Разум чудовища
Шрифт:
Связи с Землей по-прежнему нет. Властью, данной мне корпорацией «Измерение „Сигма“, принимаю решение прервать тест-полет. Мы возвращаемся. Лео Шмейхер неотлучно находится возле Полякова, автоматическая система лечения неспособна сохранить жизнь Игоря.
Постараюсь спасти хотя бы оставшуюся часть экипажа.
Техническая информация,
скачанная из памяти корабельного мозга.
Данные верифицированы и обработаны
экспертно-криминалистической группой
под руководством Даниэля Викорски.
Дата: 13
Тема: Игорь Поляков, инженер связи и бортовых вычислительных систем. Травмы, несовместимые с жизнью.
Содержание: 23 часа 01 минута. Взрыв баллона с окислителем. Многочисленные ожоги верхней части тела. Паралич дыхания. Через несколько минут после этого – информационная перегрузка автоматического лечебного комплекса. Срочное вмешательство Лео Шмейхера спасло пациента (Уточнение Д. Викорски: врач-автомат «не выдержал» потока данных, не сумел рассчитать схему лечения. По всем базовым показателям, пациент был мертв. Вывести его из кризиса известными методами не представлялось возможным). С этого момента жизнь Игоря Полякова поддерживалась только врачом экспедиции. Гемофильтрация требовала непрерывного контроля со стороны Лео Шмейхера.
Пояснение Даниэля Викорски: Джон, ты просил не делать никаких выводов, давать только факты. Даю факты.
Парень просто не вовремя оказался рядом с дефектным баллоном. Что? Какого черта? Вот и я хочу спросить: какого черта?! Вероятность деструкции баллона составляет 0,1–0,2 процента, согласно техническому паспорту. В корпусе оказалась какая-то каверна в доли микрона! Вероятность разрыва в присутствии человека практически нулевая. Стойки расположены на нижних палубах крейсера, в зоне силовых установок, точнее, неподалеку от этой зоны. Окислитель необходим для работы маневровых двигателей.
Что в этом месте делал Игорь? Проверял выносные терминалы главного корабельного центра, будь они неладны! Везде датчики, терминалы! Информация должна была идти сплошным потоком, чтобы контролировать все показатели. Вот и доконтролировались…
Хеллард отложил папку в сторону и подошел к окну. Задумчиво поглядел на надкушенный желтый блин, временами вылезавший из туч.
«Нечеловек», – повторил он слова Викорски. «Если предположить, что за всеми случайностями стоит чья-то злая воля, то… Нечеловек…» В лукошки с зелеными пришельцами Хеллард не верил с детства. Он вернулся к столу.
Ожог более тридцати процентов кожи. Лео Шмейхер спас жизнь Полякову, вовремя отключив автоматический лечебный комплекс, не рассчитанный на подобную информационную перегрузку. По всем правилам медицины инженер должен был умереть, сразу, в первые минуты после трагедии.
Но Лео боролся. Проводил детоксикацию, выращивал в синтезаторе кожу. Он боролся, и четверо суток пациент продолжал жить, вопреки правилам. Не умирал, пока рядом был Лео Шмейхер. А потом, спустя четыре дня, Лео, который все время держался на стимуляторах, от усталости перепутал шприц. «Вкатил» в вену, себе, лекарство, ставшее смертельным ядом.
От усталости?
Джон Хеллард закрыл папку. Думать о деле «Безупречного» он не мог. События – все, что произошли –
Выйдя на улицу, аналитик зябко поежился, поднял воротник легкой куртки. Дул сильный ветер, черные тучи набегали на диск Луны. Природа словно забыла, что на календаре середина лета. К тому же собирался дождь. «Лучше бы дождь прошел днем, – отстраненно подумал Хеллард. – Днем, когда мы жарились возле „Безупречного“, еще надеясь быстро найти разгадку проблемы».
Покинув территорию «Сигмы», Джон не прыгнул в такси, несмотря на холод. Он хотел непременно прогуляться пешком. Проветрить мозги и придать мыслям хоть какое-то подобие стройности.
…Один раз в сто лет… А если таких неприятностей, или, попросту говоря, нелепостей, трагических нелепостей – не одна, а несколько? Если не верить в лукошко с зелеными человечками? Тогда что?
С этим вопросом в голове – застрявшим, как заноза – он тащился по пустым темным улицам. Вскоре на мостовой заблестели первые капли дождя, а когда бо#льшая часть дороги осталась позади – хлынул сильный ливень. Хеллард, чтобы поскорее добраться до квартиры и высушить мокрые туфли, все же прыгнул в электромобиль, пришедший по вызову.
От раздумий не избавили уютный полумрак комнаты и любимый махровый халат. Джон машинально проглотил ужин и уселся в кресло. Несколько сигарет, выкуренных под спокойную классическую музыку, и в голове эксперта-аналитика начал вырисовываться ответ, который с каждой минутой нравился ему все меньше и меньше.
Хеллард не заметил, как задремал в кресле под жалобные звуки саксофона…
…Он шел по коридорам звездолета и нутром чувствовал притаившуюся где-то здесь, в стенах машинного отсека, опасность. Казалось, переборки внимательно следили за каждым его шагом. Пол едва заметно подрагивал под ногами, затаившись, выжидая малейшей ошибки – готовясь сбить с ног, нанести роковой удар… Или это нервы? Нет! Не расслабляться!
Он не верил, что действительно возникла какая-то проблема с интерфейсом контроля грузовой палубы. Скорее уж, тут ждет что-то вроде удара током… или камеры декомпрессии? Что будет на этот раз? Не вовремя захлопнувшаяся переходная дверь? Створка грузового люка под ногами? Он на миг содрогнулся, представив картину…
Пол уходит из-под ног! Человек падает – вниз – сквозь горизонты. Глаза выпучены от ужаса, рот перекошен в крике… Потом – удар! Противный хруст позвоночника. Жуткая боль, яростное пламя заливает тело изнутри. И смех где-то вдали. Нет! Вокруг! Торжествующий смех… Потом – тишина.
Стоп! Надо просто быть очень внимательным. Теперь, когда до разгадки осталось всего полшага, даже меньше – он уверен в этом – глупо умирать. Нет! Умереть нельзя, нет у него такого права. Иначе следом будут другие, много других…
Надо просто быть очень внимательным. Не трогать провода, не лезть проверять датчики в шлюзах, вот и ответ. В конце концов он, лучший выпускник курса, и, кроме всего прочего, отличный хакер, – сумел прочитать то, что не смогли найти в бортовой системе другие.