Разрушители пророчеств 2
Шрифт:
– У меня есть еще кое–что, – голос Хазимай был очень серьезен. – И меня это очень беспокоит. Сегодня, когда я схватилась с волком, я наконец точно убедилась, что в его силе, есть большая часть мертвой магии, магии Вогалов.
– Демон Азаткир! – выругалась амазонка. – Только этого нам еще хватало. А может ты ошиблась?
– Нет. Я почувствовала это еще при самой первой встрече, потом в Серебримусе, но точно поняла это именно сегодня. Но это еще не все. Как бы не было это плохо, но гораздо хуже другое – мне кажется, магия оборотня и то, что исходит
– О чем это вы? – Радан непонимающе смотрел на собеседниц. – Растолкуйте мне по-простому.
– Радан, ты знаешь про завещание Зерги? – спросила Хазимай.
– Вообще-то нет.
– Хорошо, я расскажу тебе кратко эту легенду. Только сначала хочу узнать, что ты знаешь про Алиайю?
– Прекрати! – выкрикнула Алмаз и сделала рукой жест, отгоняющий зло. – Не говори это имя.
– Не бойся, Алмаз, мне это не повредит, я Лесная.
– Кто эта Алиайя? – спросил Радан и, испуганно замолчал.
В его устах это имя прозвучало зловеще, а пергамент на груди, вдруг, опять стал горячим.
– Радан! – крикнула амазонка. – Ты что творишь?!
Она вскочила и тревожно оглянулась вокруг. Соболю тоже показалось, что лес вокруг стал враждебным, появилось ощущение, что в тени, под кустами кто-то прячется.
– Вот видите, что вы наделали? – возмущенно высказала Алмаз. – Нельзя произносить вслух это имя. Еще и на ночь.
– Хорошо, – успокоила её Хазимай. – Мы больше не будем произносить её настоящее имя. Ты права, даже Вогалы не называли её так.
В мозгу юноши забрезжило понимание.
– Так это Зерги?
– Да. Зерги, Гоосар Каххум, Отверженная, Проклятая и еще много имен. Это именно она, правительница, опрокинувшая мир в пучину Великой Войны. Великая чародейка, овладевшая всеми тайнами древней магии. И впервые заключившая сделку с неживыми из нижнего мира.
– Но какая связь между давно убитой колдуньей и сегодняшним днем? Про нее все давно уже забыли. Помнят только имя, и то, наверное, не все. Я знаю про нее потому, что я учился, мать требовала, чтобы я был образованным. А большинство простых людей и не вспомнят кто это.
– Таковы вы, люди, – грустно улыбнулась Хазимай. – Вы живете недолго и легко забываете прошлое. Поэтому, оно у вас часто повторяется.
– Другие, что – помнят всё?
– Не знаю как все остальные, – вступила Алмаз. – Но эльфы точно помнят.
– Ладно, мы отклонились от темы, – сказала Лесная. – Продолжим. А что ты вообще знаешь про Вогалов?
Соболь на несколько секунд задумался, потом ответил:
– Я знаю, только то, что мне рассказывал деревенский знахарь – когда-то на земле жили высокие мощные люди, которые считали себя Истинными Людьми. Они были великими воинами и великими магами. Но они все сгинули. Теперь от них остались только развалины городов и их непонятные книги. Люди говорят, что где-то спрятаны их сокровища, но я не встречал никого, кто бы нашел, хотя бы кусочек золота из их сундуков. И значит, Зерги была из их народа? Но ведь известно, что
– Да. Это было, но пришли они только на последнюю битву, на Саремское поле. Правда, бились они, не жалея себя, бросались в самое пекло. Почти все пришедшие тогда сгинули в том сражении.
– Но не все погибли?
– Нет.
– Тогда куда они делись? Ведь после той Войны их не стало, верно?
– Да. Но это другая история, мы опять отвлеклись.
– Хорошо. Рассказывай, что за завещание.
– Известно, что, когда объединенное войско разбило Черных Гоосар Каххум погибла. Правда, о её последних минутах, разные летописцы рассказывают по-разному. Но оставим это на их совести, я знакома с очевидцем, которому верю – он сам видел, что она погибла.
«Сколько же лет очевидцу?», – подумал Соболь, ведь из её фразы выходит, что он жив до сих пор. Сколько лет самой Хазимай, он старался не думать.
– Однако, перед смертью, прямо накануне битвы, Отверженная провела специальный ритуал черной магии, при помощи которого перенесла часть своей души в какой-то предмет. Или может несколько предметов, Зерги всегда была хитрой и не хранила все бутылки в одной корзине.
– Говорят, что для этого ритуала были убиты сотни маленьких детей разных рас, – добавила Алмаз.
– Я думаю, это преувеличение. То, что в том колдовстве использовались дети, это точно, но, наверняка, не сотни, и даже не десятки. В таком чародействе количество не играет особой роли, главное – качество. И, кроме того, я знаю, что после боя её шатер и все, что там было забрал совет магов, однако никаких детских останков там не нашли.
Вдруг Радана что-то кольнуло – упоминание про детей разных рас, напомнило ему об его странных снах. Он минуту колебался, боясь оказаться смешным, но наконец решился.
– Подождите, я хочу рассказать кое–что. Это связано с Вогалами, с детьми и со мной.
Алмаз и Хазимай удивленно взглянули на него.
– Не знаю, стоит ли это внимания, но уж очень все необычно, – опять засомневался Соболь.
– Да не тяни, – нетерпеливо прервала его Алмаз. – Рассказывай уже.
– И ты молчал? – это было первое, что спросила Хазимай, когда он закончил. – Как ты мог?
– Я же думал, что это просто сны, – оправдывался сконфуженный Радан. Он никак не ожидал, что Лесная воспримет все так серьезно.
– Это не сны, я знаю кто такая Еллин. Значит, все действительно сходится. Ну–ка достань свой пергамент, я хочу еще раз взглянуть.
– Хазимай, – Соболь с мольбой смотрел на Лесную. – Я тебе верю, но скажи мне, что она говорила не про этих детей.
Он показал пальцем в сторону костра.
Однако, Хазимай не стала успокаивать его.
– Тоже не хочу в это верить, но, думаю, что это они. Слишком удивительные вещи происходят с этой компанией. Начиная с того, кто эти дети на самом деле. Похоже, пророчество действительно существует и работает.