Разрыв
Шрифт:
Он тянет меня к себе и гладит по волосам.
– Иди ко мне, девочка.
У меня перехватило дыхание, и я захлёбываюсь в рыданиях. Никто никогда не заботился обо мне и не утешал меня вот так. Не могу устоять перед тем, чтобы не прижаться к нему. Он изменяет положение, чтобы открыть дверцу душевой кабины и включить душ. Отрегулировав температуру воды, он подталкивает меня внутрь.
– Я скоро вернусь. Не торопись.
Мои эмоции в полном беспорядке.
Пока я смываю с себя всё это ужасное событие целиком, это позволяет мне почувствовать себя собой. Данте входит в ванную комнату, тихо прикрывая дверь. Звук пластикового хруста заставляет меня открыть дверь душевой.
Уголок рта Данте поднимается от вымученной улыбки.
– Попросил одну из девчонок захватить для тебя новых вещей.
– Спасибо, – шепчу я.
Когда я выхожу из душа, Данте заворачивает меня в пушистое полотенце и вытирает с такой заботой, что я готова расплакаться. Плотно обернув полотенце вокруг меня, он ведёт меня по коридору к своей комнате.
– Я собираюсь занять комнату наверху, детка, поэтому, когда ты здесь, у тебя будет своя ванная комната, – тихо произносит он, закрывая дверь. Я понятия не имею, о чём он говорит. Здесь есть верхний этаж?
Изнеможение обрушивается на меня с силой кирпичной стены, когда я нахожусь в безопасности в комнате Данте. Он помогает мне надеть одну из своих рубашек, затем отбрасывает одеяло и ждёт, пока я не залезу в постель.
– Ложись, Карина. – Он кивает в сторону закрытой двери спальни. – Я собираюсь закрыть её. Если тебе что-то понадобится, то я буду в часовне. Это большая комната рядом с основной барной зоной.
– Хорошо. Спасибо.
Данте
Карина отключается ещё до того, как её голова касается подушки. Глядя на неё сверху, я не знаю, что и думать. Что-то похожее на совесть, не позволяет мне воспользоваться ею. Я в шоке от того, что не затрахал её до полусмерти в ту же минуту, как мы вошли в эту комнату.
Даже сейчас есть неизвестное мне ограничение, которое сдерживает меня от того, чтобы разбудить её и засунуть в неё мой член. Она сказала, что он не сделал ей больно. Это не мешает моему мозгу думать о том, что над моей девочкой надругались, и я должен лучше заботиться о ней.
Я прикрываю её сверху и, как и обещал, запираю за собой дверь.
– Это было быстро, – говорит Ромео с усмешкой, когда я занимаю место за столом.
Тот факт, что мне ничего не перепало, говорит сам за себя тем, что я не в настроении заниматься всякой хернёй, и Ромео переходит сразу к делу.
– Получил весточку от наших друзей в Мексике. Хеми там не появлялся. Говорил с Болтом...
Я должен прервать его.
–
Ромео не любит, когда его перебивают.
– Да. Подумал, что они должны быть начеку с этим маленьким говнюком.
– Они с большей вероятностью дадут ему убежище, чем сдадут. – Ромео пожимает плечами. – Ты всё ещё собираешься прикончить его?
Вот здесь мне приходит на помощь моя предполагаемая уравновешенность.
– Кто знает. Если я сяду с ним за один стол снова, я сообщу тебе об этом.
– Не ожидал, брат. Тем не менее, пакет всё также отсутствует. Будет легче вернуть его, если он будет знать, что ты не перережешь ему горло при первой же возможности.
Вольф впервые подаёт голос.
– Позвони Такеру. Он должен был отправиться тем же путём. У него есть выход и на ребят Болта, и на Хеми.
– Да, я тоже думал об этом, – говорит Ромео. Он вытаскивает дешёвый одноразовый телефон, кладёт его на стол и ставит на громкую связь, чтобы мы всё слышали.
– Вы позвонили Кену Риверсу... – кровь ударяет мне в голову, когда я слышу имя. Не такая уж и необычная фамилия, но, сопоставляя факт того, что отец Карины дальнобойщик...
– В чём дело, Данте?
Я поднимаю голову, чтобы увидеть, как президент уставился на меня с растерянным выражением.
– Ничего.
Мы не можем дозвониться до Такера. Ромео переключается на другие дела клуба, а у меня чертовски мало времени, чтобы просто так сидеть здесь. Мне надо поговорить с моей девочкой. Мне нужна от неё информация.
Он, наконец, закрывает совещание, и просит меня задержаться. Когда все уходят, он встаёт и закрывает дверь.
– Как она?
Я удивлён, что ему не насрать на это.
– Отдыхает.
– Он навредил ей?
Раньше я бы подумал, что Ромео спрашивает для того, чтобы отделаться, но, похоже, что он, на самом деле, обеспокоен.
– Она сказала, что, нет. Но он, блядь, оставил её связанную и совершенно одну. Она была в ужасе.
– Боже. Что за мелкое дерьмо. Как мы могли недооценить этого ублюдка?
– Я не знаю, брат.
– Чёртов Такер – это тот, кто познакомил меня с ним. Он поручился за этого говнюка. Мне определённо нужно с ним поговорить. Она не сказала тебе почему?
Я склоняю к нему голову.
– А ты как думаешь? Ты слышал его в ту ночь, когда я выставил его задницу отсюда.
– Да, но я думал, что он смог справиться с этим. С тех пор он трахал Сэди.