Разиэль
Шрифт:
К моему облегчению, главная дверь апартаментов с лёгкостью открылась. На этот раз я проходила мимо людей на лестнице, но враждебность, которую я чувствовала от них, казалось, испарилась. Никто не бросал на меня свирепые взгляды — они даже умудрились дружелюбно улыбаться мне то тут, то там — но было очевидно, я волновала их меньше всего. Что-то происходило, и моя эгоцентричная порывистость угасла, когда настоящее чувство обеспокоенности начало проникать в меня.
Я спустилась по бесконечным лестничным пролетам, хотя и понимала, что эта часть
Я вышла на улицу и шагнула в густую зелень травы и быстро скинула сандалии. Ветер дул с моря, и я позволила влажному воздуху захлестнуть меня и закрыла от удовольствия глаза. «Мою кожу вкусит соль, — подумала я. — Его кожа на вкус солёная». И этот знакомый-незнакомый жар стал нарастать меж моих ног. Там, где побывал он.
Я пошла по траве, затем по слою мелкой гальки и вышла на песок, оставляя отпечатки ног, пока шла в сторону покатых волн. Странно, что я никогда не училась плавать, хотя очень сильно любила воду. Думаю, я всегда немного побаивалась, убеждённая, что в прошлой жизни я уже тонула. Насколько странным было думать, что в действительности это было в загробной жизни, когда я пыталась спасти падшего ангела.
Я осмотрелась по сторонам. Справа раскинулись земли, и на миг я устремила туда взгляд. Казалось, будто на дальней границе было мерцание, подобно знойному миражу, но погода была умеренной, и не было палящего солнца. Я направилась туда, идя по песку, ожидая, что мерцание будет удаляться. Смогу ли я прикоснуться к нему? Запустить через него руку? Смогу ли пройти сквозь мерцание на другую сторону в реальный мир, который по утверждениям Разиэля больше не существует для меня?
Буду полной дурой, если не попробую.
Я посчитала, что оно может слиться в единое целое, когда я подойду ближе, но этого не произошло. Я была достаточно близко, чтобы ощутить его, и я резко остановилась, уставившись на мерцание. Это было некого рода энергетическое поле. Оно пульсировало, словно было живое, и я протянула руку, чтобы прикоснуться к нему…
— Отойди от стены, Элли, — сказала Сара, её тон был резким, и я отскочила назад, испугавшись.
— Это то, что ты говоришь? — изворотливо спросила я.
Что же ещё это может быть? Но по некой причине, я не хотела, чтобы Сара знала, что я подумывала о побеге.
— Так и есть, — сказала она, взгляд её обычно тёплых голубых глаз был твёрдым. — Что ты собиралась сделать?
Я пожала плечами.
— Мне было любопытно.
Продолжительное время она изучала меня.
— Ты лжёшь, — сказала она, в конечном счете. — И я знаю почему. Разиэль сообщил нам, что совокупился с тобой, что он использовал Милость Познания и даже вкусил твоей крови, и что в тебе нет никакой темноты, значит так оно и есть.
— Он рассказал вам? — произнесла я сдавленным голосом. — Всем
— Всем нам. Иначе бы тебя вернули туда, куда ему было сказано отвести тебя. Большая часть Совета желала чтобы ты исчезла, только мы с Разиэлем боролись за тебя.
— Разиэль боролся за меня? Почему?
Едва заметная улыбка подёрнула губы Сары.
— Тебе придётся спросить его самого. Я знаю, что тебе предначертано быть здесь, в Шеоле, но я вижу то, что не видят другие. Может быть Разиэль просто заупрямился. Может быть в этом есть нечто большее. Но тебе надо уйти от стены. Остальные не будут столь непредвзяты. Они до сих пор считают, что Разиэль может быть ослеплён… — слова сошли на нет, и улыбка Сары стала шире.
— Чем?
Она взяла меня под руку.
— Не важно. Давай, просто уйдём отсюда. Скоро начнёт темнеть, а Нефилимы поблизости.
Я задрожала, внезапно замёрзнув от воспоминания завываний в ту долгую ночь, когда я присматривала за телом Разиэля. Время, казалось, приостановилось, странно двигаясь. Казалось, прошло уже очень много времени с той ночи, когда я свернулась калачиком рядом с ним, а на самом деле это было всего три дня назад.
Я слышала эти потусторонние крики и прошлой ночью. Прежде чем Разиэль заставил меня задуматься о кое-чём другом.
Ко времени как мы достигли зелёной лужайки, я почти смогла стряхнуть чувство страха. Пока не посмотрела в глаза Сары.
— Что не так? Где все?
Она всматривалась в меня некоторое время, размышляя.
— Они прорвутся внутрь. Все это знают, мы просто не знаем когда. Кто-то привёл их к вратам, и кто-то позволит им войти.
— Не я! — в ужасе воскликнула я.
— Нет, не ты. Хотя остальные подозревали тебя. И всё ещё будут подозревать, если увидят, что ты слоняешься здесь. Но кто-то изнутри собирается открыть врата и позволить Нефилимам совершить на нас набег.
— Зачем? Почему сейчас?
Она пожала плечами.
— Кто ж знает, как работает ум Уриэля? Он тысячелетиями хотел уничтожить нас, и он очень терпеливый. Мы считаем, что он наконец-то нашёл способ войти.
— С помощью Нефилимов?
— И предателя.
Я посмотрела на бурлящий океан, вдыхая свежий солёный воздух.
— Значит, мы все умрём, — произнесла я тихим голосом.
— Не все мы. У тебя кое-что есть…
— Разиэль ищет меня, — прервала я её, дико опешив.
Она выглядела столь же потрясённой.
— Где?
Я огляделась. Никого не было видно. Лужайка и пляж перед домом были пустынны в угасающем свете дня.
— Прости. Должно быть мне почудилось. Что ты говорила?
Сара покачала головой.
— Это не важно. Совсем скоро ты сама выяснишь.
— Не поступай так, я же умру от любопытства! — запротестовала я. И затем я услышала его. Его голос, зовущий меня: — Похоже, он очень взбешён, — с сожалением сказала я. — Я лучше пойду к нему.
— Откуда ты это узнала?
Я даже не подумала об этом. Я пожала плечами.