Разведчики Зеленой страны
Шрифт:
— А демобилизованные собаки возвращаются к своим прежним владельцам? — спросил Борис.
В глазах мальчика Егор увидел выражение дружеского доверия. Стоило Егору сказать «не возвращаются», и Борис не стал бы спорить. Но Егор не мог соврать.
— Не знаю, — только и сказал Егор и вдруг понял, как ему дорог Барс.
— Ага, ага! — злорадно закричал Павлик.
— Ну ладно, — вдруг сказал Борис, — пусть будет так, как решит Сапегин!
— Люблю боевых! — с восторгом
И Борис, не раз пытавшийся попасть на фронт, правильно понял это определение: «боевой» — как «смелый», «щедрый», «готовый поступиться самым дорогим», «настоящий друг».
Пальцы Егора, нервно сжимавшиеся в кулак, нащупали в кармане брюк небольшой предмет.
— Хочешь? — спросил Егор и протянул Борису маленький черный пистолет.
— Маленький браунинг! — воскликнул Борис. Егор нажал спуск. Пистолет щелкнул, и на нем сверху, посредине, зажегся огонек.
— Пистолет-зажигалка, — объяснил Егор. — Кто не знает, думает — настоящий.
— Ну что ты! — вспыхнул Борис. — Такой подарок! Разве можно такую вещь взять?
Егор насильно взял правую руку Бориса, зажатую в кулак, раскрыл сжатые пальцы и сунул в ладонь пистолет-зажигалку.
— Чур, друзья, — сказал Егор.
— Мне нечем будет отдарить, — смущенно ответил Борис.
— Вот еще! — сказал Егор, сразу придя в отличное расположение духа. — Почему не сделать человеку приятное, если можешь? Я и тогда хотел вам помочь насчет карты, а вы сразу: фрр… фрр… Что там у вас за тайна такая?
— Ох! — вскочил Борис, прижимая браунинг к груди. — Ведь я совсем забыл! Мне же надо быть в половине второго в одном месте! Понимаешь, в этом нет никаких секретов, но… — Он замолчал. И, заметив обиженное выражение лица Егора, добавил: — Вечером расскажу. Ромка, бежим скорей к Гаруну!
С этими словами Борис и Ромка побежали к выходу. Павлик побежал было за братом, потом остановился и крикнул Егору через плечо:
— А Барса у тебя все-таки заберут!
— Беги, беги! — насмешливо сказал ему Егор.
— Все равно отберем… через милицию, — сказал Павлик. Он захохотал и поскакал на одной ноге из парка.
Егор заложил четыре пальца в рот и оглушительно свистнул.
Мальчишка чуть не упал от неожиданности и припустил во всю мочь.
VIII
Егор обвел глазами опустевший парк: скворец, и тот улетел.
Юный фронтовик присел на корточки возле лежащего Барса и, наклонившись к нему, прошептал:
— Не бойся, никому не отдам!
Барс понюхал руку мальчика и лизнул ее.
— Есть хочешь? — шепнул Егор.
Барс зашевелил хвостом, встал, потянулся и визгливо зевнул.
Егор
Егор нахмурился. Сам он мог и поголодать, но заставлять голодать Барса было недопустимо.
— Пойдем на рынок! — громко сказал Егор, сунул привычным движением пальцы в левый нагрудный карман гимнастерки и денег там не нашел.
Он стал торопливо вынимать из карманов документы и вдруг вспомнил ленинградца Толю.
Егор свистнул Барсу. Пес мгновенно вскочил. Мальчик сунул все выложенное из рюкзака обратно, забросил рюкзак за спину и зашагал со своим четвероногим другом в город по улице, зажатой между двумя высокими накаленными глиняными заборами, все так же пышущими солнечным жаром.
Улица была безлюдна и пустынна. Даже воробьи не прыгали на дороге. Егор миновал немало запертых ворот, когда его взгляд скользнул по вывеске «Джелал-Буйнакский леспромхоз». Егор машинально повторил название вслух и вдруг остановился. Сердце его забилось сильнее. Он быстро соображал. Полковник Сапегин ведь работал и охотился в лесах. Уж где-где, а в леспромхозе должны были знать о нем. Если здесь и не скажет один, так другой наверное знает. Спрос не беда.
Где же полковник Сапегин?
I
Егор быстро открыл калитку и вошел во двор. Три пса спали у крыльца в тени деревьев. Они сейчас же подняли головы и насторожили коротко обрезанные уши.
— Барс, там лечь! — сказал Егор, показывая Барсу на дерево, стоявшее у ворот снаружи.
Барс послушно вышел на улицу и сел в тени шелковицы у ворот. Егор не без трепета прошел мимо могучих собак, покрытых множеством шрамов, но они опустили головы и даже не взглянули на него.
Егор подошел к дому.
На стук никто не отозвался. Егор толкнул дверь рукой, и она со скрипом отворилась. Он вошел в сени. Здесь было прохладно и пахло лекарствами, с потолка свисали пучки сухих трав. Первая комната была уставлена шкафами и образцами спиленных древесных стволов.
— Есть кто? — позвал Егор.
Никто не отозвался. Только монотонно жужжали мухи под потолком. Во второй, очень большой комнате, где стояли письменные столы, а на стенах висели карты, Егор увидел старуху.
— Пошел, пошел! — Она сердито замахала руками на Егора.