Раздолбай
Шрифт:
20. Рома
Рома копается в шкафу, перебирает одежду и отбрасывает вещи одну за другой на кровать. Проходящая мимо мама заглядывает в комнату и отпивает горячий латте.
– Тебе помочь, или ты ищешь вход в Нарнию? – спрашивает она с легкой усмешкой.
– Ма, не сейчас. Я к свиданию готовлюсь.
– Скажи хоть, что надо найти. Ты же целую вечность в шкафу не убирал.
– Да так… ну, помнишь тот красный свитер с белыми снежинками и оленями, или что там было в виде узора?
Мама подходит к шкафу,
– Спасибо! – Рома скидывает с себя футболку, надевает другую и поверх нее натягивает свитер. Трясет головой, поправляет слабые завитки волос, слегка оттягивает воротник и возвращает на место.
– Какой же ты у меня уже большой стал…
– Ма, я в четырнадцать уже двухметровым был, – он проходит в коридор и обувается.
– Я не о росте говорю, а о том, как ты себя ведешь. Весь такой сосредоточенный, серьезный, на свидание вот идешь. Передай от меня привет Яне.
– Это как-то смущает. А вдруг она подумает, что я маменькин сынок?
– А разве это не так?
Лисов с показным возмущением смотрит на нее, натягивая оранжевую куртку с пушистым темно-коричневым мехом на капюшоне.
– Как скажешь, лисенок. Наслаждайся свободным временем.
– Кстати, ма, – Рома оборачивается в дверях. – Ты теперь всегда будешь дома?
– А что, я тебе уже надоела?
– Нет, конечно! Просто интересно.
– Не волнуйся, я ищу работу. Может, какое-то время буду работать по удаленке. Так что у нас все нормально, – она отпивает латте и машет на прощание.
Рома ждет Яну на остановке, размышляя, куда пойти: посмотреть на замерзшую речку и насладиться прогулкой по покрытому снегом парку или отправиться на центральную площадь, где стоят елка и горки, с которых можно покататься на ногах. Вести Соболеву в кино или торговый центр он почему-то не решился. Деньги на свидание есть, но после случившегося осенью, когда мать Полоскова прилюдно избила его букетом, он старался избегать мест со скоплениями людей. Только в продуктовый ходил, не оборачиваясь и не озираясь.
– Привет, – Яна выходит из автобуса и кидается ему в объятия. – Долго ждал?
Она виснет на нем и улыбается, а Рома, поцеловав ее, начинает кружить. Соболева радостно машет ногами.
– Нет, сам только пришел, – он опускает ее на снег и тут же крепко обнимает. – Я сильно скучал.
– А я сильнее!
Рома хмыкает.
– Да это же такая игра у влюбленных, – Яна жестикулирует руками в розовых варежках. Он пропускает объяснение мимо ушей, любуясь. – Ты слушаешь?
– Нет.
– Для кого я тут распинаюсь?! – Яна легонько бьет его ладонью по груди. – Ладно, ты уже решил, куда мы пойдем?
– Давай
– И хорошо, а то я уже боялась, что ты опять поспешишь к Заре.
– Ты че… что, ревнуешь?
Соболева задирает нос и молчит.
– Да ладно тебе! Зара мне очень помогла, когда я в этом нуждался.
– Ром, давай присядем на скамейку, – Яна хмурится. – Я на самом деле хочу тебе кое-что сказать. И, может быть, у меня мало времени.
– Эй, ничего серьезного не произошло? У тебя все хорошо?
– Да, расслабься.
Они пересекают дорогу. Лисов смахивает снег со скамьи, садится и хлопает по коленям. Соболева по-кошачьи грациозно забирается ему на руки. Обняв его за шею, Яна прижимается щекой к щеке Ромы и прикрывает глаза.
– Боже, мне так этого не хватало… – выдыхает она блаженно.
– Чего?
– Твоего тепла, запаха… с предками так скучно встречать Новый год. Раньше я как-то с этим мирилась, но теперь, когда влюбилась в тебя, на меня такая тоска напала, жуть!
– Ты в меня влюбилась? – подтрунивает Рома, а сам улыбается так широко, что болят щеки. Приятно, когда девушка признается первой, хоть он сам давно у нее на крючке.
– Всю новогоднюю ночь крутилась и мяла подушку, представляла, что это ты, – ехидничает Яна. – Сейчас, подожди, – она усаживается поудобнее, прижимает ладони к его щекам и целует. Шерсть варежек щекочет и колет кожу. Поцелуй становится глубже и проникновеннее. Сердце стучит в ушах. Рома придерживает Яну за бедро. – Вот теперь нормально, – она отрывается от его губ, переводя дыхание. – В общем, у меня две новости. Первая короткая, начну с нее.
– Эй, а я только втянулся!
– Ром, у меня правда мало времени… – Яна тревожно оглядывается. – Папа дежурил в участке, и туда пришла Светлана Александровна. Я потом узнала, что она написала заявление.
– Что случилось?
– Ее кто-то ограбил перед самым Новым годом, представляешь? И она осталась без денег на праздники. Жуть какая-то, – Соболева поеживается. – А вторая новость… Давай я просто дам тебе послушать.
В парке безлюдно, по дороге изредка проносятся автомобили. Яна стягивает варежку и достает из кармана старый смартфон.
– Это ж дяди Федора… – узнаёт Рома. Яна кивает. – Зачем?
– Хочу, чтобы ты знал правду и не волновался, – она вводит шестизначный пароль и недолго возится. Потом включает запись и подносит к лицу Лисова. – Слушай внимательно, хорошо?
«– Это правда, что ваша фирма обанкротилась, Юрий Борисович? – спрашивает Федор.
– Правда.
– И вы скрывали это от семьи?
– Скрывал.
– Мне известно, что вы набрали кредитов, пытаясь избежать банкротства, но в итоге прогорели и попали в долговую яму.