Разрушители миров
Шрифт:
— Мои агенты успели доложить перед своей смертью, что в Каменных Джунглях Тары на команду Умника напали — подхватил историю директор ВНСПБ, что совсем не мешало ему параллельно следить за тем, что творилось вокруг — Они сказали, что Легионеры Фемиды уничтожили, как мы тогда думали, единственную надежду — Константу, после чего, не выдержав морально, парень благополучно дезертировал. У меня тогда все перевернулось внутри, и я решил, что не могу больше поступать с ним как последняя сволочь.
— Хорошо, что в итоге тебя все же осенило — шутливо поддел его Алес, следом терпеливо поясняя неприятно прозревающему толстяку —
— Конечно к тетушке Абангу, к кому же еще.
— Мой друг хотел лишь поговорить со мной, а потому пришел один, без лишних свидетелей, не ожидая встретить там всю нашу честную компанию. Когда мы объяснили ему, что все еще можем спасти вселенные, Фиалка выдала нам свой план и заявила, что сейчас как раз тот самый момент, когда мы наиболее удачно сможем сделать из Ната злодея, предложив вам дочь в качестве наживки.
— Правда отлично сыграно? — прохрипел на ухо вспыхнувшего от негодования мужчины директор ВНСПБ, еще сильнее прижимая элеум к его шее — Мне нужно было лишь уговорить Радоса совершить обмен Или на ученого, а поскольку нам было просто необходимо, чтобы вы поверили в искренность его намерений, я опустил во время разговора со старцем большинство важных подробностей. Сенатор так доверял мне, что тут же согласился.
— Затем Нат должен был прийти к тебе и раскрыться кем является на самом деле — продолжил за ними Нил, устало потирая лицо и снова переводя рассеянный взгляд с закрывающейся за последним пилигримом двери на Кира и до сих пор не покидающего его Рема, так и продолжавшего стоять в позе боевой готовности — Как видишь, в итоге план Фиалки сработал идеально!
— Вы лишь хотели узнать, где находится Тит — быстро догадавшись, процедил сквозь зубы толстяк, яростно рыча и косясь на своего, самодовольно ухмыляющегося, палача — Ублюдок.
— Знаете, профессор — спокойно отреагировал тот в ответ — если меня чему и научила реальность, в котором я провел последние одиннадцать лет, так это тому, что мы должны доверять друг другу, а не полагаться лишь на себя и собственные КЭМИ.
— Ты не понимаешь, этот человек хочет пожертвовать нашей вселенной ради благополучия остальных! — желчно выплевывая каждое слово, прохрипел грузный мужчина — А как же твоя дочь? Ты подумал о ней? Если сумасшедший старик сделает то, что намеревается — и ты, и она умрете в этом мире! Сомневаюсь, что он поведал вам подробности о том, что эта вселенная сгинет безвозвратно, как только Константа исполнить свое предназначение!
— Не смейте приплетать сюда Аду! — разъяренно зашипел директор ВНСПБ, выходя из себя и совершая грубую ошибку — в порыве гнева упуская из виду последнего оставшегося в зале Легионера Фемиды — Рема — Я только ради нее и стою здесь сейчас перед вами! — продолжая выплескивать свои эмоции на заложника, кричал он — Вы все лжете! Я бы ни за что не допустил, чтобы моя малютка или мир, в котором она живет — погибли. У вас не получится настроить нас друг против друга!
— Ады?! — пролепетала за спинами взрослых Перчинка, осторожно выходя на открытое пространство — Папа, так это ты?!
— Папа?! — непроизвольно опуская дрожащие руки чуть ниже, чем было нужно, с заплывшими от слез глазами, переспросил Нат, рассматривая маленькую
— Перчинка, я же просил тебя спрятаться… — прохрипел Тит, испуганно протягивая свои длиннющие руки к подростку.
Все на мгновение все замерло, а уже в последующую секунду произошло сразу несколько вещей. Во-первых, потеряв всякий контроль над ситуацией, директор ВНСПБ, расплывшись в широкой довольной улыбке, успел сделать пару неуверенных шагов на встречу своей заветной цели, после чего ошарашенно замер. А во-вторых, Рем, оказавшийся в тот же самый момент за его спиной, трансформировал свою новую кибернетическую руку в длинный острый меч и, воткнув его в спину своей жертвы по самую рукоятку, буквально насадил мужчину на клинок.
— У меня больше нет той конечности с пушками, что вы украли, зато мне удалось раздобыть вместо нее это — просипел он на ухо кряхтящему и выплевывающему изо рта кровь Нату, с силой проворачивая сталь внутри него — Ну как тебе моя обновка, нравится? Профессор, быстро за меня! — грубо бросил он толстяку, убирая руку из тела, тут же упавшего на живот бедолаги и закрывая собой Кира — Все назад, а иначе я прикончу любого, кто сюда сунется! — предупредил здоровяк бледных, уже стоящих в метре от него противников.
— Отец! — всплеснув руками и не послушав громилу, всхлипнула Ада и неожиданно для все ринулась к упавшему, еле дышащему человеку, валявшему возле ног Рема.
— Нет, милая, не надо! — только и успел еле слышно произнести бывший пилигрим, словно утопающий протягивая в ее сторону окровавленную руку.
Дальше все произошло в считанные секунды. Здоровяк, чисто интуитивно, следуя лишь своим инстинктам, снова модифицировал руку в длинное лезвие и малютка, словно маленькая, беспомощная рыбка, повисла на нем, как на крюке, раскинув руки в разные стороны и тихо сопя.
— Что ты наделал! — едва поднимая голову с пола прохрипел Нат, с ненавистью глядя на громилу и с трудом пытаясь опереться на непослушные и тут же снова подворачивающиеся, руки — Мразь, она же еще совсем ребенок!
— Я не специально, я думал это кто-то из вас, я… — побледнев и заикаясь, принялся оправдываться Легионер Фемиды, тут же вынимая меч из девчушки, которая камнем рухнула на подставленные в последний момент руки Алеса.
— Прости, дружище, но она мертва — дрожащим голосом сообщи тот, аккуратно укладывая тонкое худощавое тело Перчинки рядом с рыдающим, вздрагивающим от истерики отцом.
— Я убью эту сволочь! — заорал директор ВНСПБ, выплевывая изо рта темные бордовые сгустки крови и внезапно для всех резво переворачиваясь на спину — Ты заплатишь мне за смерть моей девочки — обнажая элеум, крепко сжатый в трясущейся ладони, добавил он, выпуская из рельсовой пушки мощный разряд в убийцу своего ребенка.
Из-за неточности траектории, со свистом вылетев на свободу, она полетел здоровяку не в грудь, куда изначально метился еле живой мужчина, а в левую руку, надорвав ее в плечевых сухожилиях и заставив обездвижено повиснуть вдоль бока. Взбешенный потерей второй своей конечности, Рем открыл рот, больше похожий в этот момент на пасть льва и заорал так громко, что у всех находящихся в комнате, заложило от столь нечеловеческого визга уши. В следующее мгновение он уже втыкал свою руку-меч в грудь с трудом дышащего противника, заставляя струйку, сочащуюся из его рта, стать гуще и быстрее.