Разрушая страхи
Шрифт:
— Тогда приятного тебе дня, увидимся вечером, — говорит Адан и выходит из столовой.
Я допиваю чай, немного расстроенная его уходом, но не потому, что он ушел, а лишь потому, что он не поцеловал меня даже в щечку. «А почему он должен был это делать? Не сильно ли ты раскатала губу?»
Допиваю неспеша чай, а в голове уже сформировался мучающий меня вопрос. «Он ни разу не затронул тему сегодняшней ночи, вернее, его внезапного прихода ко мне. Интересно, почему?»
Слышу, как входная дверь открывается, а затем по звуку двигателя за окном понимаю, что он уехал. Неожиданно заходит сеньорита Донна и начинает убирать обратно на тележку тарелки. Я встаю и помогаю ей, она лишь улыбается, но не возражает. Мы заходим на кухню, и я сразу беру инициативу в свою
— Вы давно работаете в этом доме? — пытаюсь как-то поддержать беседу я, хотя на самом деле хочу хоть что-то про него узнать.
— Уже двадцать семь лет.
Я удивленно на нее смотрю.
— Двадцать семь лет в семье Морр, а у сеньора Морра — семь. «Морр… Красивая фамилия».
— Значит, раньше в этом доме жила вся его семья, а теперь только он один, — вслух подытоживаю я.
— Да, — начинает рассказывать мне Донна, — его родители и младший брат сейчас живут в Барселоне, а он остался жить здесь.
— Наверное, из-за работы, — не упуская случая разузнать о нем побольше, продолжаю ненавязчиво задавать вопросы.
— Конечно же, нет, его плантации находятся по всей территории Испании. «Плантации?»
— Тогда он, наверное, очень любит этот город и этот дом.
— Как он говорит, только здесь он может крепко уснуть. «Вчера ее слова мне ни о чем бы не сказали, но сегодня утром…» — подумала я.
— Вот и все, — даю ей последнюю тарелку.
— Да, — вытерев тарелку, она кладет ее на место, — если тебе что-то будет нужно, не стесняйся и обращайся, договорились?
— Хорошо, но мне не очень приятно вас удручать, представляю, сколько таких гостей здесь бывает, и каждый раз вам непременно приходится их развлекать, — немного смущенно произношу я.
— Много? — смотрит она на меня. — Ты первая гостья здесь за все семь лет!
Меня это очень поражает, но еще больше радует, и, расплывшись в улыбке, я начинаю краснеть.
Вернувшись в свою спальню, я беру телефон и включаю интернет, так как прекрасно знаю, что google, конечно, ответит на мучающий меня вопрос. Вбиваю в поисковике «лунатизм» и начинаю читать:
«Сомнамбулизм (от лат. somnus — сон и ambulo — хожу, брожу; Снохождение, устар. Лунатизм) — болезненное состояние, при котором люди совершают какие-либо действия, находясь в состоянии сна. Поведение человека при этом выглядит целенаправленным и адекватным. Но на самом деле он выполняет действия нецеленаправленно или в соответствии с тем, что ему снится в данный момент. Снохождение возникает обычно во время неполного пробуждения от глубокой фазы медленного сна, при этом мозг пребывает в состоянии полусна-полубодрствования. Глаза сомнамбулы обычно открыты. Он может производить различные движения, обходить препятствия, иногда выполнять сложные поступки, давать ответы на простые вопросы. Однако действия не являются сознательными и у большинства людей при пробуждении не вспоминаются. Разбудить большинство лунатиков очень сложно — лучше осторожно проводить его обратно к постели. Устаревшее название «лунатизм» происходит от позднелатинского lunaticus — безумный, от латинского luna — луна. Термин «лунатизм» связан с представлениями многих древних народов о влиянии лунных циклов на психику человека. Из-за неконтролируемых действий во сне люди могут наносить себе физические повреждения различной степени тяжести. Бывает, что сомнамбулы вываливаются из окон, ошибочно принимая их за двери».
Отложив телефон, тяжело вздыхаю. «Теперь понятно, почему он так испугался утром. Он ужасно стесняется этой своей черты, и, очевидно, из-за этого в этом доме не бывает гостей. А еще понятно, почему он попросил закрыть вчера дверь».
Я решаю изучить дом. Выйдя из спальни, открываю соседние две комнаты, но понимаю, что они не очень-то интересны, так как очень похожи на мою — еще одни гостевые комнаты. Подхожу к лестнице, но понимаю, что вниз идти не хочу, поскольку прекрасно
«Дом полностью в твоем распоряжении», — вспоминаю слова Адана и, набравшись храбрости, следую в его крыло.
Открываю дверь очередной комнаты: это еще одна комната для гостей. Остается еще одна комната, и я знаю, что это именно она. Подхожу к двери и не сразу решаюсь открыть ее. Наконец поворачиваю ручку, дверь открыта. Стою и рассматриваю комнату, но так и не решаюсь войти. Спальня ничем не отличается от остальных. Деревянная массивная кровать, несколько тумб, комод и шкаф. Вся комната словно разделена на два цвета — белый и темно-коричневый. Тут же вспоминаю одежду, в которой всегда видела Адана. «Это наверное его любимые цвета», — думаю я.
Нигде нет никаких сентиментальных безделушек, да что там — нигде даже фотографий нет. Единственное, что освежает эту комнату — картины с фруктовыми деревьями. «Его плантации!» — вспоминаю я слова Донны.
Если, направляясь сюда, я надеялась, что смогу узнать его лучше, то теперь даже не вижу необходимости входить. «Он даже дома прячет себя ото всех!» — я закрываю дверь.
Спустившись по лестнице, иду в противоположное от столовой направление. Открываю одну из двух дверей и попадаю в такую же большую комнату, как столовая. По множеству полок с книгами, старинному письменному столу и удобному дивану понимаю, что это что-то вроде кабинета-библиотеки. Возвращаюсь в коридор и направляюсь к следующей комнате. Открыв ее, попадаю в спортзал и быстро выхожу обратно. В конце коридора остается дверь, ведущая на улицу, и я с большой охотой выхожу в сад.
Я с большим удовольствием погружаюсь в природу. Сад такой же маленький и уютный, как и дом. Зеленый газон прекрасно сочетается с разнообразными цветами и множеством фруктовых деревьев. С одной стороны, под большим белым навесом, стоит набор кованой мебели, а с другой — небольшой каменный фонтан с красными рыбками. «У него даже во дворе фонтан!» — вспоминая множество увиденных вчера фонтанов, думаю я.
Вскоре понимаю, что лучше, и правда, отправиться в город. Милый Сантьяго любезно везет меня в центр города, по дороге я краем глаза замечаю, как он отвечает на телефонный звонок, и отчетливо слышу: «GranVia», — но не придаю этому никакого внимания.
День жаркий, но я завороженно продолжаю блуждать по городу, фотографируя все на телефон на память. Несмотря на окружение древностями и хорошую погоду, я все время ловлю себя на мысли, что все равно чего-то не хватает, вернее, кого-то, а затем сама же себя успокаиваю.
— «Ничего, это только сегодня, а потом целую неделю он будет рядом!»
Миа даже не догадывается, что именно в этот момент Адан думает так же о ней. Он сидит во главе стола в конференц-зале с приезжими колумбийскими партнерами, но за несколько часов произнес лишь несколько предложений. «Как хорошо, что есть Луис! — думаю я, иногда смотря на друга, который полностью взял инициативу в свои руки, очевидно, поняв, что моя голова занята сейчас чем-то другим. — Он даже не догадывается, что это девушка. Наверняка в его предположениях я думаю о покупке новой земли, так как первое, о чем он меня спросил сегодня при встречи было: «Мы все же покупаем плантацию в Италии?» Да, он определенно знает меня, как никто, и вряд ли я сам мог подумать, что оставлю свою единственную страсть ради какого-то сомнительного эксперимента. Я так долго готовился к этой встрече, но единственное, чего мне хочется сейчас — это быть далеко отсюда», — вспомнил, как проснулся сегодня. — Она так просто ко всему отнеслась. Никаких тебе расспросов или упреков о моем лунатизме. Понятное дело, что она все поняла. Да, конечно, меня ужасно радует это все, но что дальше? Сейчас она мне доверяет, подпуская, на удивление, близко, но а если мне захочется большего? Мне? А если не мне, а ей? Находясь постоянно вместе, нас, без сомнения, начнет влечь друг к другу, а хочу ли я так далеко заходить?» — игриво улыбаюсь, прекрасно зная ответ на свой вопрос, но, встретив множество взглядов, беру себя в руки.