Разлом в пространстве
Шрифт:
Я отвернулась и шаркнула туфлей по листьям. –Нет.
–Пожалуйста, послушай,– умолял маг.
–Я слушаю,– фыркнула я.
–Когда Рим первый раз мне о тебе написал, я хотел ему врезать.– Я хмыкнула, и Джеффри немного приободрился. –Вот хотел бросить все, прискакать в академию и врезать ему за такое. Второй раз хотя бы пнуть.
Я хихикнула. Вот и приехал бы. Сердце больно кольнуло.
–Рим писал, что почувствовал знакомый запах, что было абсолютно невозможно. А потом снова, а потом увидел белое пламя в глазах одной нэйти и стал ее провоцировать, чтобы точно понять,
Я застыла, а в памяти так и всплывали все наши столкновения. Ночью в коридоре. У кафедры.
–А потом она подсунула ему приворотное зелье, даже и не подозревая. Ничего не подозревая. Не знаю как, но Рим поднял какие-то чудом уцелевшие архивы и вышел на Вольфа… Штольфа… как там его? Рудольфа?
–Дядю Рудольфа? Рудольфа Герта?
Джеффри щелкнул пальцами. –Точно, именно его. В общем, разузнал он твое имя, писал обо всем мне, потому что мы с того дня почти и не расставались. Рим мой брат, понимаешь? Он все прятался у нас в глуши и никуда не выезжал. Только вот в прошлом году вдруг взял и уехал преподавать в вашей этой академии Красного Ущелья.
–Письма,– выдохнула я. –Письма ты почему тогда сжигал?
–Рим боялся. За нас с мамой боялся, потому что, если бы кто понял, что он даэмон, нас бы тоже…– Джеффри осекся. –Ты поняла. Вот Рим и велел сжигать все свои письма.
Я старалась ни о чем пока не задумываться, хотя мысли так и роились в гудящей голове. Не думать. Не чувствовать. Я острожно толкнула пальцем браслет на запястье.
Джеффри порылся в карманах своего камзола и протянул мне отрытую ладонь, на которой лежали зеленые осколки.
–Сигналка?– вдруг вспомнила я. Простенькая такая магия.
Джеффри кивнул. –У Рима был второй, сказал, если разобьется, значит мы с мамой должны бежать, бежать как можно дальше и о нем забыть.
–Но ты…– начала я и подняла глаза на Джеффри. –Ты же…
–Примчался к нему?– перебил меня маг и закивал. –Просто не мог иначе, Рим мой брат. Мама спрячется, а я не мог бросить своего брата.
Вот ведь сила потусторонняя. Трясется он за этого как. Я фыркнула. Он того не заслуживал. Что там вообще произошло в академии?
–Но ты пойми…
Я отвернулась, больше его не слушая. Тень с ним. Развернулась и пошла в сторону академии. Ну хотя бы приблизительно.
–Мания. Мания!– настойчиво кричал Джеффри, пытаясь выбраться из расщелины и догнать меня. –Дослушай! Рим просто всегда боялся остаться один!
Я остановилась и повернулась к нему. Скрестила руки на груди, смерила его взглядом и молчала.
–Да, Рим во чтобы то не стало решил тебя заполучить, влюбить в себя, но я ведь читал каждое его письмо. Понимаешь, Мания!?– голос Джеффри так и прыгал. –И запах с пламенем превратились в белые глаза и улыбку!– вскрикнул маг. Замолк, жадно глотая ртом воздух. А я, кажется, забыла, как дышать. –Влюбился он в тебя, дуру такую, полюбил, понимаешь ты или нет!?
Я молчала. Где-то вдалеке каркнула птица.
–А браслет!? Браслеты это ваши даэмоновские,– выпалил Джеффри, и я дернула руку к своим глазам, –брачные.
Вот ведь сво…
–Да не активировал он их! Хотя лучше было бы, о сила потусторонняя,– завыл Джеффри
–Навсегда?
–Навсегда.
Мы замолчали. И тут Джеффри на голову упал красный лист. Земляной только отмахнулся от него и посмотрел прямо на меня. Я сжала левое запястье, и в кожу впилась холодная сталь.
–Браслеты же ваши, даэмоновские. Магические обручальные со всеми рунами и как положено,– вздохнул Джеффри. –Не смог бы Рим его на тебя просто так одеть, если бы он тебе совсем безразличен был. Я ему все об этом твердил, да Рим уперся… Вот вы как упретесь, еще хуже, чем когда беситесь и рычите. Не активировал он их в общем. Так два браслета друга друга немного и чувствовали, но куда уж… а потом ты… и они…
Джеффри закашлялся, а потом вдруг запрокинул голову назад и рассмеялся. Истерично так, навзрыд, я бы даже сказала скорее завыл.
–А потом ты дура взяла и сняла браслет, тот что у Рима похолодел, что могло произойти, только если бы ты умерла, и он помешался. Тут у вас говорят, швырял синем пламенем, переворачивал столы, повыбивал стекла и закрылся у себя в кабинете. До кончиков волос полыхал, кожа почернела, рожки… У даэмонов настоящая форма. Агрессивная форма.
Джеффри закрыл лицо руками и замотал головой. –Вот за что!? За что мой брат любил тебя, дуру этакую, так сильно!?– причитал он. –Тут его ваш обожаемый ректор своим дружкам из Верховного совета и сдал. Рима арестовала гвардия, с погромом на пол замка, но все же. Правда, я слышал, Рим сам сдался.
Я не фыркнула. Хотела, но сил почему-то не хватило. Ноги грозили подкоситься. В`Энер… Риммон… Рим меня любил? Рим. Рима… арестовали? Я опустилась на траву.
–И что теперь с ним сделают?
–С Римом?– Джеффри дернул плечами. –Как будто не знаешь. Убьют.
Я вскочила на ноги и метнулась к магу, но вот только силы меня совсем покинули, и ноги подкосились. Джеффри поймал меня за плечи и с трудом поставил на ноги.
–Но, но ведь они не убили его сразу, значит, могут…– выпалила я.
Джеффри истерически рассмеялся, и я замолчала и отшатнулась от него. Его веснушчатое лицо сново перекосило.
–Неужели ты и правда думаешь, что даэмона так просто убить?– он уже чуть ли не визжал. –А никогда не задумывалась, почему так не любят саламандр и некромагов? А? А?
Я открыла рот, хотя ответа и не знала, но Джеффри зажал его своей рукой.
–Да просто ты саламандру хоть мечами нашинкуй, а она регенерирует только ты их вытащишь! Да, с последствиями, да, может, и больше ходить не будет или магии лишится, но выживет! А у некромагов так вообще хобби красиво с башен бросаться якобы самоубийство, внимание привлекают, нэйти покоряют. Да только вот потом все срастается. А вы, даэмоны, так и еще хлеще, вам можно сердце вырвать, а обратно вставь, и все равно бьется!