Разоблачение
Шрифт:
У меня кружится голова, а сердце бьется в два раза быстрей, потому что вот он, рядом со мной, он может ответить на все мои вопросы, но тут я осознаю, что мы не одни.
Как бы мне хотелось заморозить всех вокруг, а его заставить все для меня прояснить!
Но я не волшебница.
– Как я уже сказала, тебе надо обратиться к своему наставнику, - на автомате отвечает она.
– Многие хотят поменять свое расписание.
Мне хочется как следует на нее наорать, но нельзя.
Я поправляю свой рюкзак и разворачиваюсь, чтобы
И практически врезаюсь в Бена. Наши глаза встречаются, и мы практически касаемся друг друга. Я чувствую запах ментола, мыла и бензина, как тогда, на дороге, когда он склонился надо мной. Но он резко разворачивается, избегая любой контакт. Пару секунд я смотрю ему в спину, но он и не думает поворачиваться.
Я напряжена до предела, каждая клеточка моего тела горит огнем.
17:05:07:12
Весь день я следую своему расписанию. Каждый раз, как я захожу в класс, учителя с извинением смотрят на меня. Они разрешают мне сидеть в конце аудитории и даже не выдают книг. Обидно, что даже они осознают, что мое место не здесь.
Меня тошнит от собственной бесполезности.
К тому же Ник опять превратился в придурка, а я не успела даже почувствовать себя влюбленной девочкой. Я сказала ему, чтобы шел на обед без меня, но он отказался.
“Прости, малыш, вытащу тебя завтра”
Согласно этой смс он уже давно в Бред Байтс с Кевином, поэтому я иду в столовую.
Я иду через двор, как кто-то из девчонок издает ужасный звук, как в фильмах ужасов. Мое тело каменеет, и, клянусь, я вижу свет фар напротив меня и единственное желание - прикрыть голову руками.
Я съеживаюсь от визга, но тут Рокси Индиго, которую я знаю только потому, что у нее самые низкие оценки в классе по керамике, начинает истерически смеяться, пытаясь при этом одернуть свою джинсовую юбку, задравшуюся до талии и обнажившую черную трусики. Ходили слухи, что в прошлом году Рокси так напилась на вечеринке, что описалась на заднем сидении машины своего парня.
И это воспоминание в очередной раз напомнило мне, почему у меня нет здесь друзей. Потому что они мне не нужны.
Кроме…
Бен Майклз смотрит прямо на меня. Он в нескольких шагах от Рокси и как только она возвращает юбку на место, поворачивается к нему.
Но он даже не смотрит на нее, хотя совершенно очевидно, что она разговаривает с ним. Он смотрит на меня. В нормальное время, я бы закатила глаза. Что за подглядывание? Но он не просто пялится, не поедает меня глазами, он хочет, чтобы я подошла.
И я иду. Стоит мне подойти к нему, как весь ужас - мое расписание, мой день, моя жизнь - пронзает мое тело миллионом иголок. Каждый мой мускул напряжен и я почти готова наброситься на него, если он будет не честен со мной.
Но как только я оказываюсь рядом с ним, понимаю, что не имею ни малейшего понятия, что собираюсь сказать.
Не так-то просто подойти к парню на глазах у его друзей и сказать: “я тут недавно умерла, а ты меня воскресил, что ты скажешь
Он пожимает плечами.
Кто-то хихикает, а я смотрю направо, где Рид Сьюитор и еще четверо парней, чьих имен я даже не знаю, жуют траву. Честное слово, травинки!
– Потерялась, малышка? Или бастуешь против папочки?
– Ух, ты, как оригинально. Из какого фильма 80-х эта цитата?
– разворачиваюсь я к говорившему. Элайджа Пальма, отлично. Все даже хуже, чем я думала. Может Алекс прав? Может у меня были предсмертные галлюцинации? И это знак, что моя жизнь закончится вот сейчас?
– Заткнись, придурок, - даже не видя, по голосу я могу определить, что это Бен. Его голос уже почти родной, хотя он сказал едва ли два слова мне.
– Команду?
– я знаю, я не должна задираться, но не могу себя остановить. Я так и не придумала, что сказать Бену, наверное, поэтому вымещаю свое раздражение в этой перепалке.
– Ты же не по этой части, дружок?
Я не умею ругаться, но это и не важно, потому что сейчас практически назвала Элайджу геем, что вообще-то не так.
– Я не связываюсь с неудовлетворенными девственницами, - рычит он, а мое лицо становится красным.
Рид с одобрением смеется.
Я хочу что-то ответить, но не могу, у меня пропадает голос. Элайджа, Рид, Рокси, Бен - их больше нет, а мне опять 15, я опять просыпаюсь в машине своего лучшего друга, припаркованной напротив дома Чада Брэндела, мои джинсы спущены, а нижнее белье порвано.
Согнувшись пополам от смеха, Рокси обнимает Элайджу. Они отлично друг другу подходят.
– Я же сказал - заткнись, черт тебя дери, - повторяет Бен.
Первый удар приходится ему по щеке, последующая серия ударов укладывает его на лопатки. Парни смеются.
Потирая костяшки пальцев, Бен кивает мне в сторону столовой, и мы направляемся туда.
Он заступился за меня. Он ударил своего друга, парня, который, по крайней мере, раз в месяц дерется с кем-нибудь до крови.
Конечно, это примитивно, но очень мило!
Бен открывает дверь первой комнаты. Внутри включен свет и примерно 10 человек едят за столом в углу комнаты, но учителей не видно. Только записка на ее столе “не оставляйте беспорядка в микроволновке, пожалуйста”.
– Бен, все в порядке?
– одна из девочек встает из-за стола. И тут я понимаю, что это совсем не ученица, а Мисс Публит.
– Нормально, нам просто надо поговорить, - пока Бен располагается за столом, я удивляюсь тому, насколько он здесь свой.
Публит улыбается и возвращается на свое место.
– Книжный клуб, - говорит Бен.
– Что?
Это не вопрос, но он кивает.
– Что ты со мной сделал?
– Ты…
– Не… - я хочу сказать “не ври”, но молчу и только смотрю в конец комнаты. Никто на нас не смотрит.
Я настолько приблизилась к нему, что он уже не может пошевелить ногами, не коснувшись при этом меня.