Разгром Свалки
Шрифт:
– Бежим!!!
Истошный вопль резанул по ушам. Чаг пригнул голову, но тут же вновь поднял её. У некоторый солдат Народной армии сдали нервы. Несколько тёмных фигур выскочило из окопа и рвануло прочь.
– Лежать! Всем лежать, – через общий канал связи гаркнул Шнык.
Чаг тут же сполз на дно окопа. Его не смущает даже мёртвый космический пехотинец в качестве своеобразной подушки. Шум винтов залил захваченную позицию, но, хвала Великому Создателю, «Ястреб» прошёл над подбитой «Шельмой». Просто прошёл и не стал заливать НУРСами. Зато чуть дальше новые огненные вспышки и взрывы разорвали ночную темноту.
Показалось?
Что это было? Руки машинально выдернули из ствольной коробки наполовину пустой магазин и тут же воткнули на его место полный. Чаг уставился в темноту. Впервые за всю войну за независимость ему пришлось увидеть самое настоящее паническое бегство. Безумная атака на позиции космических пехотинцев на время выбила из сознания солдат Народной армии здравый смысл. Так всегда бывает, когда сознание не поспевает за безумной чередой событий, а тело действует так, как его натаскали во время многочисленных учений. Но вместе с первой передышкой вернулся страх. Шум винтов «Ястребов» и огненные вспышки НУРСов доконали солдат Народной армии. Морально слабые сломались первыми и бросились наутёк, на верную смерть.
Между тем «Ястреб», чтоб ему пусто было, далеко не улетел и развернулся на месте. Вновь на чёрном фоне ночного неба заиграли огненные вспышки. Вновь пустыню вспахали султаны взрывов. И опять тёмные фигуры солдат, что попытались удрать? Чаг тряхнул головой. Или опять показалась?
– Так, живо, сколько нас здесь? – произнёс Шнык. – первый взвод, кто живой?
– Рядовой Туяк.
– Рядовой Ваиж.
– Рядовой Клинев.
– Рядовой Ратаг, – произнёс Чаг.
Всего набралось около двадцати человек.
– Я ефрейтор Чинин. Есть кто старше меня по званию? – спросил Шнык.
В ответ выразительная тишина.
– Тогда, – Шнык тяжело перевёл дух, – принимаю командование на себя. Переходим в режим радиомолчания.
Либо Шнык и в самом деле оказался самым старшим по званию, либо других претендентов на роль командира не нашлось. Чаг прикоснулся к левому запястью друга правым запястьем. Солдат справа так же прикоснулся к левой руке Чага. Не прошло и минуты, как все бойцы Народной армии подключились в сеть.
Это ещё один горький опыт войны за независимость. После победы над Первым ударным флотом, почти тридцать местных лет назад, борги солдат Народной армии были модернизированы. На запястьях появились специальные датчики. Прикасаясь друг к другу руками, можно говорить друг с другом в режиме радиомолчания. При необходимости солдаты могут собраться в большую сеть. Иначе никак. Многочисленные спутники-шпионы и беспилотники очень быстро отслеживают даже самые слабые источники радиоволн. А там, дальше, может быть всякое, начиная с ракетного удара с борта самого беспилотника, и до появления транспортного вертолёта с космическими пехотинцами на борту.
– Всем слушать меня, – заговорил Шнык, – связь с командованием утеряна. Как вы сами видите, нам удалось захватить позиции космических пехотинцев вокруг мобильной буровой установки. Но мы, – голос Шныка дрогнул, – понесли большие потери. Если кто не заметил, то над полем боя появились сперва АКИ, а потом подошли «Ястребы». Это, – Шнык на мгновенье умолк, но закончил, – разгром.
– Что же нам делать?
– Как
Импровизированную сеть заполнили нервные вопросы на грани паники. В мешанине голосов ни хрена не понять, кто и что конкретно спрашивает.
– Тихо, – цыкнул Шнык. – Что нам делать, ясно и так – уходить. Предупреждаю специально и особо: уходить будет организованно. У кого сдадут нервы, кто рванёт сломя голову, тот труп. Делай как я, и тогда будет шанс уцелеть.
Короткий инструктаж окончен. Шнык разорвал сеть и первым выпрыгнул из окопа. Чаг тут же, не раздумывая ни секунды, выбрался следом. Друг и командир так много раз вытаскивал подчинённых из, казалось бы, самых безнадёжных передряг, что сомневаться в его словах нет необходимости. За ними быстро потянулись остальные. Не прошло и половины минуты, как окоп перед раздолбанной «Шельмой» опустел. Что не говори, а жить хочется всем. Чаг торопливо закинул «Гвоздь» за спину. И вот они вновь партизанский отряд, что вновь и вновь уходит от наседающего противника.
Торопливый шаг на грани нервного бега. Спина Шныка маячит в темноте. След в след, хотя мин тут быть не должно. Сзади настигает шум винтов. Чаг судорожно обернулся. «Ястреб»! Неужели заметил?
Тело быстрее мысли. Руки торопливо выхватили из подсумка маскировочную сеть. Чаг плюхнулся на землю и с головой закутался в маскировку. В борге и так железа немного, однако с близкого расстояния аппаратура штурмового вертолёта может его заметить, особенно громадное электромагнитное ружьё. Единственное спасение – маскировочная накидка. Она отлично поглощает радиоволны. Если и есть шанс отлежаться, то только в ней.
Штурмовой вертолёт всё ближе. Солдаты Народной армии, жалкие остатки разгромленного взвода, попадали в снег. Сквозь шум винтов то и дело пробиваются торопливые шаги и чертыханье на грани нервного срыва. Чаг осторожно выглянул из-под накидки. Проклятье! У трёх-четырёх солдат сдали нервы.
Всемогущий «Ястреб» тут же засёк новую цель. Чага окатило холодом с ног до головы. Штурмовой вертолёт прямо над ним, ветер треплет маскировочную накидку и разгоняет снег. Под короткими крыльями заиграли огненные вспышки. Почти сразу где-то впереди раздались взрывы. Чаг прижал край накидки перед лицом. Как обычно, трусы спасают жизни тем, у кого более крепкие нервы.
Штурмовой вертолёт благополучно уплыл в сторону. Напор воздуха от винта постепенно стих. Лёгкий толчок в плечо, Чаг тут же скинул с головы маскировочную накидку. Это Шнык. Командир уже поднялся на ноги и жестами приказал поднять остальных. Режим радиомолчания и всё такое. Вскоре партизанский отряд продолжил движение. Десятка полтора солдат, словно стадо баранов за вожаком, вытянулось в цепочку за командиром.
Не только многочисленные учения, но и сама война натренировали Чага на славу. Прямо на ходу он аккуратно свернул и убрал в подсумок на поясе маскировочную накидку. Горячка боя давно отпустила. К пережитому ужасу добавился страх. Тело то бросает в жар, то в холод. То ли нервы, то ли система охлаждения борга начала работать с перебоями. Чаг бросил взгляд через плечо. Не то что глазами, даже спиной можно почувствовать, что отряд на грани паники. Пока солдаты держатся, ибо Шнык уверенно ведёт их с поля боя прочь, в пустыню, в безопасность. Если последнее вообще может быть хоть где-то на поверхности Северного плоскогорья.