Разведчик Пустоты
Шрифт:
Лишь Талос задержался у командного трона.
– Почему мы не атакуем вражеский корабль?
– Разве ты не хочешь захватить его, когда мы уложим этих псов в могилы? – ответил по воксу Кирион.
Талос обернулся к обзорному экрану, где с томительным упорством скользил красный ударный крейсер.
– Нет, – ответил он. – Нет, ты должен бы знать, что мне это ни к чему.
– Но мы не можем взять их на абордаж. Все отделения ведут бой.
– Ты спятил? Я не хочу брать их на абордаж, – сказал пророк. –
– Но они чуть ли не на полсистемы от нас, вне зоны поражения наших орудий. Они отошли, как только выпустили абордажные капсулы.
Талос поглядел на братьев, а затем на команду так, словно те окончательно лишились разума.
– Тогда преследуйте их.
Мостик вокруг них загудел. Кирион прочистил горло.
– Ты хочешь уничтожить этот корабль? В самом деле?
Пророк покачал головой. Это был жест удивления, а не отрицания.
– Почему это так трудно понять?
– Потому что не в привычках пиратов уничтожать добычу, доставшуюся им в набеге. – Кирион взглянул на корабль вдалеке. – Подумай о том, сколько на этом судне боеприпасов. Подумай о тысячах членов команды, о ресурсах, об оружии, которое мы можем взять в качестве трофеев.
– На борту «Эха» есть все, что нам надо. Я не хочу трофеев. Я хочу мести.
– Но…
Кирион замолчал, столкнувшись с бесстрастным взглядом Талоса.
– Нет, – отрезал пророк. – Корабль сгорит. Они умрут.
Восточные двери распахнулись под вой гидравлики, и в зал ввалился Вариил. Его аугметическая нога сыпала искрами – замкнуло колено. Флажки из содранной кожи, украшавшие его доспех, были щедро политы кровью. Кулак Корсаров на его наплечнике был вдребезги разбит молотом, но на другом гордо красовался выведенный кровью крылатый череп легиона.
– Пятый Коготь очистил основные жилые палубы, – сообщил он. – Воины Генезиса задают нам жару, но мы пересиливаем.
Талос ничего не ответил.
– Ксарл? – спросил его Вариил.
– Мертв.
Талос не оглянулся на тело. Пророк уселся на командный трон, скрипнув зубами от боли в ранах. Боевые наркотики заглушали худшую ее часть, но скоро ему придется снять доспехи.
– Ты извлечешь его геносемя позже.
– Я должен извлечь геносемя немедленно, – возразил Вариил.
– Позже.Это приказ.
Он оглянулся на братьев, стоявших тесной группкой.
– Вариил нужен другим Когтям. Отправляйтесь в Зал Раздумий и любой ценой защищайте Делтриана. Я позабочусь о том, чтобы все отделения подтянулись к вам, когда прикончат своих противников.
Кирион шагнул вперед, словно собираясь возразить.
– А ты?
Талос кивнул в сторону оккулюса.
– Я присоединюсь к вам, как только покончу с этим.
Раптор ждал на краю воронки. Делтриан
Несмотря на отсутствие нервных окончаний и, как результат, способности ощущать боль, рана беспокоила Делтриана. Вместо крови он истекал драгоценными гемо-маслами, а те немногие живые ткани, что у него остались, отчаянно посылали сигналы тревоги на глазные экраны. И хуже того, отказывающие органы заставляли аугметику работать с куда большей нагрузкой, чтобы сохранилась функциональность организма в целом.
Время сейчас, как никогда, являлось решающим фактором. К счастью, его миссия была почти завершена.
Кровяные кристаллы негромко постукивали об аугметические конечности работающего техножреца. Судьба того, кто неожиданно напал на Делтриана, оказалась, похоже, незавидной. Тело исчезло, но кристаллизовавшаяся в космическом холоде кровь оставалась немым свидетельством его поражения.
Он слышал, что Люкориф снова ведет бой, – слышал это по хрипу и приглушенным звукам ударов в воксе, однако раптор сейчас его мало заботил.
В этот миг корабль у него под ногами страшно тряхнуло. Звезды начали поворачиваться в черном небе, и Делтриан потерял несколько драгоценных секунд, пока космическая пляска в глазах не успокоилась.
Корабль двигался. Они, определенно, атаковали. Техножрец не мог представить сценарий, при котором Повелители Ночи бежали бы от меньшего судна. Особенно если это судно явилось на защиту планеты, выбранной ими в качестве добычи.
– Стратегиум, говорит Делтриан. Ремонт щитов будет закончен в пределах четырех стандартных минут.
– Говорит Талос, – протрещало в ответ. – Щиты уже включены.
– Я в курсе. Но они нестабильны, потому что внешние столбы повреждены. Они могут снова отказать, и вероятность этого становится практически стопроцентной, если взять в расчет кинетическую составляющую. Не вступайте в бой до тех пор, пока надежность генераторов не гарантирована. Четыре минуты. Немедленно подтвердите, что это критическое условие вам понятно.
– Я понял, адепт. Работайте быстрее.
Корабль вокруг нее содрогался. Октавия оставалась на своем троне. Она смотрела, как звезды проплывают мимо на ее стене из пикт-экранов.
– Они бегут, – произнесла навигатор. – Воины Генезиса стараются оторваться от нас.
Септимус стоял рядом с ее троном – все еще в повязках, с лицом, сплошь расцвеченным синяками.
– Разве тебе вообще следует находиться здесь? – спросила Октавия.
Сейчас она больше, чем когда-либо, походила на терранскую аристократку, пускай и неосознанно.