Разрушители
Шрифт:
– Ты выключи лампу, вид лучше будет, – посоветовал он.
Она щелкнула выключателем.
– Иди, смотри.
Ольга повиновалась и подошла к Левану.
– «Тбили» по-грузински – «теплый», – негромко, с характерной хрипотцой стал рассказывать он. – Тбилиси – город теплых ключей. Примерно полторы тысячи лет назад в один из таких источников, вместе с пойманным фазаном, упал ловчий сокол грузинского царя Вахтанга Первого. Тогда царь повелел построить на этом месте город. Видела внизу сделанный из камня сокол и фазан? – неожиданно спросил Леван.
– Я даже
– Вон, видишь? – Он вытянул правую руку в сторону одной из многочисленных остроконечных церквей. Вторая рука коснулась в этот момент ее талии. Она вздрогнула, словно от ожога.
– Ты боишься меня? – Леван сделал вид, будто удивился.
– Нет, – она покачала головой, но слегка подалась вперед.
Однако грузин был настойчив. Его рука скользнула по ее спине.
– Не надо! – простонала Ольга.
– Вино пробовать не хочешь? – касаясь шершавыми губами краешка ее уха, спросил Леван.
– В другой раз, – пообещала Ольга и тут же пожалела об этом. Ее ноги оторвались от пола, потолок, освещенный лишь попадающим через окно светом уличного фонаря, развернулся, и через мгновение она уже коснулась лопатками мягкого покрывала.
– Не надо! – Ольга выставила руки, упираясь в могучую грудь Левана.
– Почему? Я старый, да? – Он навис над ней на выпрямленных руках. – Я не останусь в долгу. Обещаю...
– Но я не проститутка! – выдавила она из себя, больше не в силах терпеть давление.
– Никто не сказал, что ты девушка легкого поведения! – зашептал грузин. – Я бы такую на порог не пустил.
Ольга не знала как быть. Вдруг, если сразу сдаться, он заподозрит неладное, или, наоборот, рассвирепеет, если не пойти навстречу?
Неприятно щекоча кожу, Леван стал целовать ее в шею, постепенно спускаясь все ниже. Вот его толстые как сардельки пальцы ухватились за узелок на халате. Пояс свалился. Увидев, что под ним ничего нет, он зарычал и ухватил губами сосок. Она вздрогнула, когда почувствовала его язык. Было мерзко и приятно одновременно. Приятно оттого, что Ольга давно хотела этого, мерзко потому, что Леван был ей противен. Однако он, как и большинство кавказских мужчин, знал свое дело. Она вцепилась ему в волосы. Непреодолимое желание захлестнуло Ольгу. Леван был чутким любовником, почувствовал это и вошел в нее. Она даже не поняла, когда он успел снять с себя одежду...
Проснулась Ольга ближе к полудню. Левана рядом не было. Она даже не заметила, как он ушел. Торопливо накинув халат, Ольга отправилась в душ. Умывшись и переодевшись, спустилась в гостиную. На кухне кто-то гремел посудой. Ольга осторожно прошла и заглянула в дверь.
– Доброе утро! – приветствовала она горничную.
– Здравствуй, – ответила та, продолжая протирать тарелки. – Кушать будешь?
– Если можно, кофе, – попросила Ольга.
– Сейчас! – Женщина поставила на стол тарелку и повернулась к стоящей в центре кухни плите.
– Давайте я сама! – Неожиданно Ольге пришла в голову
– Пожалуйста. – Женщина протянула ей кофеварку. – Там на полке зерна, – она показала взглядом на шкафчик рядом с Ольгой.
Вернувшись в гостиную с чашкой ароматного напитка, Ольга села на диван. Обжигаясь, сделала несколько глотков. Взгляд, словно магнит, притягивал бар, которым в первый день хвастал Леван. В устроенной в стене бочке было собрано огромное количество самых разных бутылок со всего света. Наконец она решилась, подошла к нему и открыла. Того вина, с которым он приходил накануне к ней, не было. Не увидела она его и у себя в комнате. Кто мог забрать? Горничная? Она покосилась на выход из кухни, размышляя как быть. Потом допила уже остывший кофе и направилась в кухню.
– Вчера Леван предлагал мне вино, которое делал его дед. – Она помыла под краном чашку и поставила рядом с мойкой. – Это правда?
– Что? – не поняла женщина.
– Сколько тогда ему лет?
– По нашим меркам, немного, – продолжая чистить сковороду, улыбнулась женщина. – Шестьдесят. Я занесла утром бутылку к нему в кабинет. Обычно в этом доме он пьет только его.
– Я сегодня уезжаю, – с грустью проговорила Ольга.
– Он знает, сказал, приедет пораньше, – кивнула горничная.
«Неужели собирается проводить?» – ужаснулась Ольга.
– Он такой, – продолжала горничная. – Ты очень ему понравилась. И вообще, Леван сказал, что ты смелый девушка. Приехала одна из России в Грузию, которую все ругают...
Ольга пропустила слова горничной мимо ушей. Голова шла кругом от потока информации.
– Зачем меня провожать? – удивилась она, думая, как выкрутиться из столь щекотливого положения. Ведь у нее даже нет украинского паспорта, а Леван наверняка попросит Зураба купить ей билет.
Неожиданно Ольге пришла в голову мысль, что можно соврать, будто сначала она поедет в Кутаиси, где живут ее родственники, и уже оттуда домой. Тогда паспорт не нужен. В конечном итоге она поняла, что рано паникует. Еще неизвестно, получится у нее или нет претворить в жизнь задуманное. Она отправилась наверх. Поднявшись на второй этаж, остановилась и прислушалась. Следом никто не шел. С замиранием сердца подошла к дверям кабинета и тихонько открыла их. Бутылку, с которой хозяин дома приходил к ней накануне, Ольга нашла в правой тумбе большого старинного письменного стола. Трясущимися руками вытащила из шва чашки бюстгальтера небольшой пластиковый пакетик, оторвала кончик и откупорила бутылку.
– Что ты здесь делаешь? – неожиданно раздался голос горничной.
От ужаса, который вмиг сковал тело, Ольга подумала, что сейчас умрет.
Женщина медленно подошла и встала рядом:
– Что это у тебя?
– Где? – едва ворочая вмиг пересохшим языком, выдавила из себя Ольга, возвращая бутылку на место. Рядом она положила пакетик. Вдруг ее охватила злость. Какого черта эта старуха следит за ней? Неужели это похожее на моченое яблоко существо сейчас станет человеком, который обречет ее на длительный тюремный срок или того хуже?