Разоблачение
Шрифт:
— Странно, что ты знаешь, как выглядит чернильная клякса, — пробормотал про себя Шварц, изображая фломастером пятно, которое отпечаталось в его сознании в момент последнего нападения. Он показал рисунок сыну.
— Да, папа, так оно и выглядело. Знаешь, — сказал Игнатий после паузы, — я чувствую, что в будущем я выясню, что это за существо, и откуда оно.
— Ты сказал "существо", — ты имеешь в виду, что оно является некой формой жизни?
— Мне кажется, оно живое, в отличие от тех излучений и полей, которые меня окружают.
— О каких полях ты говоришь?
— Самые сильные поля я чувствую от защитной системы. А еще я чувствую проводку в зданиях, подземные кабеля, магнитное поле земли.
Сотрудники лаборатории старались
— Ну что, И, тебе понравилась книга?
— О да, Софи, спасибо тебе, это лучший подарок, она замечательна.
— Почитать ее тебе?
— Но я же ее прочел.
— Ты просто посмотрел картинки, но там есть еще и текст, и он не менее интересен.
— Я прочел текст, мне очень понравилась сказка, — озадаченное лицо сиделки показалось ему признаком неудовольствия, и он поспешно добавил: если хочешь, я расскажу тебе ее.
— Хорошо, И, я с удовольствием послушаю.
Игнатий рассказал сиделке почти половину сказки слово в слово, и, вероятно, рассказал бы всю, если бы Софи его не остановила, заметив, что мальчик устал.
Шварц узнал о способности сына мгновенно поглощать информацию и запоминать ее полностью, без особого удивления. Это его и радовало, и пугало.
В чем же причина таких стремительных успехов клонированных детей? — думал он, — а может быть теория познания априори верна? Полное отсутствие опыта и эзотерические знания, откуда они берутся у Игнатия? Разве не это имел в виду Иммануил Кант в своей дуалистической теории? А если именно это является нормой, то тогда вопрос можно сформулировать иначе, почему все младенцы, за редким исключением, подвержены стагнации? Возможно, в истории человечества существовал период, когда все младенцы развивались такими же темпами, как мой сын. И тогда единственный пробел в теории Дарвина легко объясним: пресловутое "промежуточное звено" от обезьяны к человеку не обнаружено потому, что период перехода был стремительным, а значит коротким. Природа логична и экономна; передача накопленных знаний следующему поколению является естественным процессом, при условии, что природа стремится к совершенствованию своих творений. А такое стремление сомнений не вызывает. Инстинкты передаются по наследству, почему же не передается накопленный опыт и знания, хотя бы часть, тем более что мозг человека загружен всего на 5-10 %. Однако неоантропу приходится начинать свое обучение каждый раз с нуля, даже свой язык ему приходится изучать заново. Непозволительная расточительность. Что это, ошибка в логике природы, или некий внешний фактор?
"Темное пятно" — оно совершило нападение на Глеба и затормозило его развитие, оно намеревалось сделать то же самое с Игнатием. Логично допустить, что на каждого младенца совершается подобное нападение, возможно, еще в утробе матери, и тогда ребенок рождается с заторможенным мозгом. На клонированных детей нападения происходят несколько позже, почему? Пока ребенок не является носителем разума, он незаметен для агрессора, но как только он начинает мыслить, он становится мишенью. Такая гипотеза объясняет нападения на клонированных детей спустя три месяца после рождения. Может быть, родители изначально являются носителями "темного пятна"? Если бы клоны вынашивала женщина, то эти дети не отличались бы своими способностями от сверстников. Неужели я нащупал путь к созданию новой совершенной человеческой расы? — думал Шварц, — но перед новой расой будет, как всегда, два пути: путь созидания и путь разрушения, путь добра и путь зла. Какой из них выберет эта новая раса?
Прошло
Эта просьба, вероятно, так польстила начинающему каратисту, что он, наконец, соизволил заметить малыша. Однако Глеб очень быстро понял, что снисходительно-покровительственный тон совершенно не подходит для общения с этим младенцем. А несколько дней спустя он полюбил Игнатия всей душой. Они много беседовали, вместе тренировались. Тесное общение с Игнатием давало Глебу больше знаний, чем могли ему дать репетиторы по школьной программе, тем более что Игнатий умел объяснять увлекательно и интересно, сопровождая свои объяснения многочисленными примерами. На взгляд Глеба, Игнатий знал решительно все, как сказал бы О.Генри, "Если он чего-то и не знал, то это было незаметно" Игнатию удалось пробудить у своего друга интерес к наукам, литературе, музыке. Развитие Глеба получило мощный толчок. Игнатия же восхищала ловкость и физическая сила Глеба, его несомненные успехи в каратэ.
Игнатий пришел к выводу, что в науке существуют "белые пятна". Каким образом, например, ему удается предсказывать события? Если реально существует только настоящее, то предсказание будущего невозможно в принципе, однако, всегда существовали люди, которым это удавалось. Иногда перед внутренним взором Игнатия возникали целые сюжеты неких событий, которые должны произойти в будущем. Видения возникали спонтанно, иногда яркие и конкретные, иногда туманные и неясные. Никакой системы в его предсказаниях не прослеживалось, и в большинстве случаев события не имели отношения к нему и к его окружению. Не прослеживалась даже хронология событий, хотя он чувствовал, что иногда заглядывает в очень отдаленное будущее, на много десятилетий вперед. Но "ближние" предсказания сбывались, и происходили в точности так, как он их видел.
Воспоминания о прошлом также нередко посещали Игнатия. Однажды, когда они с отцом гуляли по парку, Шварц стал рассказывать, как в детстве они с отцом ездили на автомобиле в Инсбрук, и отец учил его кататься на горных лыжах. Игнатий подхватил воспоминания отца, и стал рассказывать, как они с отцом и мамой приехали в городок Книттельфельд, а ранним утром отправились с отцом на рыбалку на речку Мур, а позже, когда солнце уже было высоко, рядом с ними расположилась семья, и там была замечательная девочка Рита… Шварц с изумлением смотрел на сына.
— Ты это помнишь, сынок?
Игнатий прикусил губу.
— Прости, отец, это твои воспоминания.
Он убежал в дальний угол парка, спрятался в укромном месте, и долго размышлял в одиночестве. Ему хотелось плакать, хотя он и понимал, что для этого как будто нет причин. И все же причина была. Он помнил свою мать, хотя и понимал, что это его бабушка, а матери у него нет. И еще была Марта, но эти воспоминания он прятал даже от себя. Ему было очень грустно.
Потом его мысли приняли другое направление, он стал думать о том, что стоит ему отдаться воспоминаниям, и он сможет вспомнить почти всю жизнь отца, день за днем, возможно даже то, что уже забыл сам отец. А сейчас он живет как бы вторую жизнь, и все это благодаря отцу.