Разведчик (Хондо)
Шрифт:
Где-то ржала раненая лошадь. На пятачке, ограниченном фургонами, шел рукопашный бой. Все новые и новые индейцы прибывали с холмов. Лейтенант, приподнявшись на локте, стрелял
Все слилось в грохоте стрельбы.
В круговерти пыли и дыма Хондо разглядел Сильву. Индеец тоже увидел Хондо и расплылся в отвратительной улыбке. Он стегнул коня. Хондо сбило с ног, и он покатился по земле. Сильва спрыгнул с седла, в руке у него блеснул нож. Хондо выпрямился и ударил индейца по ноге. Тот на мгновение остановился, и выскочивший сзади индеец попал прямо под удар Хондо. Подхватив копье, Хондо отбил выпад Сильвы и резким движением пронзил противника в грудь.
И как только Сильва упал, апачи, подобрав мертвого вождя, бросились прочь.
Через минуту о прошедшем бое напоминали лишь тела убитых и стоны раненых и умирающих.
Вновь в путь отправились фургоны, только теперь они были тяжело нагружены, и много лошадей шли без седоков.
Сержант
– Как мы их!
– Индейцы больше не вернутся.
– Почему ты так думаешь?
– Они потеряли второго вождя за один день.
Энджи принялась бинтовать Хондо руку, а Джонни взял под уздцы его коня.
Монотонно скрипели колеса фургонов, ржали лошади и стонали раненые.
На последнем фургоне играла мандолина и молодой голос запел "Крошку Бетси".
Уже смеркалось, когда отряд, перевалив через последний холм, вступил в лагерь. Хондо увидел трепещущий на мачте флаг, солдат, суетящихся на плацу. Солнце садилось. Низкие облака, окрашенные в розовый цвет заката, незаметно сливались с синей глубиной неба. Он смотрел на людей, на серые лица и обагренную кровью одежду, но за ними, перед глазами уже вставало иное видение: зеленый луг, домик среди деревьев, дымящаяся труба, а на пороге женщина с ребенком на руках... та, которая - он знал - всегда будет с ним.