Раздвоенное сердце
Шрифт:
– И что ты делаешь?
– Я помощник по управлению леса и изучаю лесное хозяйство. Так, между делом.
Не сдержавшись, я рассмеялась. Лесничий! Я представляла человека этой профессии во всем зеленом, эдакий простой мужичок, и Колин никак подходил под это описание.
Он лишь вздохнул и позволил мне смеяться.
– Ты просто не знаешь, что для меня означает лес. Как он важен для нас. Каким он может быть тихим.
Внезапно мой смех прекратился. Но казалось, он, в виде исключения, не злиться на меня из-за моего
– Ты точно хочешь что-нибудь выпить, Эли.
О да, это правда. Моё горло снова пересохло. Он отпёр тяжёлую дубовую дверь и вошёл, не включая свет. Мистер Икс последовал за ним на быстрых ногах. Хотя мои глаза начали медленно привыкать к темноте, я ничего не могла разглядеть внутри дома.
– Колин?
– позвала я нерешительно.
– Скоро вернусь,- услышала я его голос издалека.
Где он был? Я вообще не различала никаких шагов. С любопытством я переступила через порог. Я услышала слабый стук, который раздавался с нижних комнат - конечно же, напитки хранились, вероятно, в подвале. Я положилась на свой слух и стала пробираться к источнику шороха.
Вытоптанные каменные ступени привели меня вниз. Здесь также не было света. Я хорошо знала дом в Кёльне и включала свет, только когда он действительно был нужен. Но этот подвал был чужой территорией, и было совершенно невежливо заставлять гостя бродить в темноте.
Внезапно я почувствовала запах, который не могла опознать - тёплый и органический, в тоже время строгий, солёный и дикий. Меня внезапно охватила паника, и я хотела к Колену, по крайней мере, к нему поближе - что это был только за запах? Откуда я его знала?
Я бросилась вперёд, и моё лицо врезалось во что-то мягкое и слизистое. Со сдавленным криком я попыталась это схватить. Мои пальцы сжали какую-то грубую шкуру.
– Колин! Помоги! Пожалуйста, иди скорее суда, пожалуйста!
– Я дико замахала руками, и снова в моё лицо ударила вонючая вещь.
– Елизавета, - простонал он раздраженно.
– Я разве говорил тебе идти за мной?
Пламя свечи освятило тьму, и я закричала ещё раз, когда увидела то, что коснулось меня. В подвале висело четыре окровавленные полутуши кабана. Злые маленькие глазки смотрели на меня, тёмные и покрытые коркой, из мёртвых глазниц. Рыдая, я провела руками по лицу. Мои пальцы были в крови.
– О Боже ... Боже ...
Я бросилась к лестнице и хотела выбежать наружу, но пропустила первую ступеньку, поскользнулась и ударилась о твёрдую холодную стену. Сильная рука обхватила меня осторожно за талию, и Колин легко поднял меня. В конце лестницы он опустил меня, как маленького, капризного ребёнка и посмотрел на меня, качая головой. Он не мог подавить лёгкую усмешку, и на короткое время я его за это возненавидела.
– Что ... это ... такое?
– ахнула я и показала осуждающе вниз.
– Два кабана, из которых выходит кровь. Завтра я их продам.
Точно, это была кровь – то,
– Почему? Почему?
– спросила я не менее осуждающе.
– Эли, - сказал терпеливо Колин, но это выглядело так, будто из-за моих окровавленных щёк ему приходится держать себя в руках изо всех сил.
– Я работаю в лесу. Почти все лесники так же и охотники. Это здесь совершенно нормально. Я принёс тебе воду из цистерны. Но ты должна сначала вымыть лицо.
Он протянул руку к стене и включил свет. И хотя я этого сильно желала, моим глазам стало больно. Ослеплённая я прищурилась. После катастрофы в погребе я ожидала увидеть рога и шкуры, лежащие на дубовом паркете пола. Зелёного цвета леса диваны и старомодные столики.
Но Колин скомбинировал традиционные стены из натурального камня и тяжёлый деревянный потолок с белой современной глянцевой кухней и светлыми дизайнерскими диванами. На стене висело старое седло и историческое оборудование конюшни; на камине стояли многочисленные чёрно-белые фотографии.
Я подбежала к раковине, открыла кран и вымыла лицо. Холодная вода разогнала отвращение и страх, которые меня только что шокировали. Колин протянул мне полотенце. Я вытерла лицо и увидела, что он поставил стакан воды на сервант.
Возле керамической плиты сверкали совсем новенькая соковыжималка и скорее всего зверски дорогая кофемашина из нержавеющей стали. Вся кухня выглядела неиспользованной и чистой.
– Мне нравятся современные приборы, но я почти никогда не готовлю, - ответил Колин на мои мысли. Типичный мужчина. Я сдержала улыбку.
Вода была на вкус восхитительной. Чистая и бархатная, она скользила по моему горлу. Я чётко воспринимала каждый свой глоток. Колин наблюдал за мной загадочным взглядом.
– Давай вернёмся на улицу?
– спросил он, когда моя жажда была утолена.
Я кивнула и покинула вместе с ним дом. Естественная темнота успокаивала. Радуясь, что избежала яркого электрического света, я наклонилась вперёд и сняла контактные линзы. Здесь снаружи было всё равно, хорошо я видела или нет. Всё вокруг нас было серо-голубым и мягким.
Беззвучно Колин сел на деревянную скамейку. Я робко опустилась рядом с ним. Тепло раннего лета ласкало нас. Иногда молния освещала поляну и бросала причудливые тени на гравий подъездной дороги. Но гнетущая духота ушла. А луна нашла разрыв между нагроможденных туч и баловала нас своим голубоватым мерцанием.
Я притянула колени и обернулась к Колену, который сидел молча возле меня. Я снова замерла. Его лицо выглядело иначе, чем в свете фонаря на конюшне. Намного мягче, а так же кожа была менее бледной и безжизненной. Казалось, она расцвела. Его черты всё ещё были характерными, но такие одушевлённые и живые, что я была поражена. Медленно он повернул свою голову, и я смогла посмотреть ему в глаза. Они сверкнули, забавляясь.