Разрушители
Шрифт:
– Здравствуйте, – поприветствовал девушек Бебури, придирчиво оглядел комнату, прошел и встал рядом с креслом напротив дивана. – В ближайшее время вам предстоит показать, чему вы научились, – торжественно объявил он и перевел взгляд на очкарика. – Это наш гость из...
– Я сам, – заговорил на русском мужчина, медленно направляясь к креслу. – Мое имя Кларк. Я занимаюсь людьми, чья работа не видна, но от которой зависит благополучие этой страны.
Девушки непроизвольно переглянулись. Неужели он имеет в виду их?
– Вам предстоит показать, как вы усвоили то, чему на протяжении всего этого
– Как вы стреляете, водите машину и можете уложить на лопатки мужчину, я уже знаю, – уже сидя продолжал Кларк. – Видел записи. Но это не главное в вашей дальнейшей работе. Основное, – он постучал пальцем по виску, – интеллект. Сейчас вы вернетесь в Тбилиси. Ваша задача максимально близка к реальной. Каждой из вас будет предложено войти в контакт с человеком, фотографию которого я сейчас покажу, и сымитировать его отравление. Заранее предупреждаю, эти люди ничего не знают о проверке и не подозревают о вашем существовании. Более того, для максимального усиления эффективности нашего экзамена в вашем распоряжении будут препараты, которые на самом деле изменят состояние этих людей.
– В смысле? – осторожно спросила Ольга и вопросительно посмотрела на Бебури.
Однако грузин строго нахмурил брови, и она не стала больше задавать вопросов.
Тем временем Кларк открыл свой портфель, вынул оттуда небольшую папку и протянул Бебури.
Грузин прошел к девушкам, протянул им фотографии и встал рядом.
– На снимке под номером «один» человек, которого зовут Леван Григалашвили. На втором – Ирма Габелия, – внимательно следя за реакцией девушек, стал вводить в курс дела Кларк.
– Женщина? – удивилась Зоя, в руках которой оказалось фото красивой грузинки с длинными черными волосами.
Ольга оторвала взгляд от изображения круглолицего мужчины с двойным подбородком и заглянула подруге через плечо. Ее словно ударило током. Она знала эту женщину. Нет, не лично. Просто год назад, во время демонстрации протеста, случайно проходила мимо площади Роз и невольно замедлила шаг, когда она выступала, стоя на ступеньках здания. Это была представитель оппозиции.
– Что вас смущает? – насторожился Кларк.
– Ничего. – Ольга поняла, что яды наверняка будут настоящими. Просто таким образом их хотят использовать для устранения неугодных нынешней власти людей. Но тогда что будет после всего с ними? И Ольга решила пойти ва-банк. Она вернула фотографию Бебури и перевела взгляд на Кларка, уже догадавшись, что он главный во всем этом деле:
– Ничего сложного я не вижу, но есть одна просьба.
– Какая? – нахмурился Кларк.
– С самого начала быть с нами откровенными, – ответила она, одновременно почувствовав, как напрягся грузин.
– Постараюсь. – Кларк заволновался, поправил пальцем на переносице очки.
– Вы ведь решили нашими руками ликвидировать врагов Грузии? – В ожидании ответа Ольга не мигая уставилась на Кларка.
– Почему вы делаете такой вывод? – В его глазах появился неподдельный интерес и даже восторг от такой постановки вопроса. Значит, не прошли
– Не знаю, – пожала она плечами. – Но ни у меня, ни у Зои нет выбора, и поэтому я не вижу смысла, чтобы вы использовали нас втемную.
– Думайте, как хотите, но мне симпатизирует ваше отношение к этим людям, – Кларк встал, подошел к Бебури, забрал у него снимки и бросил их в портфель. – Препарат начнет действовать и вызовет реакцию, по которой мы определим, как вы справились с заданием, только через два-три часа. Может, больше. Этого времени будет достаточно, чтобы расстаться с этим человеком. Всю дополнительную информацию вы получите от майора Гагуа.
Вечером девушки были уже в Тбилиси, куда их привез на обычных «Жигулях» Бебури. По иронии судьбы, остановив машину всего в квартале от дома Ольги, он назвал адреса квартир, в которых они должны будут поселиться, и вручил ключи. С его слов, в обеих был запас продуктов и телефон. К тому же каждая перед выездом получила по тысяче лари. По местным меркам, огромные деньги.
Выйдя из машины и едва справляясь с желанием посмотреть в сторону ставшего ей родным дома, Ольга пошла по тротуару. Нет, Бебури не запрещал зайти проведать мать, вопрос об этом даже не поднимался. Ольга регулярно звонила домой. Выполняя инструкцию Бебури, она врала, будто ее выпустили, но на время предложили покинуть город и она живет недалеко от Гори. Мать поверила, что дочь оправдали, а необходимость дождаться окончания следствия за пределами Тбилиси вызвана опасением за ее безопасность до поимки настоящих преступников. Для усиления эффекта Ольгу заставляли врать, будто бы она боится, что родственники Чачбы могут решиться на кровную месть. Это, конечно, была полная чушь, но мама верила.
Квартира, адрес которой назвал Бебури, располагалась в пятиэтажном доме на улице Нуцубидзе. Это тоже была почти окраина города, куда Ольга добралась на автобусах с двумя пересадками. Но проблем с транспортом в городе не было. Ярко-желтые украинские «Богданы» ходили с небольшим интервалом, и уже через полчаса она осматривала свое новое жилище. Бебури слегка слукавил, когда сказал, что в доме есть все необходимое. В стареньком холодильнике она нашла несколько пучков зелени, лук и помидоры. На полках стояли приправы и банка пшенной крупы.
Осмотрев кухню, Ольга отправилась в зал. Небольшой журнальный столик, старый диван, два кресла и телевизор. На стене и на полу ковры.
Она открыла шкаф. Здесь на полках аккуратно стопками лежало белье. Во втором отделении болтались пустые плечики.
Усевшись на диван, Ольга задумалась. Положение, в котором она оказалась, было незавидным. Со слов Бебури, человек, к которому ей предстояло войти в доверие, был небеден, имел большие связи. Звали его Леван Григалашвили. Она пыталась вспомнить, где слышала это имя, но не смогла. Однако была точно уверена, что знает его. Просто Ольга особо не интересовалась ни политикой, ни бизнесом. Для этого не было времени. Жил Леван на проспекте Рабакидзе, почти у самой Куры, однако большую часть времени проводил в доставшемся от отца доме, расположенном недалеко от серных бань. Был женат, имел двух взрослых дочерей и сына, который учился в Лондоне.