Разлом. Том 2
Шрифт:
Молчание затягивалось и я не нашёл ничего лучше, чем перевести разговор в другое русло:
— Нам нужна помощь с гончими. Ты можешь колдовать?
Эли дёрнула уголком губ и взяла наручники с пола.
— Геминацио, — тихонько шепнула она и на пол рухнула вторая пара точно таких же оков. — Ударим их же картой. Других вариантов я не вижу.
— Отлично. Идти сможешь?
Я схватил наручники и помог ей подняться. Эли лишь единожды пошатнулась, а затем вылезла из повозки и уверенно встала на ноги. На губах играла шальная улыбка, вероятно от той силы, что теперь наполняла ее без ограничителей. Ее появление на сцене привлекло внимание
— Эви коминус, — громко произнесла она и наручники выскочили из моих рук. Быстро преодолев расстояние до магов, они опустились на их замёрзшие запястья и щелкнули замками. С лязгом на землю рухнули парящие мечи. — Посмотрим, как вам понравится добираться до дворца без магии. Чувствуете слабость? Это только начало.
Алариэль повернулась к оторопевшим наёмникам и добродушно произнесла:
— Можете быть свободны, господа. Дальше мы налегке.
Ребята поспешили разбрестись в разные стороны, лишь бы подальше от могущественного мага. Эли выцепила взглядом Даэрона, оставшегося на месте, и приподняла брови:
— Я желаю немедленно покинуть эти земли. Ты отведёшь нас.
Глава 8.
Несколько часов лихого галопа практически выбили из меня нутро. Спешившись, я вдруг понял что испытывают космонавты после долгого пребывания в невесомости. Ватные ноги еле сгибаются и едва держат под собой немалый вес. Но потребность в ключевой воде гораздо выше таких мелочей, как отказ опорно-двигательной системы. Поэтому походкой парализованного кузнечика я приближался к реке.
Алариэль бодрая и энергичная соскочила с седла, поцеловала огромную морду своего коня и повела животинку к воде.
— Мы у границы Леса Тихой песни. Так и задумано? — она рывком оборвала широкий подол платья, под которым оказались надеты штаны для верховой езды. — Давно мечтала это сделать, — выдохнула девушка, стирая с губ помаду и расплетая тугие косы, в которые были уложены волосы. Ее готовили, как преподношение. Как дар, цель которого укладывалась в задабривании соседа. И теперь она с счастливым блеском в глазах сдирала с себя украшения, разрывала чертовски дорогие ткани, принимая беспечный вид.
Даэрон зачерпнул воды в ладонь и омыл лицо, придерживая своего коня, норовившего взбаламутить песчаное дно.
— Наш путь лежит в этот лес. Альдерик потерял память и я намерен ее вернуть.
— Альдерик…, - многозначительно протянула Эли и перевела на меня хитрый взгляд.
— Ты должна объясниться, Алариэль, не думай, что твой обман сойдёт тебе с рук, — промочив ледяной водой шею, я выпрямился, вдоволь напившись.
— Но не в дороге, Рик. Нам нельзя задерживаться. Напоим лошадей и в путь, пока гончие нас не догнали.
— Граница Леса Тихой песни заколдована, туда не войти без приглашения. Благо, у нас оно есть, — Даэрон скормил своему жеребцу яблоко и похлопал его по мускулистой шее. — Пара часов пути и мы на месте.
— О, боги, снова эта бешенная тряска…, -
— А раньше ты любил верховую езду. Что с тобой стало? Старость? — усмехнулся Даэрон, вскакивая в седло.
Я не ответил. Просто смерил его гневным взглядом и вскарабкался на спину животного, призванного меня доконать. Алариэль, прибывавшая в добром расположении духа, хохотнула и проворно запрыгнула в седло. Пришпорив коней мы двинулись дальше, выбивая глухой ритм по пыльной тропе.
По мере приближения к границе леса, облака на небе сгущались, ввергая пространство в тусклую серость. Стихала трель птиц и зверьки, перебегающие тракт прямо под копытами лошадей, перестали выскакивать из кустов. Неожиданно поднявшийся ветер забирался под ворот рубахи, выхолаживал и вынуждал кутаться в плащ. На горизонте чернела линия густого леса, довольно-таки зловещего и негостеприимного.
— Ты уверен, что нам туда надо? — поравнявшись с Даэроном крикнул я, стараясь звучать громче завывающего ветра.
— Это самое безопасное место в Аваллоне. Ты же не хочешь, чтобы отец твоей принцессы нашёл нас? — усмехнулся друг, оглядываясь на Эли, мерно покачивающуюся в седле.
— Можно потише? Необязательно так орать.
Даэрон открыто рассмеялся и послал коня. Мой жеребец, соблазнённый примером, сорвался в рысь и бодро посеменил за другом. Оставшийся путь я обдумывал как бы объяснить, что идея с возвращением памяти едва ли удастся. Но вариантов, кроме как сказать правду, не было. Страшновато, конечно, вдруг мою душу вернут в тело, которое уже отпели и зарыли, тогда что? Конец истории? Но и лгать я больше не мог. Быть может, здесь найдётся сильный маг, способный вернуть меня за несколько мгновений до взрыва? Я бы тогда все исправил и жил бы себе дальше, горя не знал… Заманчиво, но что-то мне подсказывало, что все не так просто. И ведь не откажешь, слово дал. Придётся с этой сильной ведьмой общий язык находить, чтобы она меня из тела в никуда не выгнала. Может, Эли замолвит за меня словечко?
В своих невесёлых думах я даже не заметил, как мы вплотную подобрались к лесу. Его и вправду защищал барьер. Прозрачная пелена едва заметно подрагивала и переливалась радужными цветами, как пятно бензина. Даэрон не остановился ни на секунду, уверенно направляя коня сквозь мерцающий полог. Мы же с Эли ненадолго замерли перед входом и неуверенно переглянулись. Как будто переживали, что приглашение Даэрона на нас не распространится и вместо прохода мы упремся в непроницаемую стену. Принцесса вздохнула, отгоняя все посторонние мысли, и толкнула коня. Барьер дрогнул, как мыльный пузырь, вбирая в себя Эли. Недовольное фырканье лошади тут же заглохло, как и цокот копыт, словно Лес не выпускал из себя даже маловажные звуки.
— Ладно. Это будет интересно. Давай, хороший мальчик.
Пробормотав себе под нос, я послал жеребца, пятившегося назад от иллюзорной стены. Немного борьбы и конь сделал несколько заветных шагов, проводя нас сквозь полог. Вой ветра и колючий холод с моросившим дождем остались позади, окуная нас в блаженную мелодию Леса. Готов поклясться, что тонкие женские голоса сплетались с цокотом насекомых, журчанием ручья и треском ветвей под тяжёлыми тушками птиц, с шелестом ветра и Бог знает с чем ещё, создавая единую, гармоничную композицию. Что-то настолько мелодичное и плавное, что непрошеный зевок вырвался сам собой и глаза медленно моргнули, борясь с внезапным сном.