Разные миры
Шрифт:
А в тени коридора две фигуры с пультами радиоуправления радовались своему успеху, возвращая машинки и самолеты к себе. Конечно, трудно было управлять сразу двумя пультами каждому, но ребята достаточно потренировались накануне праздника, и теперь умело делали это.
– У нас получилось! – воскликнула Елена, подпрыгнув на месте от радости.
– Теперь главное, чтобы нас не заметили, – улыбаясь, проговорил Сальваторе и резко замер, тревожно взглянув на подругу, которая уже не улыбалась, - Мне кажется или…
–
– Добрый вечер, - проговорила Елена, но вышло это очень жалобно.
– Я знал, что что-то в этом духе вы обязательно учините, поэтому решил подежурить в зале. И как оказалось не зря, - Шейн переводил взгляд с одного провинившегося ученика на другого, - Помните, о чем мы говорили несколько недель назад?
– Да! Вы были правы: фильм по той книги действительно намного хуже самой книги, – со знанием дела проговорила девушка.
– Что? – не понял профессор, а Сальваторе удивлено посмотрел на подругу, подняв брови.
– Вы на уроке говорили, чтобы мы не смотрели фильм, потому что он портит впечатление от книги Оскара Уа… - договорить Елене не дал Шейн, возмущенно перебив ее.
– Я говорю о запрещение вам находиться на балу, если одна из ваших выходок повториться. Она повторилась, - кажется, профессор был доволен тем, что, наконец, удалось поймать Сальваторе и Гилберт на месте преступления и теперь можно заслуженно наказать их. Ведь благодаря холодной логике и расчетливости Деймона, не было доказано, что прошлые авантюры совершили именно они, и поэтому они оставались безнаказанными.
– Но ведь бал уже идет, - надеясь на снисхождение, сказал парень.
– Думаю, для вас он уже закончен. Идите за мной, - Шейн развернулся и направился вглубь коридора. Друзья, обреченно переглянувшись, последовали за ним.
– Посидите здесь, пока бал не закончится, - сказал мужчина, открывая дверь своего кабинета.
– Может, мы лучше домой пойдем? – с надеждой поинтересовался Сальваторе.
– Я что вас не знаю? – спросил профессор, пропуская студентов внутрь, - Вы как только выйдете из школы, снова что-нибудь натворите.
Деймон и Елена переглянулись и пожали плечами – Шейн, как всегда, был прав.
– Развлекайтесь, - проговорил профессор и закрыл дверь. Послышался щелчок закрывшейся двери.
– Замечательно, - недовольно проговорила Гилберт, запрыгивая на одну из парт и ложась на нее.
– И что ему не сиделось у Локвуда вместе со всеми? – Деймон повторил действия подруги на соседней парте.
– По-моему он только спит и видит, как бы наказать нас, - парень ничего не ответил. Они лежали в тишине, смотря на потолок кабинета.
– Деймон, - прервала возникшее молчание Елена, и парень сразу насторожился - Гилберт называла
– Что? – Сальваторе повернул голову, чтобы посмотреть на подругу.
– А что имела в виду Кетрин, когда говорила, что ты пока не ее собственность? – осторожно спросила девушка.
– Ты что Пирс не знаешь? Она возомнила, что когда-нибудь я стану ее парнем, - соврал Деймон, но его голос дрогнул от напряжения. Да, разучился он врать. И не понятно: хорошо это или плохо?
– Ложь, - Елена повернулась на бок, чтобы заглянуть в глаза друга и убедиться в своей правоте.
– Елена, завтра Рождество, давай не будем портить праздник неприятным разговором? – с мольбой спросил парень. Говорить о Кетрин сейчас совершенно не хотелось. Да и нечего было говорить. Этот вопрос решенный, и его мнения никто спрашивать не будет. А сам он ничего не скажет. По крайней мере, сейчас он не был готов восставать против семьи и общества. Дружба с дочерью Грейсона Гилберта и так была рискованным, но, к счастью, оправданным шагом, который многие посчитали безрассудным.
– А потом расскажешь?
– Ты же все равно не отстанешь, - улыбнулся Сальваторе.
– Не отстану, - подтвердила Елена, расплывшись в ответной улыбке. Они лежали и смотрели на белый потолок, иногда переговариваясь. Было не важно, что в нескольких поворотах отсюда сейчас началось самое веселье. Они были вдвоем, и заменяли друг другу весь окружающий мир.
– Смотри! – Гилберт встала, чтобы размять затекшие ноги, и увидела ее любимый музыкальный инструмент. Девушка взяла его и села обратно на парту, устроив гитару в нужное положение и начав настраивать ее. А потом сыграла несколько аккордов, которые слились в короткую мелодию.
– Лени, ты умеешь играть? – удивленно спросил Сальваторе, поднимаясь в вертикальное положение.
– Да. Ты не видел у меня в комнате гитару?
– Видел, но думал, что она там для красоты, - ответил парень, пожав плечами, на что Гилберт фыркнула и начала играть. Девушка перебила струны и переставляла пальцы на грифе инструмента. Комната наполнилась медленной красивой музыкой, а потом Елена тихо неуверенно запела:
“Дружба иль ненависть?
Подлость иль преданность?
Выбор сдел…”
Раздался дверной щелчок, и девушке пришлось прерваться, быстро спрыгнув и отставив гитару в сторону.
– Кто это? – спросила она.
– Шейн сжалился над нами? – предположил Деймон. Но вместо ожидаемого профессора на пороге появились улыбающиеся Роуз и Мэтт, который в руках держал заколку девушки.
– Вы вскрыли кабинет учителя? – Гилберт не верила своим глазам.
– Да, - продолжая улыбаться, ответила Макгоуэн. Похоже, девушка впервые нарушила школьные правила и теперь была очень взволнована.