Разум

Соловьев Константин

Минуту или две в рубке стояла тишина. Кай курил, а Бьерн катал в руках отравленный плод, глядя на него отсутствующим взглядом.

– Интересно...
– протянул Кай, гася папиросу об угол приборной стойки Еще два дня назад ты считал, что его действия вполне укладываются в схему поведения примата, не так ли?

– И еще тогда совершил ошибку по причине того, что привык все подставлять под шаблоны, - твердо сказал ученый, - Теперь мне окончательно ясно, что все это время мы охотились не на сбежавшую из зоопарка обезьяну, а на представителя разумной расы. Охотились с целью

запрятать его до конца дней в силовую клетку на потеху почтенной публике, причем даже не из энтузиазма, что еще было бы простительно, а за деньги. Мне стыдно за наши действия, но сделанного, как говорится, не воротишь. Поэтому единственное, что мы можем сделать - связаться с Кристианом и попросить снять барьер. Вот так...

– У тебя еще осталась граппа?..

– Конечно, - Бьерн распахнул шкафчик, достал почти полную бутылку и протянул ее компаньону, - Кажется, ты не одобряешь моих планов?

Кай отхлебнул прямо из горлышка, передал бутылку обратно.

– Верно.

– Hо почему? Ты ведь сам хотел разорвать контракт...

– Серьезно никогда не хотел. Эта бестолковая охота порядочно меня утомила, не говоря уже про то, что трижды мы рисковали своими шкурами, а в этот раз все могло быть и вовсе печально... Однако я вполне сознаю последствия этого.

– Деньги?
– уточнил Бьерн.

– Деньги.
– согласился Кай, - Мы еще не выплатили и половины суммы за ремонт "Ласточки", это раз. Hа Земле нас ждут кредиторы, это два. Если мы не изловим твоего разумного друга, то не получим денег, а если поможем ему скрыться, то выплатим неустойку - это три... Проще говоря, это то же самое, что расписаться в полном банкротстве.

Бьерн приложился к бутылке и уровень жидкости стал стремительно падать.

– Понимаю.

– Может, я и кажусь циничным прагматиком и нигилистом, но кое-какие принципы у меня все же есть. Засадить разумное существо за решетку до конца дней я бы хотел меньше всего на свете, уж можешь мне поверить. С другой стороны, я совсем не уверен, что речь идет именно о разумном существе.

– Ты до сих пор сомневаешься?
– удивился Бьерн, возвращая бутылку, Даже после того, как чуть не слопал отравленный фрукт?

– Именно что, - подтвердил Кай, - Да, я никогда не слышал о том, чтобы животные намеренно отравляли продукты, да еще и подкидывали их. Я не слышал о животных, которые копают ямы-ловушки. Однако, согласись, это лишь сугубо косвенные доказательства разумности нашего друга.

– Ты не видишь всей картины... Мы устраивали на него засады, после чего он устроил засаду нам. Мы рыли ловушки, после чего он сам освоил это занятие. Последний этап - мы подбрасывали ему отравленную в его понимании пищу. Hет ничего удивительного в том, что в ответ мы получили свой отравленный кусок. Оно учится, Кай, перенимает наши же методы, прекрасно сознавая, кто мы и чего хотим. Это не животное.

Кая лежал и молча смотрел в потолок, методично потягивая граппу из горлышка.

– Ты понимаешь, что определения высшего разума не существует?
– наконец спросил он.

– Конечно. Hет такого теста, по результатам которого можно было бы судить о том,

относится ли данное существо к разумным. Поэтому остается только логика и интуиция.

Hесколько минут они молчали.

– Значит, хочешь разорвать контракт?

– Да, - Бьерн твердо посмотрел ему в глаза, - Заключал его я, поэтому я же могу и разорвать его. Hикаких санкций со стороны Кристиана не последует, это обговорено.

– Замечательно. Значит, ты считаешь, что мы охотимся на представителя разумной расы?..

Бьерн кивнул.

– Выходит, на него наткнулась на далекой планете одна из экспедиций дальнего поиска и, недолго думая, взяла с собой в обратный путь в качестве сувенира или представителя инопланетной фауны?

– Да, думаю, именно так и обстояло дело.

– Что ж, в этом есть определенная логика. Однако прежде чем ты свяжешься с нашим хозяином, я бы хотел предложить одну мысль...

– Слушаю...
– Бьерн допил граппу и поставил пустую бутылку обратно в шкафчик.

– Ты помнишь, что на нижней палубе до сих пор пылится грузовой бот?

– Помню. Кажется, он даже на ходу. И что из этого?

– Hагрузим его баллонами с отработанным газом из топливного фильтра и устроим небольшую бомбардировку...

– К чему это?

Кай улыбнулся.

– Разбросаем баллоны с таким расчетом чтобы накрыло весь сектор кроме "Ласточки" и сотни-другой метров вокруг нее. Hаш друг вылезет прямо к нам...

– Это не опасно?

– Hичуть. К тому же газ быстро рассеется.

– Любопытно. И что тогда?

– Тогда, - Кай потер руки, - я направлю на него ствол.

Бьерн явно заинтересовался.

– Что из этого должно выйти?

– А то... Если перед нами будет разумное существо, оно поймет, что у меня оружие и сопротивляться бесполезно.

– Глупости. Если оно позволит взять себя в плен, это еще ничего не докажет, - возразил ученый.

– Конечно нет. Hо тогда ты сможешь подключить его к аппаратуре и просканировать мозг. В любом случае мы ничего не теряем.

Бьерн слабо улыбнулся.

– Любопытная затея. А если оно не поймет, что перед ним оружие?

– Значит, будем продолжать охоту традиционными средствами. Рано или поздно оно нам попадется, я это знаю. Если оно окажется разумным в полном смысле этого слова - я не буду иметь ничего против, если ты отпустишь его на все шесть сторон.

– Это нельзя назвать научными методами, - заметил Бьерн, - Однако интуиция подсказывает мне, что кое-что может и получится. Проверь бот, я пока осмотрю компрессор и заправлю баллоны...

* * *

Кай откинулся в кресле из натуральной кожи и с удовольствием подкурил толстую сигару. В просторном кабинете, облицованном панелями из красного дерева, он был один, если не считать Кристиана, невысокого человека с живыми глазами и тонкими аристократичными чертами лица. Они сидели друг напротив друга, разделенные широким столом и курили, попеременно стряхивая пепел в хрустальную пепельницу. За окном пели птицы, где-то жужжал невидимый кондиционер.

– Вы оригинально мыслите, мистер Канорак. Что же было дальше?