Различные работы (сборник)
Шрифт:
К тому же зерно здесь удвоено; оно представлено в двух положениях, одно из которых является инверсией по отношению к другому, что говорит о двух взаимодополняющих сущностях. Это ян и инь Дальневосточной традиции, а объединяющий их известный символ является, фактически, сходной формой. Этот символ, олицетворяющий круговое движение внутри цикла, фазы которого связаны с попеременным доминированием ян и инь, неотделим от других знаков, имеющих самое важное значение с точки зрения традиции — таковы свастика и двойная спираль, — последняя соотнесена с символикой двух земных полусфер. Ян и инь, светлое и темное (ян изначально означал светлую сторону, а инь — темную) — это две половинки "Мирового яйца", вобравшие в себя одна — Небо, а другая — Землю. [69]
69
У греков эти две земных сферы (гемисферы) были представлены круглыми головными уборами Диоскуров, Кастора и Поллукса, которые были двумя половинками яйца Леды, этого лебединого яйца, которое, подобно змеиному яйцу, олицетворяет "Мировое яйцо".
70
См., к примеру, повествование, вложенное Платоном в «Пире» в уста Аристофана; большинство современных комментаторов упускают из виду символическое значение этого эпизода, которое столь очевидно. Более подробно на этой сферической форме мы останавливались в "Символике креста".
C другой стороны, следует отметить, что каждый элемент рассматриваемого иероглифа повторяет форму раковины (шанкна), имеющей к воде самое непосредственное отношение, и олицетворяющей при этом тот сосуд, в котором будут сохранены семена будущего цикла в период пралайи или "внешнего растворения" мира. Эта раковина — вместилище изначального и не подверженного распаду звука, (акшары), слога AUM, который, благодаря трем его элементам (матрас), есть сама сущность тройственной Веды; таким образом, Веда существует вечно, будучи заключена сама в себе прежде всех миров, но во время космических катаклизмов, разделяющих различные циклы, она спрятана или сокрыта, чтобы потом вновь проявиться в начале каждого из них. [71] Более того, это начертание может быть дополнено, и тогда оно само станет ашхарой: представим прямую линию (а) накрывющую и запирающую раковину (u), которая содержит внутри себя точку (m) или сущностный принцип всякого бытия. [72] В силу горизонтальной протяженности прямая линия одновременно олицетворяет "поверхность Вод" — субстанциональное окружение, в котором будут развиваться зерна (в восточной символике это развитие символизирует распускающийся цветок лотоса) после того, как кончится период помрачения (сандхья). Если мы будем следовать этой схеме и дальше, мы получим фигуру, которую можно описать, как раковину, которую повернули вдоль оси и она раскрылась, чтобы зерна могли покинуть ее, ссыпавшись вдоль прямой линии, теперь ориентированной по вертикали и направленной вниз — именно так направлено развертывание манифестации, берущей начало в неманифестированном принципе. [73]
71
Утверждение о предвечности Вед должно быть cоотнесено непосредственно с космологической теорией изначальности звука (шабда) cреди чувственных качеств (как качества, что принадлежит эфиру, Акаше, являющимся из всех стихий первой); эта теория должна быть соотнесена с "творением Словом" западной традиции. Изначальный звук есть Божественное Слово, "которым
72
Трудно не обратить внимание на то, что эта же схема соответствует строению человеческого уха — органа слуха, который, чтобы быть в состоянии воспринимать звук, должен был приобрести форму, соответствующую природе звука.
73
Эта фигура — та, что взята в «Археометре» для буквы хет, соответствующей зодиакальному знаку зодиака.
Из двух положений раковины, просматривающихся в символе Рака, первое соотнесено с Ноевым ковчегом (или Сатьяварой индуистской традиции), который может быть представлен как нижняя половина окружности, ограниченная горизонтальным диаметром и содержащая внутри точку, в образе которой синтезированы все зерна в состоянии их полной сокрытости. [74] Второе положение символизирует радугу, появляющуюся "во облацех", то есть в области "Вышних вод", в мгновение, отмечающее восстановление порядка и воссоздание всех вещей в изначально незамутненном виде, покуда длится катастрофа и ковчег плывет по океану Нижних вод. При этом радуга — верхняя половина той же окружности; воссоединение этих двух фигур, взаимно друг друга дополняющих и являющихся инверсией друг друга, образует полную окружность или близкую к окружности фигуру, тем самым восстанавливая изначальную сферическую форму. Эта окружность — вертикальное сечение сферы, чье горизонтальное сечение олицетворяет идущая по кругу стена, которая опоясывает земной Рай. [75] В дальневосточном символе ян-инь можно найти те же две полуокружности, но они смещены из-за удвоения центра, олицетворяющего поляризацию; для каждого состояния манифестации последняя аналогична поляризации Сат или чистого бытия на Пурушу-Пракрити в ходе универсальной манифестации. [76]
74
Полуокружность должна в данном случае рассматриваться как морфологический эквивалент спирального элемента, упомянутого нами ранее; но здесь актуализация развития из первоначального зерна — точки выражена гораздо более явственно.
75
См. "Царь мира", гл. 11. Так же это соотносится с тайнами, что заключает в себе арабская буква нун.
76
Это первое разграничение или различение, однако оно не несет в себе разделения противоположностей. Строение тела Андрогина само относится к этой стадии, в то же время, прежде этого различения мы можем говорить лишь о «нейтральности», присущей чистому Бытию (см. "Символизм креста", гл. 30).
Эти замечания не претендуют на то, чтобы быть исчерпывающими и, вне сомнения, относятся лишь к некоторым аспектам символа Рака. Но, по крайней мере, в качестве примера они должны послужить наглядным доказательством того, что в традиционной астрологии было нечто, далеко выходящее за рамки "искусства предсказаний" или "науки догадок", каковой астрология представляется современному человеку. На самом деле, она содержала в себе все, что можно найти в других науках того же порядка, выраженное в иной форме, как мы уже указывали в наших штудиях о "науке письма"; [77] и все это придавало этим наукам истинно посвятительную ценность, в силу которой они действительно могут считаться неотъемлемой частью "Священной науки".
77
См. "Les Symboles foundamentaux de la Science sacre", ch. 8.