны. Выход был очевиден. Да! Мы воровали виноград, яблоки, вишни в совхозных садах. Кто осудит, если мечта голодного мальчишки обнести чей-то сад?
Однажды попались! Сторож, нестарый мужик направил на нас ружье и вел, как военнопленных довольно долго, но потом, видимо, насытившись властью, отпустил. О пролитых нами слезах узнали наши старшие братья и отцы. Думаю, что Федя, так звали конвоира, пролил слез больше нас. Как не смотри на него, в фас или в профиль, рожа была долго синей.
Помнится и забавный случай. Виноград сторожил старенький дед, но уж очень бдительный. Не успеем пробраться в виноградник, а его длинная палка уже рядом. Бежали, теряли парусиновые чювяки (так называлась обувь, изготовленная
Но мы не были бы мальчишками, если бы деда не победили, стали делиться на две группы и демонстративно делать набеги, дедушка быстро устал гоняться за нами, и более того, ушел с такой беспокойной работы.
Еще один хитро сделанный сторож был славен тем, что выбирал самые лучшие яблоки, затем прятал их в копну сена, с последующей доставкой домой. Одноглазый бинокль (половина бинокля) помог разработать план, по которому одна ватага шумит в саду, другая чистит копну от яблочек.
Не все сторожа ходили у нас во врагах, с ними не «воевали». Принесем дедушке воды из колодца и долго слушаем рассказы: о прошлой жизни, о войне. Странно было узнать, что Первоконную армию создал не Буденный, а Думенко. Не верили мы, что красный маршал был заместителем Думенко, предал его и славу присвоил.
Когда уходили, сторож давал яблок и говорил:
—Приходьте, хлопци, та воруйте яблочки, а то пропадут под деревьями, то хоть вам польза будет…. Тильке ветки не ломайте, и як я буду пидходыть, убегайте. Та не забудьте водицу мне приносить.
Бахча! В общем, не очень приятное место, если учесть, что хотелось быть на пруду, но надо в жару полоть рядки растущих растений. Но есть в этом и вторая приятная сторона — это сбор урожая. Представьте, что каждый волен выбрать любой арбуз или дыню и тут же, на бахче, съесть его или выбросить, если он окажется несладким. Жизнь полосатая штука. Арбузы есть хорошо, но собирать и носить, с переполненным животом, сами понимаете, не сахар. А еще огромную кучу арбузов надо разделить и перетащить домой…. А пруд-то ждет…. И сазаны там ловятся огромные….
Школа! После четырех классов, покидая начальную школу, уезжали из дома, чтобы до лета жить в интернате. Плохо, жрать нечего, но опять же весело.
Валера Брыкунов, подвижный и шаловливый мальчишка, сидел на первой парте. Урок биологии вел старый учитель Погибко Василий Трифонович, звали его коротко, В.Т. Он иногда заменял преподавателей, которые по каким-то причинам не могли вести занятия.
Пока В.Т. рассказывал о строении пестика и тычинки, Валера взгромоздил его очки на себя. Учитель сокрушенно хлопает себя по карманам, обследует свой лоб, но найти очки не может. Смешки в классе превращаются в смех….
Нет, не забыл В.Т. проделку Валеры. Месть состоялась на уроке физики.
—Кто мне скажет, бензин горит? — вопрошает В.Т.
Все понимают, что бензин горит, но чувствуют, что в вопросе подвох, молчат. Валера не может утерпеть, тянет руку!
—Отвечай, Брыкунов.
—Горит, Василий Трифонович! — счастливо улыбаясь, выпаливает Валера.
—Садись, Брыкунов! Двойка!
Класс притих, понять ничего не может, а Брыкунов бросается в «бутылку»:
—Бензин горит!