Раздвоение соседки
Шрифт:
Да что за ерунда творится у меня в голове?!
– Меня зовут Георгий, - произнес сосед и в мгновение ока оказался на расстоянии ладони от меня.
– Гога, значит, - я вспомнила, как его называл друг.
– Я предпочитаю «Жорж».
– Жорик, - выдала я.
Мои глаза находились на уровне его подбородка. Если бы я была без каблуков, то мне пришлось бы задирать голову еще сильнее. А так я могла хотя бы попытаться смотреть на него сверху вниз.
Я была чрезвычайно рада тому, что надела мамины очки. Если бы не они, я бы проиграла этот поединок взглядов
В общем, я не отводила взгляд. Он тоже не хотел сдаваться. Мы стояли неприлично близко друг к другу, почти соприкасаясь, но все же между нами оставалась пара сантиметров. Что, впрочем, не мешало мне ощущать тепло его тела и жар дыхания. Мне не хватает воздуха... похоже на приступ клаустрофобии. Но мне не страшно. И я вовсе не хочу поскорее выбраться из этого замкнутого пространства. Напротив, я согласна остаться здесь навсегда...
– Давай я угадаю, как тебя зовут, - произнес Георгий.
Он же Жора, он же Гога, он же Гоша. Как я буду его звать? Еще не решила. Но сейчас речь не о его имени. А о моем.
– Попробуй, - я приподняла уголок рта в усмешке.
Неделю тренировалась перед зеркалом!
– Елена, - выдал он.
Я осталась непроницаемой.
– Полина. Кристина. Ева. Стелла.
Я только усмехалась.
– Анфиса!
Я фыркнула. Почему-то это имя показалось мне смешным. Так, что еще за фырканье! Самоуверенные стервы не фыркают. Они усмехаются. Самым утонченным образом.
– Значит, Анфиса.
– Ты на удивление проницателен.
Я протянула руку и нажала на кнопку шестнадцатого этажа. А потом сделала шаг назад, увеличив расстояние между нами на целых десять сантиметров. Больше не получилось – позади была стена.
– А как зовут твою сестру?
Какую еще сестру? Похоже, он заигрался. Или мы заигрались. И тут из моего рта вылетело:
– Ника.
Зачем я это сказала? Я не собиралась, честное слово! Не может же быть такого, чтобы он на самом деле меня не узнал и принял за собственную сестру!
– Значит, Ника и Анфиса. Интересное сочетание. Ты, наверное, немного старше. Опекаешь сестренку?
– Забочусь о ней изо всех сил, - буркнула я.
Исключительно бредовая сложилась ситуация. Надо из нее выбираться. Но как?
– Она милая, - произнес Георгий. – Такая... забавная.
Он сделал неопределенный жест. Что он имеет в виду? Забавная, значит. Смешная до коликов. Выглядит слегка чокнутой и неадекватной. Это все обо мне, между прочим.
– Похожа на тебя, - продолжал мой сильно заблуждающийся сосед. – В смысле... бледная копия.
Что?! Бледная копия? Значит, эта высокомерная стерва ему понравилась, а я настоящая – бледная забавная копия?!
Лифт остановился, я выскочила из него, как ошпаренная. Мне хотелось снять туфлю и настучать острой шпилькой по голове этого самоуверенного павлина. Бледная копия...
– Может, зайдешь? Угощу тебя превосходным эспрессо. У меня новая кофе-машина.
–
Внутри меня все клокотало от возмущения. Мне хотелось сделать что-нибудь этакое... Как-то задеть его. Отплатить за пренебрежение. Если я уйду, у меня не будет такой возможности.
Так что я проследовала к его двери и вошла в нее, как только он ее распахнул.
Я давно мечтала оказаться в квартире своего соседа, посмотреть, что она из себя представляет. Мне было интересно все, что с ним связано. А по квартире можно многое сказать о человеке. Правда, по новой квартире можно сказать меньше.
Он переехал сюда меньше месяца назад, и заметно, что еще не обжился. Пустые пространства, новая, кое где даже не распакованная, мебель. Зато сколько места! Не то что у меня. Я смогла себе позволить лишь однушку, у соседа же три комнаты, не считая огромных балконов и вместительной кухни. Шикарно живет. Впрочем, это и так было понятно: по его машине, костюмам, часам и прочему.
Я, не дожидаясь приглашения, с хозяйским видом прошлась по его комнатам. Даже в спальню зашла. А что? Он сам меня пригласил. А мне нужно было куда-то истратить бушующую во мне злую энергию. Не будем забывать, что я стерва и мне все можно. Я делаю, что хочу! Очки, правда, мешают моим наблюдениям, но, пока сосед не видит, можно смотреть поверх них.
Георгий сначала ходил за мной следом, пытался показывать и рассказывать, но я напомнила ему про эспрессо, и ему пришлось удалиться на кухню. На самом деле я терпеть не могу эспрессо. Капучино, латте – еще куда ни шло. А вообще я фанат зеленого чая. И не понимаю прелести горького пойла в крошечных чашечках. Особенно, если без сахара.
Георгий присоединился ко мне, когда я, сняв очки, созерцала вид, отрывающийся с его балкона. У меня совершено такой же: город, усыпанный огнями, полукруглый мыс, уходящий в темноту – моря сейчас не видно. Правда, мне, в отличие от соседа, не пришло в голову организовать на балконе что-то вроде бара: высокие стулья, подоконник-стойка, подвесные держатели для бокалов и даже встроенный в нишу холодильник со стеклянной дверцей, набитый бутылками.
– Я выбрал этот дом исключительно из-за вида, - сообщил Георгий, протягивая мне чашку.
Я быстренько вернула очки на место и спросила:
– С сахаром?
– Э... нет. Сейчас исправлю.
– А сливки есть?
– Боюсь, нет...
– Ну тогда я, пожалуй, воздержусь.
Я собиралась покинуть балкон, но у меня на пути стоял Георгий.
– Мне пора, - сообщила я.
– Ты уже уходишь? – растерялся он.
– Именно.
Очки позволили мне уставиться на него высокомерным взглядом. Он попытался удержать меня – не физически, конечно. Начал что-то рассказывать, предлагать вино и коктейли, кажется, даже намеревался заказать ужин... Я почти не слушала. Мои глаза немного привыкли к искажениям линз, и я видела его довольно отчетливо. Сейчас он не был похож на того самоуверенного неприступного красавца, каким я привыкла его видеть. Он изо всех сил пытался мне понравиться, и это было невыносимо приятно.