Разрезающий лабиринт
Шрифт:
Страх, испытанный ранее, вновь ударил прямо в сердце, как молотком по разгоряченной плоти.
Она приказала себе успокоиться. Так нельзя. Она – часть Божества и уступает лишь одной сущности. Она в совершенстве освоила науку Вспышки, и сейчас ей стало стыдно, что позволила себе прийти в такое состояние. Быстро проделав математические расчеты и дыхательные упражнения, она успокоила ум и тело. Михаил ниже ее в иерархии.
Александра вновь стала собой, вышла из тени и решительно зашагала через открытое пространство Глэйда к Михаилу,
– Михаил! – командным голосом воскликнула она, хотя знала, что это не произведет впечатления на противника. – Что тебе в голову взбрело? Зачем ты сюда пришел? Даже не поговорив со мной! Перестань строить из себя долбаную монашку и встань с колен!
Говоря все это, она не сбавляла скорости, будто собираясь ринуться в бой.
Михаил и ухом не повел: он получил слишком хорошую подготовку, чтобы поддаваться на провокации.
Александра остановилась в нескольких футах от коленопреклоненной фигуры.
– Михаил, ты должен сказать мне, что случилось. Только не надо всякой чепухи про видения. Ты ведь не собираешься открыть Ящик и запустить процессы, которые нам не нужны. Мы не сможем их остановить.
Михаил молчал – даже виду не подал, что слышит. Высокого роста, крепко сложен, несмотря на возраст. Седые волосы, все еще густые, зачесаны назад, только на макушке виднеются зачатки лысины. От него всегда неприятно пахло, и даже в такой момент это оскорбляло ее чувства. Если у разлагающейся души может быть запах, Михаил источал его в избытке. Александра не смогла бы сформулировать, что конкретно ее смущает, но этот человек ей очень не нравился.
– Михаил, – сказала она. – Михаил!
– Я рад, что ты пришла, – негромко произнес он. – Пожалуйста, помолись со мной. Скоро что-то случится. У меня было еще одно видение: корабль в океане, который направляется сюда. Он несет перемены и смерть.
Александра не могла отвести глаз от намечающейся лысины.
– Михаил, мы одни. Здесь больше никого нет. Прекрати эти игры. Я пришла поговорить и готова тебя выслушать. Видения, молитвы, боги, демоны… Давай отойдем от Ящика как можно дальше, ладно?
Он испустил снисходительный вздох, затем разжал соединенные в молитвенном жесте руки и безвольно опустил их вдоль тела. Поднял голову и посмотрел прямо перед собой. Наконец, испытывая ее терпение, выработанное десятилетиями неустанных тренировок, медленно повернулся.
– Мы поговорим, – сказал он. – Но сначала я тебе кое-что пообещаю.
– И что же?
Михаил встал, так что теперь приходилось смотреть на него снизу вверх. Угловатые брови и скулы, квадратная челюсть.
Она тоже вздохнула.
– Нет, серьезно. Что происходит?
– Когда мы поговорим и ты узнаешь новость, то сама согласишься, что надо открыть Ящик.
– Хватит загадок, Михаил. Просто скажи наконец, в чем дело.
Собеседник ткнул пальцем вверх, в небеса.
– Он
Молчание.
– А за ним идут другие.
Глава пятая
Сонное царство
1
Айзек
После прибытия корабля прошло четыре дня – самых долгих в его жизни. Он был там, видел, как судно выползает на берег, первым встретил женщину по имени Клеттер. И при этом никто не счел нужным сообщить ему какие-то новости. Айзека мучила неизвестность. Хоть что-то бы узнать!
По острову, точно брызги соленой воды после мощной волны, разбившейся о берег, расходились слухи. «Сумасшедшая, злобная, настоящая ведьма, полное ничтожество, древняя Ава Пейдж собственной персоной»… Ничто из услышанного не имело ни капли смысла, и все же глупая болтовня продолжалась уже четыре дня.
Как и все нормальные люди, Айзек был довольно высокого мнения о себе, понимая, впрочем, что не представляет собой ничего особенного, когда дело касается острова, Конгресса и судьбоносных решений. Ему всего двадцать, и, положа руку на сердце, не такой уж он хороший кузнец. Да, с каждым днем получается все лучше, однако до совершенства еще чертовски далеко.
Айзек деловито стучал по куску раскаленного железа, как вдруг по его душу явилась Миоко. Несколько раз окликнув друга и не получив ответа, девушка швырнула ему в спину согнутый гвоздь.
– Эй, ты чего?
Он сунул горячий кусок металла в емкость для охлаждения. Вообще-то он пытался выковать ложку, но изделие больше напоминало весло.
– Уже что-то решили?
Она нетерпеливо взмахнула рукой: заканчивай и выходи!
– Капитан Спаркс ушел на собрание! – запротестовал он. – Я здесь за главного, пока он не вернется.
– Айзек, подними свою задницу! Сзывают весь остров, чтобы сделать объявление. Просто запри дверь и выключи огонь, чтобы этот сарай не сгорел.
Айзек нахмурился.
– Выключить?
– Да, и поскорее.
Он нахмурился еще сильнее.
– Ты хоть понимаешь, что такое огонь?
2
Полчаса спустя они миновали здание школы и подошли к воздвигнутому рядом павильону – огромному тенту с десятками столиков для пикника. Перед уходом Айзеку удалось погасить огонь и обеспечить безопасность кузницы, а затем они с Миоко пробежали милю или около того до города. Крупные обсуждения в Конгрессе обычно ознаменовывались всеобщим пиром – нечто вроде примирения и восстановления солидарности после того, как лидеры часами или днями напролет кричали и ругались друг на друга. Айзеку нестерпимо хотелось услышать, как шло обсуждение и что решил Конгресс по поводу женщины, приплывшей на корабле. Но, как всегда говорил Доминик, от бесплатной еды нельзя отказываться ни при каких обстоятельствах.
Конец ознакомительного фрагмента.